Дурной ген - Кук Робин - Страница 44

Со все возрастающим раздражением Арья быстро проверила остальные генеалогические компании, о которых прочла накануне ночью. Хотя все они обещали управиться чуть быстрее «Родословной», предлагаемые ими сроки были приблизительно того же порядка. Самый быстрый результат гарантировала компания «23 и я», проводившая исследование за три — пять недель, но даже это было для Арьи слишком долго. Во все эти фирмы она тоже позвонила, но, увы, с тем же результатом: поговорить удалось лишь со службой поддержки, представители которой ничего не знали о технической стороне исследования. В то же время все они, похоже, неплохо разбирались в основных концепциях науки о ДНК, сообщая среди прочего, что их компании полагаются на анализ точечного нуклеотидного полиморфизма, поскольку геном каждого человека уникален, но отчасти схож с геномами родственников, и степень схожести зависит от близости родства.

Арья снова откинулась на стуле, гадая, уж не придется ли ей отказаться от своего маленького крестового похода еще до того, как она в него выступила. В качестве будущей выпускницы интернатуры патанатомии, отучившейся почти четыре года, она была очень занята и не могла тратить все свое время на построение фамильного древа неродившегося ребенка Керы Якобсен: оно, это время, требовалось для множества других вещей. Как только закончится практика в бюро, которая казалась почти каникулами, Арья вновь станет работать по десять-одиннадцать часов в день, полностью при этом выкладываясь. Но благодаря нынешней паузе у нее появилась идея. Арья понимала, что генетическая генеалогия и вычисление предков — бизнес растущий, и это выливается в долгое ожидание результатов. Поэтому она предположила, что на рынке должны быть и относительно новые компании, стартапы, желающие утвердить свои позиции в конкуренции с «большой четверкой», которой доставалась львиная доля бизнеса.

Опять подвинувшись к клавиатуре, Арья напечатала в поисковом окошке: «Компании ДНК родословная», и, как обычно, «Гугл» не подвел. В верхней строке результатов оказался сайт со списком из тридцати — сорока ссылок. С максимально возможной скоростью Арья стала проходить по ним и просматривать сайты, ища новичков в этой игре. Отыскав несколько таких компаний, она принялась определять их местоположение, надеясь найти какую-нибудь на территории Нью-Йорка. И всего через пятнадцать минут наткнулась на настоящее сокровище. Компания «Генеалогия ДНК» была дебютанткой на этой сцене, а ее офис находился прямо на Манхэттене, в модном туристическом районе Митпэкинг, на Западной 13-й улице, куда мигом домчит такси. Посмотрев на «Гугл-картах», как выглядит нужный дом, Арья немного растерялась. На фотографии было снято непримечательное шестиэтажное кирпичное здание без каких-либо декоративных излишеств, но зато со стильным бутиком и современным рестораном на первом этаже и коммерческими помещениями на остальных пяти. По ее прикидкам, молодая компания вряд ли могла арендовать там офис за умеренную плату, во всяком случае, умеренную для Манхэттена.

Зайдя на страничку компании, не такую вылизанную, как сайты четырех гигантов, Арья обнаружила и еще одно различие: найти телефон для связи оказалась куда легче, из чего следовало, что звонки вероятных клиентов очень даже приветствуются. Еще более важным с точки зрения Арьи было наличие телефона для потенциальных инвесторов, подтверждающее, что фирма возникла совсем недавно.

Она несколько минут смотрела на второй номер телефона, вспоминая, какими непродуктивными оказались звонки в клиентские службы других компаний У нее возникло ощущение, что, если она хочет избежать задержек с обработкой образцов, нужно побеседовать с тем, кто стоит в корпоративной иерархии чуть повыше простых операторов. Лучше всего попытаться выйти на одного из директоров. Но чтобы заинтересовать его, не годились поиски любовника умершей от передозировки наркоманки, требовался повод посерьезнее, не такой избитый и банальный и более притягательный. Арья достаточно знала о человеческих слабостях и понимала: если хочешь что-нибудь получить, нужно что-то предложить.

