Хозяйка кофейной плантации (СИ) - Тартен Шарлота - Страница 22

Я уже и забыла, какой склочный у него характер по отношению к тому, кто от него зависим или стоит ниже по социальной лестнице.

— Это я пригласила вас, дон Смит, управляющий как раз был против вашего внезапного вызова, уверял меня, что я могу всё и за ужином рассказать, — пытаюсь вывести я из-под удара Фернандо.

Но не тот человек Джон Смит, чтобы так просто отступить, он всё равно находит из-за чего докопаться.

— Вот видишь, девочка моя, нам мешают общаться, — грозно уставился на управляющего Смит.

Жестом останавливаю, поднимающегося с кресла Фернандо. Что-то доказывать склочнику только терять душевное равновесие.

— Дон Смит оставим Фернандо в покое, мне не терпится рассказать вам, что видела, — останавливаю я, грозившую перерасти в драку ссору.

— Так, что ты видела, девочка моя? — Лучится счастьем дон Смит.

— Потрясающий ручей в рощице, — восторженно рассказываю я, а поверенный не скрывает своего разочарования, — я подумала, что там можно сделать потрясающую купальню и отдыхать в жаркие дни лета.

— Замечательно, Тори, — с кислой физиономией выдавливает из себя дон Смит. — А от меня-то ты что хочешь? Кроме восторгов, разумеется.

— Я бы хотела взглянуть на документы, по которым дон Верейро передал плантацию моему мужу.

Дон Смит становится белым как полотно.

Глава 29

Глазки человека, который мне как отец бегают. К такой просьбе дон Смит готов не был.

— Тори, девочка моя, — наконец-то берёт себя в руки поверенный, — зачем тебе нужны эти бумажки? Я тебе и так всё скажу, без них. Не забивай свою хорошенькую головку юридическими непристойностями.

Мне люто хочется приложить ему между глаз, ну хотя бы чернильницей. Какой махровый шовинизм, прикрытый заботой. От возмущения я даже не сразу соображаю, что он фактически скрывает бумаги.

Неужели Фернандо прав и дон Смит заодно с Верейро? Как же не хочется в это верить, но если бумаги он не покажет, то значит, отдал их.

— Мне нужны бумаги, — жёстко произношу я, не отрывая взгляда от его лица.

— У меня их нет, я отдал всё Мигелю, — набравшись храбрости дон Смит уже даже, как сказали бы мои студенты «наезжает» на меня. — Если бы он счёл нужным, то показал тебе их.

Я пребываю в растерянности, неужели действительно бумаги у Мигеля. Может, нужно было сначала поискать их и лишь потом спрашивать с дона Смита.

— Может, показал, а может, не успел, — очаровательно улыбаюсь я. — Молодожёнам, знаете ли, не до бумаг. Если вы понимаете, о чём я.

Фернандо хмыкает, только вот я не понимаю одобрительно или наоборот. Он такой моралист, что аж тошно становится прогрессивной женщине двадцать первого века.

— Всё дело в том, дорогой дон Смит, — ласково говорю я, дотрагиваясь до его ладони, — что мне очень понравился участок у ручья. Я хочу к возвращению мужа построить там купальню.

Я решаю разыграть дурочку, а иначе как ещё усыпить бдительность поверенного до того, как я найду или не найду бумаги. Когда уже вернётся Мигель! Ещё уехать не успел, а я уже скучаю. Сегодня ночью приснился такой неприличный сон, что, даже вспоминая его, я краснею. Не хватает мне его, очень не хватает.

— Понимаете, зачем нужны мне бумаги? Чтобы узнать наша это земля или нет. Кто же, кроме вас, мне может в этом помочь? — Наивно хлопая глазами, смотрю я на раздувающегося от важности поверенного.

Больше всего я боюсь, что с расспросами встрянет Фернандо и раздушит, создавшуюся между нами, атмосферу доверия. Друга держи близко, а врага ещё ближе и пока мы не разберёмся друг дон Смит или враг, отпускать его от себя нельзя ни при каких раскладах.

— Опишите-ка мне подробно эту местность, — победно взглянув на Фернандо, просит дон Смит, — я должен вспомнить.

Вот плут! Он должен вспомнить, да на хуа хуа, простите за ломаный английский. Земли бесхозные, захватывай сколько сможешь удержать, тебе ещё и спасибо скажут. Мне от него нужны оформленные бумаги на владение землёй, так на всякий случай.

