Кремлевское кино - Сегень Александр Юрьевич - Страница 66

— Как скажете.

— Думаю, не надо. Свое дело начальник Комитета по делам кинематографии сделал, мы его по весне наградим, а к лету выгоним. Но как-нибудь без лишнего шума. А то я его, честно говоря, боюсь.

— Вы?! Дукельского?!

— А что вы думаете? Он иной раз так смотрит, что у меня сердце падает. Как бывает, когда стоишь над пропастью и вниз глянешь. Кажется, он вот-вот скажет: «Гражданин Сталин, вы обвиняетесь в государственной измене и арестованы, следуйте за мной!»

— Честно говоря, у меня тоже иной раз такие страхи бывали. Но когда не Дукельский, а Ежов на меня так смотрел. Пристально и кровожадно, — рассмеялся Вячеслав Михайлович. — Стало быть, жалостную челобитную в «Известиях» печатать не будем?

— Нет.

— Жданов тоже так считает.

Афиша. Фильм «Петр Первый». Реж. В. М. Петров. 1937. [Из открытых источников]

Докладная записка заместителя заведующего Отделом культурно-просветительной работы ЦК ВКП(б) А. И. Ангарова секретарю ЦК ВКП(б) А. А. Андрееву о производстве кинокартины «Петр Первый». 14 апреля 1937

Подлинник. Машинописный текст. Подпись — автограф А. И. Ангарова. [РГАСПИ. Ф. 17.Оп 120. Д. 256. Л. 103]

После встречи Нового года в Кремлевском кинотеатре всем ближним кругом — Сталин, Молотов, Ворошилов, Калинин, Микоян, Каганович, Жданов, Берия — смотрели вторую часть «Петра», она оказалась еще лучше, чем первая. Главный зритель смотрел внимательно, порой с восторгом: хорошая, качественная работа.

Летом 1935 года режиссер Петров начал первые съемки этой монументальной картины. Еще при Шумяцком. Борис Захарович всю душу вложил в опеку над созданием ленты. Через два года после начала съемок он с гордостью показывал первую серию, и Сталин не просто смотрел, а впитывал в себя каждый кадр, восхищался игрой двух Николаев — Симонова в роли могущественного государя и Черкасова в роли его слабовольного сына, Жарова в роли Меншикова и Тарасовой в роли Екатерины. Сценарий вместе с режиссером написал красный граф Алексей Толстой, еще в начале двадцатых вернувшийся из белой эмиграции.

Главный зритель сразу проникся сочувствием к героям, а именно это он считал важнейшим критерием искусства. Он сопереживал Петру после поражения от шведов, радовался за него, что тот умеет держать удар: в ножки надо шведам поклониться за урок — и благодаря такому оптимизму побеждает в следующей битве. Он влюбился в парочку Петр — Меншиков, каждое появление артиста Жарова на экране встречал улыбкой; Меншиков напоминал ему Ворошилова, заменившего теперь Кирова в должности главного друга-приятеля.

Сейчас смотрели не только вторую, но сразу обе серии, и Сталин с удовольствием заново пересматривал первую. Когда Петр работал в кузнице, вновь подумал, что надо и ему уделять время сапожному делу. Когда Петр огромными ножницами откромсал боярину бородищу, главный зритель от души смеялся. Когда царь, проверяя сукно, рванул мундир первого попавшегося солдата и ткань хряпнула, в тот же миг оборвалась пленка, и пришлось ждать возобновления показа. На протяжении всего фильма потом каждые десять минут что-то ломалось.

— При Шумяцком поломки случались, а теперь вообще сплошные остановки! — проворчал Хозяин. — Как фамилия механика? Неумехин? Безруков?

— Биндюлевич, — ответил Дукельский.

— Вот этому Биндюлевичу навалять биндюлей.

— Исполним.

— Только не арестовывать и не расстреливать! А то знаю я вас. Лично проверю продолжение жизнедеятельности Биндюлевича.

Когда пошла скорбная тема с сыном Алексеем, Сталин спросил:

— А у кого это я читал про то, что Ефросинья была нарочно приставлена к сыну Петра в качестве агента? Меншиковым.

— Наверное, у Устрялова, — предположил Ворошилов.