Она приняла свою любимую позу для серьезных размышлений, то есть закинула скрещенные ноги на угол стола, и попыталась поставить себя на место людей, которые основали и запустили «Генеалогию ДНК». Полностью осознавая, что исходит из стереотипов, она все же вообразила их группой относительно молодых ребят, технарей-компьютерщиков разлива Кремниевой долины, настоящих задротов-ботаников в школьном прошлом. Исходя из этого, Арья попыталась состряпать какую-нибудь легенду с интригующими элементами, но не слишком суровую. Произошедшее с Керой не годилось: там присутствовал завершенный половой акт, что подтверждалось появлением плода. К тому же наркотики перечеркивали любую симпатию. Тогда она решила, что передозировку лучше вообще не упоминать, а потом вдруг осознала, что ее история непременно должна быть о жизни, а не о смерти. Якобы отец нужен, чтобы спасти жизнь ребенка.

Требовался сюжет, за который хочется ухватиться, особенно сотрудникам молодой генеалогической компании, пытающейся отвоевать себе место под солнцем среди гигантов.

Тут на Арью снизошел творческий порыв, и концепция истории возникла будто бы сама собой. В ее легенде непременно должен участвовать ребенок, потому что дети всегда задевают струны людских сердец. Закрыв глаза, она прямо-таки увидела херувимчика лет двух-трех с редким заболеванием из тех, которые в представлении большинства означают смертный приговор. Будучи патологоанатомом, она сразу подумала об агрессивной форме детской лейкемии, которая по-прежнему оставалась синонимом гибели, хотя в последнее время медицина сделала громадные шаги в ее лечении.

— Идеально, — вслух произнесла Арья, спуская ноги со стола и снова наклоняясь к клавиатуре.

Легенда родилась моментально. В ней фигурировал трехлетний мальчик, который был зачат от донорской спермы и находился в терминальной стадии лейкемии. Чтобы выжить, ему якобы требовалась пересадка костного мозга. Ситуацию осложняла недавняя смерть матери, у которой несколько дней назад случился разрыв сердца. Последний сюжетный поворот заставил Арью улыбнуться: она понимала, что придется придумать причину получше, вроде ДТП по пути в больницу.

— И кто устоит, услышав такое? — спросила она себя. Главная прелесть заключалась в том, что в плане рекламных возможностей представители «Генеалогии ДНК» увидят в этой истории золотую жилу, даже если Арье придется напомнить о правилах закона о страховании здоровья граждан. которые запрещали разглашать имя ребенка или его покойной матери.

Она уверенно набрала номер, предназначенный для потенциальных инвесторов. Ей ответили после второю гудка, что вселяло еще большую надежду во время предыдущих прозвонов гудков было не менее десяти.

— «Генеалогия ДНК», — проговорил мужской голос. — Чем могу служить?

— Меня зовут доктор Арья Николс, я интерн последнего года обучения кафедры патологоанатомии Нью-Йоркского университета, — ответила она. Не чураясь лжи с самого детства, она знала по опыту: если собираешься врать, лучше всего хотя бы начать с правды.

— А меня — Виджай Шринивасан. Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Я звоню из-за серьезной проблемы, которая возникла у нас в детской больнице Хассенфельд, — принялась импровизировать Арья. — Я надеялась, что ваша компания сумеет нам помочь, ведь генетическая генеалогия помогла найти убийцу из Золотого штата. Вы же наверняка помните эту историю.

— Совершенно верно, — отозвался Виджай, — это был отличный пиар для нашего бизнеса.

— Понятное дело, — сказала Арья. — Вот и нам тоже нужно найти неизвестного человека. Мне бы хотелось поговорить с кем-то из вашего начальства, а не со службой клиентской поддержки.

— Я один из партнеров-основателей, — сообщил ее собеседник.

— Что ж, вы-то мне и нужны, — обрадовалась Арья, не ожидавшая, что так быстро добьется своего. — Но прежде чем начать, хочу убедиться, что вам известны правила ЗППМС, которые защищают конфиденциальность пациента.