"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Жеребьёв Владислав - Страница 1358

Трое заговорщиков повернулись друг к другу. С-Вэшот перво-наперво осведомился у Манрасса:

– Что думаешь, дитя?

– Я бы остерегался верить ему, но, кажется, он ничего не заподозрил. Воспользуемся его преданностью императору. Как иситар-сит он нам ещё пригодится.

– А ты, Щитор?

– Мои слова ничтожно мало значат, но именно заламин-наггир предупредил меня о немилости императора, несмотря на свой долг перед ним. Этого я не забыл. И половина моего потомства – мои будущие нассар-аке[54] ждут своего часа.

– Помню, Щитор. Уже скоро. Я пробужу всех. Нам понадобится их преданность и сила.

Префектор склонил голову.

– Я уповаю только на милость, господин.

– Подождём, – в итоге решил С-Вэшот, помахивая жалом. – Пусть С-Рэшаш пока живёт. Заламин-наггир теперь у нас в руках, а скоро там окажется и наггеши.

«Жала бы вам поотрубать, – рассуждал Эшесс по пути во дворец, – и в глотки вставить. Или скормить Ледяному змею, твари двуличные».

Биб-паж упорно бежал следом, стараясь не отставать…

«Итак. Сперва к лекарю, а потом к императору».

Его собственное жало следовало вылечить побыстрее.

Через несколько дней иситар-ситу сняли повязки. Благодаря чудодейственной мази, опытности дворцового лекаря и заботам Рессаны, остриё полностью зажило. В покоях навели порядок. И однажды вечером после ужина с императором Эшесс вернулся туда и обнаружил, что с ним пытались связаться по шаровизору. Отследить источник сигнала не удалось, но вскоре поступило новое сообщение. Перед заламином предстал капитан пришельцев Талех.

– Вы не передумали насчёт своего ритуала?

Эшесс торжествующе улыбнулся.

– Я сам назначу время и место…

Шаттл, удачно замаскированный под имперского хищника облегчённого класса, мало-помалу снижался над обширным атмолом.

– Зачем мы сюда прилетели? – спросила Женя.

Капитан управлял шаттлом, а она сидела в кресле штурмана и разглядывала грандиозное сооружение в центре громадной летающей глыбы. Немыслимое по геометрическим формам и конструкции. Колонны торчали под острым углом, а лестницы как будто висели в воздухе…

– Я же обещал экскурсию, – ответил Талех. – А это легендарный Храм тигримов, уцелевший в мешанине планет.

– Ага…

До этого они почти час кружили над скоплением парящих в невесомости островов-поплавков – так Женька окрестила атмолы, и любовались городами и скалами… А строение, над которым они сейчас маневрировали, обступали сады и хвойные заросли, а по краям лепились глиняные домишки тигримов.

Шаттл окончательно снизился и приземлился на площадке перед каменными воротами тигримского Храма.

– Так вот почему мы так вырядились! – догадалась Евгения.

Талех настоял на том, чтобы одеться соответственно местным обычаям. Ей снова пришлось напялить корсаж, длинную юбку-разлетайку, вышитую жилетку и обруч с вуалью. Правда, вуаль она всё же сняла и оставила в шаттле.

– Но ты выглядишь не как заламин.

– А зачем? Поблизости нет наггеваров.

– Хм…

– Но и в форме незачем дефилировать.

– А…

Едва они выбрались из шаттла-хищника, как их окружили тигримские монахи в набедренных повязках и накидках, похожих на пончо. С бусами и браслетами на щиколотках, шеях и запястьях…

«Полуголые тигримы в побрякушках это нечто, – решила Женя. – Интересно, они всегда так ходят, или только когда тепло?»

Отрешённые лица монахов, стриженных под ёжик, излучали покой.

Пришельцев вели через сад, мимо увитых чем-то ползучим и колючим деревянных пергал. Под решётчатыми навесами, откуда свешивалось растение с острыми узорчатыми листьями, словно мордочки очковых кобр. Они шли по дорожке, выложенной гладкими плитками, и под каблуками скрипела пыль. По бокам покачивались цветы – колокольчики и колокольчики. Пыль собиралась на листьях и кружилась в желтоватом воздухе блестящими крупинками. Пахло цветами и пылью. В носу защекотало, и Женька чихнула.

