"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Далин Максим Андреевич - Страница 96

Так как самолеты крутились над городом довольно долго, то немцы внизу начали готовить машины для смены. Настал момент, ради которого все это и затевалось! Самый большой аэродром немцев в 13 000 метрах ниже нас, вниз пошли КМГУ, которые сработали на 2000 метрах и выбросили из себя по очереди 8 блоков БКФ, в каждом из которых находилось 156 мин, установленных на неизвлекаемость и реагирующих на нажим, вибрацию и время. Часть блоков вместо мин несла гранаты и авиабомбы весом 2,5 килограмма. Этакий коктейль смерти. Несмотря на то что Харьков-Основа по площади примерно 7 квадратных километра, одного звена с восемью контейнерами хватило, чтобы прекратить его работу. Никаких конвенций о том, что бомбы и мины должны иметь яркую расцветку, еще не принималось, куда разлетелись эти «подарки» – одному богу известно. Первый же попытавшийся взлететь самолет подорвался на мине, и полеты были прекращены. Единственный аэродром, который эскадрилья не бомбила, был «Сокольники», куда и села вся эта толпа. А тут и «арочки» с «пешками» подошли. Да еще и «илы» добавили. Первая эскадрилья отстрелила законцовки и приняла бой с двумя штаффелями немцев, базировавшимися на Харьков-Сокольники. Денис Степанович «запустил конвейер», и БШУ по аэродромам продолжались в течение всего дня и всей ночи, задействовал даже имевшиеся в большом объеме ночные По-2, подключилась АДД. Немцы попытались прикрыть Харьков из Чугуева и Балаклеи, но как только они это сделали, так получили БШУ с высотным минированием и там. Садиться им пришлось на многострадальный аэродром в Сокольниках. Пфлюгбайль понял, что его провоцируют подтащить всю имеющуюся у него авиацию в Харьков, и с утра начал эвакуацию уцелевшего личного состава и оборудования в Курск. Тогда и мы переключились на удары по обороняющим город войскам. Наши зацепились за северо-восточную и юго-западную окраины города, после этого выбросили посадочный десант на Харьков-Сокольники. Немцы из города ушли, но только до Ольшан, где у них железнодорожные пути были подготовлены как узел обороны. В этот момент Буденный ударил из Лозовой в сторону Днепропетровска, а немцы ударили от Курска и севернее Белгорода на Старый Оскол.

Для меня лично был непонятен замысел Буденного. Понятно было с его слов, что он не рвется помогать Семену Тимошенко, но он же сам говорил, что удар на Днепропетровск не входит в его приоритеты? Задать ему вопрос я не мог, а Петр – он из другого теста, он – не спросит. Трижды дивизия вылетала под Лозовую: дважды под Павлоград, и один раз к Орельке. А истребительные полки работали в районе Курска и Белгорода, не давая немцам возможности «захватить небо» над Брянским фронтом. В пик воздушных боев – 2 июля, из-под Москвы перебрасывают 2-ю смешанную авиационную дивизию резерва Ставки, под командованием Кравченко.

Он появился в Дивногорье на два дня раньше. Его полки перелетают в район Воронежа и Ельца. По прилету упал спать в подземелье в келье и проспал почти сутки. Потом ругался, что не разбудили. Сходили к Дону после обеда, выкупались. После заплыва Григорий Пантелеевич признался, что три недели спал по два часа в сутки.

– Благодать тут у вас! Эх, недельку бы отдохнуть! Да не получится. Я, собственно, на учебу прибыл. Направление в Москве получил.

Петр только улыбнулся, подхватил свой белый китель, портупею с оружием, и они зашагали в сторону монастыря к переезду.

– Алферов, Зверев, Семенов и их начальники штабов и эскадрилий наведения вчера прибыли, сразу после вас, но у них ознакомительный курс, вечером все улетят по местам, Григорий Пантелеевич.

– Гриша. Называй меня так, я же говорил тебе. Я прилетал в конце марта, как только затишье наступило, но тебя не застал. Мне сказали, что ты в Америку улетел. Сказали, что учиться здесь надо тому, как не надо командовать дивизией. Прыщ какой-то из ГПУ так и заявил. Коростылева не было. Командовали два подпола, и у них работала комиссия ГПУ. Я развернулся и улетел. Что это было, Петр?

– Отголоски той истории под Черниговом. Плюс немецкая разведка подсуетилась. Но ничего, выкрутился. Вы ГС-5 получили?

– Восемь штук, и обещали еще прислать. Не совсем понятная машина, слишком сложная.

– Их много и не будет. Машина – не массовая. Летали?

– Летал, но пересаживаться на нее не буду. ГГ-3св и легче, и маневреннее. Скорость, конечно, у ГС большая, но толку от этого немного.

– Без них мы бы не смогли «удержать небо» под Харьковом. Их основное назначение – высотная постановка мин на аэродромах противника. Благодаря им Харьков и Белгород взяли.

– Пацанва на них побьется, он бокового ветра не любит.

– Поэтому и будет их немного. Для самых опытных летчиков. Плюс вы летали с длинным крылом явно. И с полностью залитым топливом.

