"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Жеребьёв Владислав - Страница 1232

Миритин дёрнулся, как от пощёчины, налобный рисунок покраснел.

– Что ты сказала? – глухо спросил он.

– Рилис управляет самрай-шак. Важно оказаться рядом в нужный момент… Я читала!

– Руки бы оторвать тому, кто это написал!

Шакрен едва сдерживал ярость. Аманда испуганно смотрела, как багровеет его лицо, мерцают чешуйки и горят огнём налобные знаки…

– Я просто хотела быть рядом. Тебе всё равно не удержаться… Миритин? Миритин! Не молчи. Ты пугаешь меня! Я боюсь!

– Ах, боишься…

Рилис бушевал с чудовищной силой, и Миритин жаждал кого-нибудь придушить и растерзать. Он схватил Аманду, повалил её на кровать и стиснул так, что кости затрещали.

– Аааа! Больно!

– Что!? Теперь достаточно страшно?!

– Мирити-ин, – заплакала она, пробуя вырваться из его тисков.

– О чём ты думала?! – в гневе прорычал он. – Я что, животное?! Дикий зверь?! Или, как по-вашему?! Кобель! Чтобы бросаться на каждую течную суку… Ох, прости, с дамами так не разговаривают… С дамами – да! А с веями разговор короткий…

Аманда лежала под ним ни жива, ни мертва… Шакрен точно не собирался её целовать.

– Понимаешь, вея-землянка, что тебя ждёт? Кладка, а с ней – несварение желудка, спазмы, тошнота, рвота, рези в животе… Заманчивая симптоматика?… Потом я вернусь и безжалостно оплодотворю тебя, за сто часов. Но это будет ложное оплодотворение… А знаешь, что делают самрай-шак с веями, у которых ложное оплодотворение?

– Нет, – испуганно выдавила Аманда.

– Убивают их, как непригодных к вынашиванию потомства.

Так поступали только древние самрай-шак, чтобы зря не кормить испорченную чарим-вей ещё один лишний оборот.

– Да! Я – зверь. Нет! Хуже. Я – хищное насекомое. Иногда самрай-шак поедали негодных вей и разделывали друг друга… Живьём!

Аманда затряслась и зарыдала. Миритину лишь хотелось, чтобы она ушла. Его глубоко оскорбили её слова о неразборчивых самрай-шак. Он отпустил женщину, накинул ей на плечи свой халат и подтолкнул к двери.

– Убирайся! И считай, что ничего не было. Одежду можешь не возвращать.

Похоже, он перегнул палку. Зато хорошенько напугал. Аманда закуталась в халат и выбежала со слезами на глазах.

Миритин остался один и, наконец, дал волю гневу. Под руку подвернулся стул. Он схватил его и принялся крушить всё подряд, испытывая от этого странное удовлетворение. Неистовое и первобытное удовольствие…

Когда самрай-шак разнёс всё вокруг, гнев улетучился, а вместе с ним отпустил и рилис. На время. Миритин обозрел картину разрухи и вздохнул. Компьютер укоризненно зиял разбитым монитором. Теперь и не вызовешь никого по внутренней связи. Вывороченные с корнем реле, поломанная мебель… В довершение и от досады он доломал стул и отшвырнул обломки. Обессилено рухнул в кресло и притронулся к вискам.

«Попробуем так. Главное, сосредоточиться…».

Чёрная птица рванулась сквозь переборки и помчалась по коридору, громко хлопая крыльями и распугивая всех, кто попадался на пути… Наступил вечер и ндарим нашёл Женьку в каюте, где она собиралась на танцы. Поначалу Евгения удивилась, а потом её подкинуло:

– Миритин!

Сегодня его не было на работе. Владислав объяснил, что заменил шакрена, потому что:

– «У него… Сама понимаешь… Сидит дома и пьёт таблетки».

Женя бросила расчёску и заметалась по комнате, открывая шкафы-соты. Нашла контейнер с таблетками в холодильнике и побежала к Миритину. Ндарим летел впереди и оглядывался, словно умоляя поторопиться. Встречные офицеры и техники удивлённо провожали взглядами диковинную птицу и растрёпанного ксенопсихолога. Ндарим растаял в воздухе, не долетев до переборки, а Евгения забарабанила в дверь. Потом опомнилась и принялась трезвонить. Включился динамик, и оттуда раздался взволнованный голос:

– Кто там?

– Ева!

– Уходи! Я опасен!

– Меня позвал ндарим! Тебе нужны таблетки. Открой!