– Давно без дождей, – объяснил один из монахов низким приятным голосом.

Евгения удивилась, что он вообще с ней заговорил.

Главный Храм, сложенный из треугольных и прямоугольных блоков, неравномерно промазанных по швам белой глиной, вблизи напоминал беспорядочное нагромождение камней. Коричневые шероховатые плиты и белая лоснящаяся глина…

Путешественников пригласили в узкий неровный проход, который Женя приняла за щель между блоками. Они очутились в прохладном зале с множеством пылающих свечей, налепленных по выступам стен. Из-за этого внутри оказалось довольно светло. Свет проникал также в узкие отверстия, расположенные симметрично через каждые три метра. В углублениях по периметру переливалась вода, а рядом блестели металлические чаши…

– Добро пожаловать на атмол Вечности!

Навстречу Жене и Талеху вышел заламин-наггир. Монахи слаженно поклонились и моментально исчезли, юркнув во все отверстия.

– Я так счастлив, что вы согласились прийти, Талех-заги, – с улыбкой сказал заламин, переводя взгляд с джамрану на землянку и обратно.

– Ему до заги ещё половина третьего этапа и целый четвёртый, – возразила Женька.

Если уж блюсти формальности…

– А вы сегодня даже без вуали, лали? – насмешливо заметил Эшесс.

Что-то он чересчур радовался…

– Зачем мне вуаль? – фыркнула Женька. – Я же теперь не адзифа. И зовите меня Ева, кстати.

– Хорошо, Ева, если будущий заги позволит.

– Ей моё разрешение ни к чему, – заявил Талех, которому надоели обмены любезностями. – Начнём! Что я должен делать?

– А что вы задумали? – насторожилась Евгения.

– Провести священный ритуал яда и крови по древнему наггеварскому обычаю, – ответил Эшесс, – чтобы стать асше[55] – ближе, чем единокровные.

– В чём он состоит? – спросил командор.

– Идите сюда…

Они прошли за ним на середину зала, где на чёрном полу скрещивались геометрические узоры в виде красных и зелёных клиньев и ромбов. Женька только сейчас обратила внимание, глянув под ноги. Заламин-наггир поднял с пола две острые кривые сабли и протянул одну Талеху.

– Владеете клинком, заги?

– Более-менее, – скромно ответил капитан.

– Я видел тебя в деле и, полагаю, в искусстве боя мы равны… Так или иначе, но сперва поединок. Тот, кто одержит победу и ранит другого, жалит первым…

– Заламин-наггир, – задумчиво проговорил Талех. – Есть одна проблема. У меня нет жала. Генетически выращенный отросток – всего лишь имитация. Мой организм не выделяет яда.

Эшесс нахмурился.

– Это осложнит ритуал. Но мы вправе изменить правила. Однако между равными должен произойти равноценный асша-ат[56], иначе ты станешь моим рабом…

Иситар-сит поразмыслил маленько.

– Предложи что-нибудь взамен, хотя бы условно.

Талех наморщил лоб.

– Генетический обмен, разве что.

– То есть?

– Обмен генами. В принципе, это исключено. Джамрану одного пола не обмениваются генами.

– Табу?

– Генофизика. Генокоды в этом случае отталкиваются как одноименно заряженные частицы.

– Но мы не совсем одного пола.

– Самец – он и в Африке самец, – вырвалось у Женьки, по ходу вникающей в разговор. – Особенно в Африке.

– Африка? – переспросил заламин. – Где это?

Евгения смутилась, а Талех странно посмотрел на неё и рассудил:

– В некоторых ситуациях, учитывая, что я не обычный джамрану, допускается ставить генетическую метку.

– Как?

– Увидишь. Это почти как ужалить. Особенно, если активировать гатракские гены.

«Ой, что-то будет!» – испугалась Женька.

– Согласен, – кивнул Эшесс, перекидывая клинок из левой руки в правую. – Если готов, начнём.

– Никаких поблажек, – ответил Талех, для пробы со свистом рассекая саблей воздух, и становясь на изготовку.

Женя попятилась.

– Лали, посидите пока в сторонке, – предложил заламин. – Вон там – на подушках.