До дрожи (СИ) - Сакру Ана - Страница 48

Обмякаю безвольной куклой под его напором, только обнимаю голову Тёмы крепко — крепко, когда он полностью перетаскивает меня на себя и, направив рукой, вставляет в меня член. Медленно, но сразу до упора.

Жалобно стону Тёме в рот, в уголках глаз от пугающего ощущения переполненности выступают слёзы.

Мне не больно, нет.

Совсем не так, как в первый раз. Но чувство, будто я сейчас порвусь и страшно вздохнуть, такое же.

Замираем. Я лежу на нём, привыкая, а Артём жадно целует меня, тараня языком, и одновременно легко — легко пальцами гладя по спине, чтобы расслабилась.

Медленно подаётся бёдрами вверх. Отступает. Ещё раз в меня…

Ток бежит от макушки вниз по позвоночнику. Изо рта вылетает странный гортанный хрип. Ощущение, как член входит в меня, скользя и заполняя до предела, невыносимое, зудящее, болезненно сладкое. И убежать от него хочется, и наоборот — на максимум испытать.

Привстаю и почти сажусь на Артёме, упираюсь ладонями в его твёрдую грудь, чувствуя, как в правую руку бешено бьётся его сердце. Тёма перехватывает мои ягодицы ладонями, фиксирует, словно клешнями сдавливает. Встречаемся глазами, смотрим друг на друга, часто дыша.

Тёмин взгляд совсем шальной, поплывший, на приоткрытых губах кривая, едва заметная улыбка. И он крепче сжимает ладонями мою задницу, не давая двинуться, и начинает резко и быстро долбить меня снизу.

Всхлип превращается в протяжный стон. Меня словно парализует — только с силой упираюсь ладонями Тёме в торс, моя грудь больно трясётся, промежность немеет, живот напрягается в спазмах, и я чувствую, как во мне стремительно словно раскалённая лавина рождается.

Это так сильно, что я её пугаюсь, боюсь не вынести, и выдыхаю, когда Артём прекращает и опять медленно и глубоко трахает меня, заставляя снова на него лечь.

Целуемся, сплетаясь языками, и вроде темп совсем иной, а внутри до сих пор горит и уже не затухает. И бедра мои будто сами собой начинают двигаться, чтобы побольше вобрать в себя член, который плотно и щекочуще сладко скользит во мне из — за обилия смазки.

Снова сажусь прямо на Артёме, занимая позу наездницы. Прикрываю глаза и раскачиваюсь на нём, инстинктивно ловя уплывающее ощущение кайфа. Двигаюсь все быстрее и быстрее, выписывая промежностью восьмёрки, пока Тёма сжимает мою прыгающую грудь, сминает ягодицы. Наше дыхание уже давно — одни громкие хриплые стоны.

Я почти…Почти…

— Бля, я кончу сейчас, — вдруг рычит Артём и снимает меня с себя.

— М— м-м….- плаксиво протестую, оказываясь на спине.

— Тш-ш-ш, давай так пока… — бормочет, пережимая рукой основание члена.

Быстро целует меня и ведёт губами мокрую дорожку вниз — по шее, ключицам, груди, животу, пока не накрывает горячим ртом мою промежность.

Я бы наверно испытала шок, не будь так возбуждена, но сейчас могу только счастливо рвано вздохнуть, погружая пальцы в его волосы и закидывая ноги Артёму на плечи.

Его язык широко проходится по складкам, бьётся по клитору, ввинчивается в лоно.

А-а-ах…

Выгибаюсь, сжимая до боли собственные соски. Бёдра покрываются испариной, дрожат.

Артём подключает пальцы, быстро меня трахая ими. Сосёт клитор, ритмично ударяя по нему языком. И я даже особо прочувствовать ничего не успеваю, как сильные, словно электрические судороги прошивают меня насквозь.

Скручивает, мычу что-то, вырываюсь.

Тело спазмирует, волнами пуская по нервам блаженное расслабление и снова сокращаясь.

Тону в этом, забывая, что я тут не одна. Хочу просто полежать.

Но Артём не даёт.

Отстраняется, словно свою любимую куклу, ставит меня в коленно — локтевую и смачно шлёпает по заднице. Не успеваю возразить, как он уже входит сзади и сразу начинает с оттяжкой быстро трахать.

Звуки слипающихся мокрых тел оглушают, меня ноги не держат совсем.

В промежности занемело всё, истончилось, и трение почти болезненное.

Тёмина ладонь у меня в волосах — наматывает локоны на кулак — сначала вжимает лицом в спальник, заставляя сильнее подставиться, а потом тянет назад, чтобы глубже прогнулась.