Тишина…

– Открывай сейчас же, придурок! Или я позову капитана.

Переборки разъехались, Женька ворвалась в каюту и потрясённо затормозила, озирая руины… Самого Миритина не было видно…

Он возник из засады, словно охотник карауливший дичь, и припёр её к стенке. Совершенно обнажённый, с горящими глазами… Тяжело дыша, шакрен склонился к её лицу, вдохнул долгожданный запах.

– Ты пахнешь веей… – пылко сказал он и потянулся к Евиным губам.

Она сунула ему под нос контейнер с таблетками.

– Остынь, Миритин!

– Поздно…

– Я тебе покажу, поздно!

Он попытался поймать её губы. Женька завертела головой. Тогда самрай-шак ладонями сдавил ей виски.

– Миритин, – холодно произнесла она. – Если ты меня поцелуешь – получишь в глаз. Будете с Сандером на пару ходить и подсвечивать в коридорах.

Неожиданно, это возымело действие. Миритин очнулся и отпрянул.

– Прости…

– Да ладно. Чего не бывает.

Она усадила его в кресло и открыла контейнер.

– Сколько?

– Чего?

– Пилюль!

– Две. Или, нет. Три…

Она запихала ему их в рот.

– Воды?

– Не обязательно.

– Ну, уж нет. Нечего давиться в сухую.

Благо, пищеблок уцелел. Женька принесла Миритину стакан воды. Он жадно запил антиспериум и прикрыл глаза.

– Сейчас, подействует… Ева, дорогая, если бы не ты.

– Я вижу.

– Прости…

– Хватит извиняться! Это моя работа – усмирять буйно-помешанных. Прощение будешь просить у капитана, за то, что здесь натворил.

– Я немного посплю, – сонно пробормотал Миритин, и она помогла ему перебраться на кровать…

Он так вымотался в неравной борьбе с самрай-шак, что сразу отключился. Женька с облегчением вздохнула и погладила Миритина по голове.

– Спи, солнышко.

Отыскала покрывало и укрыла доктора, заботливо подоткнув края. А сама решила побыть здесь ещё немного. Мало ли что. Танцы подождут.

Женя прилегла на раскуроченный диван, закрыла глаза, на минутку… Проснулась она от звонка в дверь. Спросонья вскочила, на автомате открыла и уставилась на капитана.

– Что случилось, кэп? Уже утро?

– Вечер! Вообще-то, я собирался у тебя спросить.

За спиной у хмурого Талеха сгрудилась куча народу: Фиримин, Владислав, Морголина, Сандер и команда безопасности.

– Ой! Откуда вас столько? – с Женьки разом слетел весь сон. – У кого-то день рождения?

– Ева! Кто там пришёл? – позади неё не вовремя возник Миритин. Практически без ничего – завёрнутый лишь в покрывало, ниже пояса.

– А я говорила! – злорадно воскликнула Морри. – Ей третий этап не пройти.

– Это ещё почему? – нахмурилась Женя.

– Ты ещё спрашиваешь? – торжествующе рассмеялась опекунша. – Тебя застали в каюте с голым шакреном! Тупица.

– Э! Ты совсем дура? Или рехнулась, при виде голого шакрена? – Женька сердито оттолкнула её руку с геномометром и обратилась к Талеху. – Капитан, что за демонстрация протеста? Я тут лечу пациента.

– Лечишь?! Это так теперь лечат?! – Морри чуть не задохнулась от возмущения.

– Тебя не спросили!

– Всем заткнуться! – рявкнул Талех.

– Я всё объясню, – поспешно вмешался Миритин.

А Женя поймала настороженный взгляд Владислава.

– Я жду объяснений, – потребовал капитан. – А то, если верить до смерти перепуганной Аманде, здесь кого-то только что съели, расчленили и оплодотворили, – он задумчиво умолк и добавил. – Или всё-таки в обратном порядке…

– Ни то, и ни другое, – заявила Женька. – Незачем беспокоиться. Капитан пусть зайдёт, остальные – свободны.

Она воспользовалась правом ксенопсихолога.

– Фиримин с Владиславом тоже могут зайти, – разрешил Миритин.

– Я всё-таки обязан проверить, – заметил Сандер и достал свой геномометр.

– Зря стараешься, – усмехнулась Евгения, когда опекун провёл устройством по её губам. – Шакрены не обмениваются генами…

– Зато они целуются, оставляя ДНК.

Женька закатила глаза.

– Я с ним не целовалась!!!

– Стоило убедиться, – улыбнулся Сандер. – Пойдём, Морри, ложная тревога.