– Да, они пришли с таким крылом, а снять его у техников не получилось. Хотели его отстрелить, но и это сделать не смогли: рычаг нажали, а отстрела не произошло.

– Там предохранитель стоит, который запрещает отстрел при выпущенном шасси. «Защита от дурака», чтоб техники случайно не обстреляли соседние машины. Просто не освоенная машина, поэтому такие сложности и возникли. Сколько планируете здесь пробыть? Почему интересуюсь? Потому что курс очень сокращен по времени, и на полеты требуется добавить еще три-четыре дня.

– Столько времени у меня нет.

– Я могу направить к вам своего Звягина, вместо вас, быстрее получится наладить взаимодействие. Тем более что бои за Черемисиново продолжаются, немцы давить не перестают, и если в ближайшие дни полностью не задавим «люфтов», то их танки могут прорваться. Насколько я понимаю, дивизия у вас пикировщиков не имеет.

– Пикировщики есть, вот только бить с пикирования они не умеют.

– Ну, мои тоже не сразу выучились.

– Мне прислали инструктора, точнее, инспектора ВВС полковника Полбина, будет готовить эти полки. Говорит, что в 131-м гвардейском учился. Это вроде твой полк. Плюс, 611-й ШАП начал получать новые Су-6.

– Еще не видел! Ну и как?

– Да черт его знает, полк только прибыл с переучивания, до этого на Су-2 летали. Новые двигатели, М-71, новые орудия РО и новые ракеты РС-57 и РС-203.

– Мы тоже кое-что новенькое для этого дела подготовили, благо что сумел выбить «персональный» дивизионный ПАРМ. В первую очередь, это радиовзрыватели ЭВ-85Р для РС всех типов. Но вернемся к нашим баранам. Переигрывают нас немцы, – сказал Петр.

– В чем проблема?

– В снабжении. Как ни пытались подтянуть это дело во второй, четвертой, пятой и восьмой ВА, так ничего и не получилось. Более или менее нормально пока только у Горюнова, в Крыму, где мы выдрессировали докеров, паромщиков и железнодорожников доставлять вовремя грузы с «птичкой». Плюс нами создан в Крымской механизированный склад, где готовят комплекты на поддонах для полков. Еще один сейчас заканчиваем комплектовать в Бутурлиновке. Но требуется иметь такие в каждой армии и на каждом направлении. А с тыловиками сложно работать. В общем, сбои идут постоянно во всех «ударных» группах: то топлива нет, то боеприпасов. Все это приходится уточнять перед постановкой задачи. Сейчас здесь находятся все командующие армиями Южного направления, но на склады они ни ногой, считают, что не по чину.

– Ладно, тебе это сложнее сделать, сам поговорю.

– Им даже Денис Степанович не указ, они ж почти все кавалеристы.

– Значит, зови Буденного, он им клизму с патефонными иголками пропишет, вмиг зашевелятся.

На следующий день Петр и Кравченко в составе первой эскадрильи вылетели на сопровождение двух полков Ар-2, шедших к переправам через реку Тим. Немцы ввели в бой свой резерв: 4-ю танковую армию, у которой сменилось командование. Вместо генерала Руоффа командование в конце мая принял генерал-полковник Гот. Наши войска выбиты из Черемисиново, у немцев появился плацдарм на правом берегу реки Тим, немцы атакуют Ефремовку, угрожают прорваться к Кшени. Под угрозой рокадная железная дорога на Ливны. Приказ Буденного – уничтожить переправы и смести плацдарм, обеспечить прикрытие 3-й и 5-й танковых армий Романенко и Лизюкова. Они севернее и южнее участка прорыва, их задача: подрезать Гота. В случае успеха у Гота имеется шанс окружить две армии: 5-ю танковую и 40-ю. Поэтому на расчистку неба отправили 13-й ГвОРАП. На машинах Петра и Григория, и у их ведомых висят «елочки», на каждой из которых 7 ракет со взрывателями ЭВ-85р. По 28 ракет на каждом из четырех самолетов. Крылья у ГС-5 – короткие, для боя, а не для высотного минирования. Ведомым у Кравченко идет капитан Варламов, опытнейший летчик из первого состава эскадрильи. Будем пробовать то, что нагородил с ракетами лично Петя. Немцы изменили тактику с появлением у них «густавов»: первая атака идет в плотном строю, затем группа рассыпается на разновысотные пары. Очень мощный по бризантному действию снаряд их новой пушки MG151/20, наряду с высокой скоростью снаряда и отличной настильностью, позволял немцам атаковать наши самолеты раньше, с большей дистанции, и уклоняться от лобовых атак более тяжеловооруженных ГГ-3с, вес залпа которых в три-четыре раза превосходил вес залпа «мессершмитта». То есть немцы разыгрывали свои козыри. Установка четырех «елочек» практически уравнивала скорости Bf.109.G-2 со скоростью ГС-5. Была возможность сбросить «приспособление», но «деталюшка» несерийная, изготовление штучное. Поэтому мы будем разыгрывать свои плюсы.