Наш российский бюрократизм приучил меня на всякий чих иметь соответствующий сертификат, а на каждое действие бумажку.

Даже в Бразилии конца семнадцатого века, я не намерена отступать от своих привычек. Ибо только с бумажкой ты человек.

За меня детально описывает участок Фернандо. Я же только добавляю красок и эмоций в его рассказ.

— Нет, такого участка у Верейро точно не было, но вы не переживайте дона Тори, я сегодня же оформлю все необходимые бумаги, а потом заверю их у генерал-губернатора, — уверенно говорит дон Смит.

— Тогда ещё одно дело. Вспомните равнинный участок, а лучше, если он будет горный, который располагается поблизости. Мне его тоже нужно будет оформить, — прошу я поверенного.

Не хочу сразу засаживать огромные участки. Нужно проверить свою теорию по экспорту кофе, попробовать пересадить саженцы кофейных деревьев, вырастить из зёрен саженцы и вот тогда, когда я всё это опробую, тогда и будем расширяться.

— Я знаю неподалёку один такой участок, совсем без деревьев, только трава растёт, — вставляет Фернандо.

— О, опиши его подробно дону Смиту, чтобы он составил документ, а я пойду отдохну, с вашего позволения, — не дав мужчинам высказать своё мнение по поводу моего отсутствия, как я исчезаю за дверью.

Перед ночной вылазкой мне просто необходимо поспать. Я что-то слишком устала и очень хочется кушать. По пути в спальню я сворачиваю на кухню, где застаю двух рабынь за приготовлением еды.

— Что осталось от завтрака? — Спрашиваю я.

Бедные рабыни падают на колени и ползут ко мне. Я не ожидала, что такой невинный вопрос вызовет такую бурю эмоций.

— Не наказывайте, хозяйка, — умоляет меня та, что постарше. — Мы съели остатки.

С одной стороны, нужно наказать, чтобы не разбазаривали хозяйское добро. Больше, чем уверена, что они не сами съели, а украли для своих семей. С другой стороны, это всего лишь еда.

Пускай Фернандо решает этот вопрос, он же управляющий, а то я со своим либерализмом могу наворотить столько, что даже Мигель не разгребёт.

— Дайте мне поесть, а о своём поступке скажете управляющему, он решит, как с вами поступить, — спокойно говорю я, — дома я бы уволила поваров.

Рабыни заметались по кухне. Отрезали мне свежего хлеба, подали к нему отварного мяса и масла. Налили в кружку молока. Я с аппетитом поела и отправилась спать, ночь предстоит нам бурная, а завтра я хочу ещё и поработать.

На сытый желудок я быстро засыпаю и просыпаюсь уже ночью. В окно заглядывает жёлтый диск луны. Значит, пора выходить на охоту.

Я набрасываю на плечи тот же самый халат, надеваю тапочки и тихонько ступая выхожу из комнаты.

Усевшись на ту же самую лавочку, я ожидаю Фернандо.

— Да, вас действительно не видно, — пугает меня управляющий, появившись из ниоткуда, как чёрт из табакерки. — когда вы спокойно сидите, а теперь наблюдайте за мной, как в прошлый раз.

Я выглядываю из куста и вижу Фернандо. Он что-то показывает мне, но я абсолютно ничего не понимаю.

— Получается, что дон Смит не лжёт? — С надеждой спрашиваю я.

— Во всяком случае я вас не увидел, — Фернандо пожимает плечами и упрямо добавляет. — Но полностью исключать, что дон Смит знал, что вы здесь, я бы не стал.

— Ты просто недолюбливаешь его и пытаешься подогнать факты под удобную для тебя версию, — делаю я вывод, а Фернандо и не отпирается.

Глава 30

Утром дон Смит приносит бумаги, которые я отложила пока в ящик стола.

— Тори, прочти, всё ли я правильно записал? — Язвительно спрашивает поверенный.

— Я обязательно изучу документ, но чуть-чуть позже, — не разочаровываю я его, — и выскажу вам своё мнение относительно его. Я сейчас, прошу простить, у меня назначена встреча с управляющим.

Дождавшись пока дон Смит выйдет из кабинета, я запираю его на ключ. Опоздала я, конечно, с мерами безопасности, но лучше поздно, чем никогда.