У меня красные круги плывут перед глазами, и все ощущения назойливо стекаются в точку, где наши тела ритмично, грубо соединяются.

Внизу живота знойно тяжелеет, но я, кажется, уже просто не смогу…

— Тём, кончи… — жалобно прошу.

Он только чаще, сорванней дышит, наращивая темп, и стальными пальцами впивается мне в правую ягодицу.

Тянет в сторону до лёгкой ноющей боли. Отпускает, хлёстко шлёпает — так, что всё бедро горит. А потом снова оттягивает мягкую половинку в сторону.

Испуганно вздрагиваю, когда улавливаю звук плевка. И тут же ощущение, как слюна стекает на анус и ниже, к долбящему лоно члену, парализует.

— Тё-ём… — прерывисто тяну.

Дёргаюсь, когда ощущаю его палец между ягодиц — как давит на тугое, сопротивляющееся колечко, гладит его по кругу….

Зудящие, мурашечные ощущения из центра растягиваемого лона перетекают туда.

Забываю дышать, пропуская вдохи и выдохи.

Настороженно прислушиваюсь и в то же время странно обмякаю, упираясь лбом в спальник и прикрывая глаза.

Нижняя половина тела будто немеет, когда Артём ввинчивает меня палец. Больновато, жжёт, зудит, капельки пота выступают на пояснице, но…я чувствую как его палец прижимается к ходящему поршнем члену через тонкую перегородку, и это что-то такое запредельно запретное, что смазка начинает течь у меня по ногам и капать на спальник.

— М-м-м… — я не могу одобрить его действия вслух, но подмахиваю бёдрами, насаживаясь сама.

Потряхивает, охренеть…

— Нравится, да? — хрипло хмыкает Артём сзади, и его голос так напряжённо вибрирует, что это тоже секс.

— Скажи ещё что-нибудь, — почти мурлычу, растекаясь от его толчков. Как в шторм качает, утягивая всё дальше…

— В попку тоже трахну тебя…Попозже… — жарко бормочет на грани слышимости, — Алиска. Бля-я-я…

Чувствую, как втискивает ещё один палец. Хнычу сдавленно, поджимаясь, и от этого только сильно ощущаю его охрененный член. Мир кружится под закрытыми веками.

— Почему потом? — облизываю пересохшие губы, — Давай сейчас…Мне…Любопытно….

— Любопытно? — в севшем голосе Артёма неподдельное изумление.

— Да…Ты же…Остановишься? Если…

Больше ничего не говорю, потому что он уже тянется к вещам, нащупывая там тюбик со злополучным "Спасателем".

Артём рассеянно, нежно гладит мою спину одной рукой, пока выдавливает прохладный крем пониже копчика.

Слишком нежно…Слишком…Меня паника одолевает…

— Тём, остановишься же? — тихо хнычу.

— М-х-м… — звучит очень неубедительно.

Втирает крем с тревожно сокращающееся колечко, перестаёт двигаться внутри меня. Пауза, от которой у меня ноги подрагивают.

— Никогда не думал, что " любопытно" — такое охеренно сексуальное слово, — издаёт низкий вибрирующий смешок.

Это как-то расслабляет. Тоже улыбаюсь, так и не открывая глаз.

А уже через секунду беззвучно вою, закусив спальник, потому что он давит членом выше.

— Расслабься, ну… Будет хорошо, — требовательно шепчет, наклоняясь ко мне и целуя между лопаток. Крепче сжимает бедра руками, не давая увернуться, — Ты просто космос, Алис…Детка моя…

И дальше ещё что-то неразборчивое, горячее, въедающееся прямо под кожу, пока медленно протискивается в меня. Стону. Больно, но… Всё, что ниже пояса, перестаю чувствовать — только нестерпимое зудящее жжение внутри и слабость, от которой дыбом встают волоски.

— Тём…

Его бедра прижимаются к моим. Целует мне плечи, шею, щеку, слизывает выступивший пот. Часто дышим в унисон.

— О-о-ох… — издаю утробное, когда медленно подаётся назад.

Его ладонь ныряет мне под живот, накрывает лобок, пальцы теребят набухшие мокрые складки, находят клитор.

Дёргаюсь как от тока. Не отпускает. Трёт пульсирующую точку, одновременно тихонько раскачиваясь. Колени подгибаются, и я растягиваюсь на спальнике. Артём придавливает меня сверху своим телом. И неумолимо двигается. Всё быстрей и быстрей.