Вавилон. Сокрытая история - Куанг Ребекка - Страница 38

– Кому какое дело, если Пенденнис сочтет тебя грубияном? Он пригласил тебя не из-за безупречных манер, а просто хочет подружиться с кем-то из Вавилона.

– Спасибо, Рами.

Рами отмахнулся.

– Вопрос только в том, почему он выбрал тебя. Я определенно более очарователен.

– Но не истинный джентльмен, – вмешалась Виктуар. – В отличие от Робина.

– Не понимаю, что вы имеете в виду под словом «джентльмен», – сказал Рами. – Люди постоянно используют это слово, говоря о высокородных и хорошо воспитанных. Но что оно означает на самом деле? Может, только то, что ты богат?

– Я говорю о манерах, – объяснила Виктуар.

– Очень смешно, – отозвался Рами. – Потому что дело явно не в манерах. Просто Робин может сойти за белого, а мы – нет.

Робин ушам своим не верил, услышав от них такую грубость.

– Неужели настолько невероятно, что ему просто может понравиться мое общество?

– Это возможно, но маловероятно. Ты ужасен в общении с малознакомыми людьми.

– Вовсе нет.

– Нет да. Ты вечно замыкаешься и отступаешь в угол, как будто тебя собираются пристрелить. – Рами скрестил руки на груди и наклонил голову. – Зачем ты хочешь туда пойти?

– Не знаю. Это же просто вечеринка.

– И что с того? – не унимался Рами. – Думаешь, они впустят тебя в свой круг? Надеешься, что они возьмут тебя в клуб «Буллингтон»?

Клуб «Буллингтон» был роскошным заведением с ресторанами и зонами отдыха, где молодые люди могли скоротать время за охотой или игрой в крикет. Членство в клубе присваивалось на таинственных основаниях, которые, похоже, были неразрывно связаны с богатством и влиянием. Несмотря на престиж Вавилона, никто из его студентов, насколько знал Робин, и не надеялся, что их туда пригласят.

– Возможно, – сказал Робин из чувства противоречия. – Было бы занятно поглядеть, как там внутри.

– Ты слишком восторженно реагируешь, – с укоризной сказал Рами. – Надеюсь, ты им понравишься.

– Лучше признай, что ты просто завидуешь.

– Только не приходи поплакаться, когда они обольют тебя вином и начнут обзывать.

Робин ухмыльнулся.

– И ты защитишь мою честь?

Рами похлопал его по плечу.

– Укради там пепельницу. Я заложу ее, чтобы заплатить долги Джеймсона.

По какой-то причине Летти больше всех противилась тому, чтобы Робин принял приглашение Пенденниса. Когда они вышли из кофейни и направились в библиотеку, а разговор давно уже перешел на другую тему, она вдруг потянула Робина за локоть, и они на несколько шагов отстали от Рами и Виктуар.

– Это отвратительные люди, – заявила она. – Они ленивые, пьяницы и плохо на тебя повлияют.

Робин засмеялся.

– Это всего лишь студенческая пирушка, Летти.

– Но зачем ты им там нужен? – напирала она. – Ты же почти не пьешь.

Робин не мог понять, почему она делает из мухи слона.

– Мне просто любопытно, вот и все. Наверняка там не будет ничего интересного.

– Так не ходи. Просто выброси эту карточку.

– Ну уж нет, это невежливо. И у меня нет никаких дел в этот вечер…

– Можешь провести его с нами. Рами с удовольствием что-нибудь приготовит.

– Рами постоянно что-то готовит, и на вкус это отвратительно.

– Так ты надеешься, что они примут тебя в свои ряды? – Она вздернула бровь. – Свифт и Пенденнис, закадычные друзья, ты этого хочешь?

Он почувствовал вспышку раздражения.

– Тебя так злит, что я могу завести других друзей? Поверь, Летиция, с твоим обществом ничто не сравнится.

– Понятно. – К потрясению Робина, ее голос дрогнул. А глаза покраснели. Она что, вот-вот расплачется? Что это с ней? – Вот, значит, как.

– Это всего лишь вечеринка, – раздраженно произнес он. – В чем дело, Летти?

– Да ни в чем, – сказала она и ускорила шаг. – Можешь пить с кем заблагорассудится.

– Так и сделаю, – огрызнулся он, но Летти уже ушла вперед.