— Кажется, да, — раскуривая трубку, согласился главный зритель. — Устрялов-то жив еще хотя бы?

— Увы, нет, — ответил Дукельский. — Расстрелян осенью тридцать седьмого.

— Семен Семеныч! Да что же такое! Про кого ни спроси, все у вас уже расстреляны.

— Но, насколько я помню, ошибочка вышла с Устряловым, и его через несколько дней после расстрела реабилитировали, — оправдывался этот котеночек.

— А ему, конечно, от этого легче! Безобразие! Ошибочка у них вышла! Устрялов в двадцатые годы скольких людей из эмиграшки к нам перетащил. Того же Алексея Толстого.

В другом месте Сталину страшно понравилось высказывание Петра про подлую обыкновенность.

— Как точно! Все люди должны жить, чтобы бороться с подлой обыкновенностью. А ведь царь Петр, товарищи, был первый коммунист в истории России.

Он от души смеялся, когда Меншиков схватил лоток с пирогами и стал ими торговать. А на последней минуте Иосиф Виссарионович не выдержал и прослезился, когда император Петр произнес финальные слова:

— В сей счастливый день окончания войны Сенат даровал мне звание отца Отечества. Суров я был с вами, дети мои, ибо не для себя был суров, но дорога мне была Россия.

— Товарищи, — сказал главный зритель, когда в зале зажегся свет, — сегодня мы можем с уверенностью говорить, что имеем не просто хорошую фильму, но эта фильма есть не что иное, как наша первая историческая киноэпопея!

Вскоре в Кремлевском кинотеатре смотрели первый антифашистский фильм «Семья Оппенгейм» Григория Рошаля по роману Лиона Фейхтвангера, а в середине января Дукельский представил картину Ромма «Ленин в 1918 году», откровенный манифест репрессий. К Ленину приходит Горький с просьбой смягчить террор, на что Владимир Ильич горячо возражает: мол, не время гладить по головкам, а надо по этим головкам бить беспощадно, нельзя быть добренькими, иначе враг сожрет нас.

И эта линия шла через весь фильм. В середине эсеры, опираясь на поддержку Троцкого, Каменева, Зиновьева и Бухарина, затевают свержение власти большевиков и собираются вместо Ленина поставить Бухарина, и тот показан в картине как откровенный враг и предатель. Именно он помогает совершить покушение на вождя мирового пролетариата, Фанни Каплан стреляет в Ленина на заводе Михельсона, а обманутая Бухариным охрана отправлена им на другой завод.

Вот уж почти год, как ретивый Бухарчик с пулей в затылке лег в один из рвов Бутовского полигона в Коммунарке, а его продолжают убивать, теперь с помощью кино. И актер играет какого-то гнуснейшего, а Коля все-таки отличался особым обаянием, и все его любили.

— Бухарина из фильмы убрать, — приказал главный зритель строжайшим тоном. — Это подло. Да и на место Ленина он не метил. Не надо ни Троцкого, ни Каменева, ни Бухарина, ни Зиновьева. Мятеж эсеров планировали только эсеры, зачем же подверстывать к ним этих людей, которые и так уже в земле сырой!

— Но…

— Никаких но! — И Сталин гневно топнул ногой. — Перемонтировать! И не надо, чтобы Свердлова играл его младший брат. Подыщите актера похожего. После выстрела Каплан надо устранить неподвижность толпы, люди на заводе Михельсона готовы были разорвать ее в клочья, надо это показать. Этот артист Геловани уже в который раз меня играет?

— Хм… — задумался Дукельский. — «Человек с ружьем», «Выборгская сторона»…

— И в «Великом зареве», — подсказал Берия.

— Вот видите, Семен Семенович, товарищ Берия помнит, а вы нет. Пусть он и впредь меня играет, только в других фильмах пусть не будет такой прилизанный, как будто я каждый день по парикмахерским шастал.

— Учтем.

— И музыка никуда не годится, — продолжал разнос главный зритель. — Кто автор?

— Кажется, тот же, что и в «Ленине в Октябре».

Докладная записка председателя Комитета по делам кинематографии при СНК СССР С. С. Дукельского И. В. Сталину с приложением страниц сценария кинокартины «Выборгская сторона» с правкой И. В. Сталина. 26 мая 1938