В следующую пятницу без десяти семь Робин надел лучший сюртук, вытащил из-под кровати бутылку портвейна, купленную у Тейлора, и пошел к пансиону на Мертон-стрит. Найти жилище Элтона Пенденниса оказалось нетрудно. Робин не успел даже дойти до нужной улицы, как услышал громкие голоса и нестройные звуки фортепиано, доносящиеся из окон.

Ему пришлось постучать несколько раз, прежде чем его услышали. Дверь распахнулась, и на пороге появился блондин, которого, как смутно помнил Робин, вроде бы звали Сент-Клауд.

– А, вот и ты, – сказал он, оглядывая Робина с головы до пят из-под набрякших век.

Выглядел он совершенно пьяным.

– Решил, что отказываться невежливо, – отозвался Робин. – Раз уж меня пригласили?

Он с отвращением услышал в своей фразе вопросительные интонации.

Сент-Клауд поморгал, развернулся и неопределенным жестом пригласил его в дом.

– Ну, заходи же.

В гостиной развалились в креслах еще три молодых человека. В комнате было так накурено, что Робин закашлялся.

Молодые люди окружили Элтона Пенденниса, как листья цветок. При ближайшем рассмотрении оказалось, что отзывы о его внешности ничуть не преувеличены. Он был одним из самых красивых мужчин, которых Робин когда-либо встречал, воплощением байронического героя. Его глаза с полуприкрытыми веками были обрамлены густыми темными ресницами; а пухлые губы выглядели бы девичьими, как заявляла Летти, если бы их не подчеркивала сильная, квадратная челюсть.

– Дело не в компании, а в скуке, – говорил он. – В Лондоне весело один сезон, но потом видишь те же лица из года в год, а девушки не становятся красивее, только старше. Побывав на одном балу, ты все равно что побывал на всех. Знаете, один приятель моего отца однажды пообещал своим близким друзьям, что оживит их сборища. Он приготовил замысловатый званый ужин, а затем велел слугам раздать приглашения всем нищим и бездомным соплякам, которые попадутся им на пути. Приехав, его друзья увидели пеструю смесь бродяг, пьяных в стельку или танцующих на столах, это было просто уморительно, жаль, что меня не пригласили.

На этом шутка закончилась, и присутствующие засмеялись как по команде. Завершив монолог, Пенденнис поднял голову.

– А, привет. Робин Свифт, верно?

К этой минуте оптимизм Робина относительно теплого приема испарился. Он чувствовал себя опустошенным.

– Да.

– Элтон Пенденнис, – сказал тот, протягивая руку для пожатия. – Мы очень рады, что ты смог прийти.

Он обвел комнату рукой с сигарой, из которой струился дым.

– Это Винси Вулкомб. – Рыжий парень, сидящий рядом с Пенденнисом, дружелюбно помахал Робину. – Милтон Сент-Клауд, который обеспечивает нам музыкальное сопровождение. – Веснушчатый блондин, занявший место за роялем, лениво кивнул и заиграл нестройную мелодию. – А это Колин Торнхилл, с ним ты знаком.

– Мы соседи на Мэгпай-лейн, – с готовностью подтвердил Колин. – Робин живет в седьмой комнате, а я в третьей…

– Ты уже говорил, – перебил его Пенденнис. – И много раз.

Колин умолк. Робин пожалел, что Рами этого не видит – он никогда не встречал человека, способного уничтожить Колина одним взглядом.

– Выпить хочешь? – спросил Пенденнис. На столе имелся богатый выбор спиртного, от одного взгляда на все это у Робина голова шла кругом. – Наливай что пожелаешь. Мы никогда не можем выбрать одно и то же. Портвейн и шерри вон там… А, как я вижу, ты кое-что принес, так поставь на стол. – Пенденнис даже не взглянул на бутылку. – Тут есть абсент и ром… А джина осталось совсем мало, но можешь допить бутылку, он отличный. Еще мы заказали десерт у Сэдлера, так что угощайся, пока он не протух.

– Я только выпью вина, – сказал Робин. – Если есть.

Он редко пил вместе с однокурсниками, прежде всего из уважения к Рами, пока не изучил разницу между спиртными напитками, и не знал, что можно сказать о характере человека по тому, какой напиток тот предпочитает. Однако профессор Ловелл всегда пил за ужином вино, так что оно выглядело безопасным вариантом.

– Разумеется. Есть кларет, портвейн или мадера, если хочешь чего покрепче. Сигару?