"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Жеребьёв Владислав - Страница 1193

– Определённо, – кивнул Рокен. – Законодатели посчитали, что некоторые лазейки могут быть использованы лишь в исключительных случаях. Иначе, наступит хаос.

– А ты понимаешь по-староджаммски? – уточнила Женька.

– Вряд ли. Но текстовый переводчик есть в любой базе данных.

– Переводи, – сказал Грегори.

Рокен подсел к компьютеру, отсканировал все непонятные сноски и запустил программу…

– Готово!

Они придвинули стулья к нему поближе.

– Что там?

– Сейчас посмотрим… Не то… И это тоже… Нет… Да где же?… Вот! Вот оно! То самое! Читайте! – Рокен насилу сдерживал ликование. – Вот какое оно – наше спасение… Ши-икарная лазейка!

– Дай посмотреть! Пусти! Ты закрываешь экран…

Женька с Грегори толкались, невольно загораживая друг другу обзор.

– Видите?

Рокен увеличил текст и развернул монитор. Евгения привстала, заглянула ему через плечо, прочитала и медленно откинулась на спинку стула. Это был коварный, рассчитанный удар под дых. В самое слабое и болезненное место.

– Нет…

– Да! – в один голос заорали Грегори с Рокеном.

– Нет! – Женька чуть не плакала. – Я не хочу! Я не стану этого делать!

– Сделаешь! – убеждённо заявил Грегори. – Если командор и станция тебе небезразличны.

– Нет! И не просите… Я не готова! Я… Это невозможно!

Рокен усмехнулся.

– Ещё как возможно! Чтобы спасти Талеха, себя, меня, нас…

– Нет… – Женя вздохнула. – Да!.. Довольны?

Евгения понимала, что уже не отвертеться. Они так долго искали выход… А теперь… Словно и не было всех этих дней. Это выглядело таким неправдоподобным. Слишком очевидно, просто и невероятно запутанно – одновременно. Типично по-джамрански. Или по-джаммски?

– Ты ведь любишь его, – сказал Рокен.

– А ты уверен, что это ещё работает? Староджаммский всё-таки…

– Работает, однозначно. Это древний закон. А даже самые отъявленные реформисты соблюдают главные традиции и законы… Ева, других вариантов нет. Это единственный способ отменить приговор. Только надо всё сделать так, как здесь написано. До мелочей, – предупредил Рокен.

– Хорошо. Я это сделаю, – обречённо согласилась Женя. – Если ничего другого не остаётся. И… Вы правы, мальчики. Я люблю Талеха и хочу ему помочь.

«А кто же тогда поможет мне?»

Женьке казалось, что её загнали в ловушку. Умело и хладнокровно.

– Сама напросилась, – сочувственно улыбнулся Грегори.

Глава 22

Сама напросилась

В полной мере Евгения осознала истинный смысл этих слов лишь на следующий день. Сидя на жёсткой скамейке партера между Рокеном и Грегори в зале суда. Дворец Правосудия располагался неподалёку от командариума, на примыкавшей к площади улице. Из коридора, по которому они шли, Женя уловила мелькнувший в окне кусочек Праздничного дома, и её захватили воспоминания… Так хотелось вернуть прошлое, до слёз, пусть и с гатраками…

Постепенно в зале стало шумно. В двухъярусных ложах, окаймляющих партер, собирался народ. Здесь не было предусмотрено амфитеатра…

Женя привстала и завертела головой по сторонам:

– Аншлаг прямо! Откуда все эти люди?

Никого из них она не знала.

– Приглашённые свидетели правосудия. Чтобы следить за вынесением приговора, – объяснил Рокен.

– Как присяжные?

– Нет. Просто наблюдатели – «свидетели справедливости». Они не принимают решений. Случайные люди с улицы и окрестных домов. Их пригласили спонтанно. Зато, они имеют право оспорить приговор, если судья допускает оплошность… В наше время – это только формальность. Немногие сведущи в делах правосудия.

Женька рассматривала временно пустующую судебную кафедру. До заседания оставалось ещё пятнадцать минут. Друзья специально пришли раньше, чтобы Евгения освоилась и собралась духом… Пока что она никакой собранности не ощущала, только поджилки тряслись всё сильнее и сильнее…

За кафедрой стояло пять кресел. Женя теперь знала, что главный судья именуется Начальником Трибунала. Его место – в центре. Справа от него сидел Председатель, слева – секретарь. Рядом с Председателем – белый оппонент. А сбоку от секретаря – чёрный.

Под кафедрой установили столы. По правую руку, если смотреть в зал, – для защиты, по левую – для обвинения. Защитник с обвинителем уже разложились на них и рылись в документах…

– Многовато народу, – озирался Грегори. – Неужели, все приняли приглашение и… Одни джамрану!

– Конечно, – усмехнулся Рокен. – Это джамранский Трибунал. Кто пригласит сюда не джамрану? Многие наверняка узнали повестку заседания и повалили без приглашения. Какой дурак пропустит такое зрелище? Суд над человеком, который помешал другому осуществить генетический обмен. Это же нонсенс! Пережиток прошлого…

– А в прошлом мешали?

– Боюсь соврать, но говорят ещё как.

– И всех судили?

– Пачками.

– Вот уж была развлекуха, – хмыкнул Грегори.

– Тоже мне, сенсация, – пробурчала Женька, съёживаясь от неловкости. – Они и на меня припёрлись поглазеть?

– Не мечтай. Ты вообще по этому делу не проходишь.

Действительно, на землянку даже внимания не обращали. И Женя вздохнула с облегчением…

Джамрану в ложах с любопытством вытягивали шеи, переговаривались вполголоса, толкали друг дружку. Партер вскоре заполнился жителями станции. Многие явились поболеть за командора. В том числе, и Рал с Гранталом. Они уселись с противоположного края, на единственные незанятые места, и приветливо замахали оттуда Женьке и её спутникам. Она помахала в ответ. Хотя настроение от этого не улучшилось. Друзей разделяла целая толпа сторонников Зандена – офицеров джамранского корпуса…

Все ждали подсудимого и потерпевшего. И дождались. Они появились свободно, без всякого конвоя, за десять минут до начала заседания. Талех с Занденом вышли из бокового прохода, мило беседуя и беззаботно смеясь. Словно добрые друзья, а не соперники вовсе. Как будто один не выдвигал обвинения против другого… У Женьки и так мозг был на раскоряку, а тут вообще чуть глаз не выпал… Нет! Никогда она не поймёт этих джамрану!

Кивнув друг другу, соперники разошлись по своим столам; и взгляды из зала моментом достались Талеху. Командор излучал достоинство и казался невозмутимым, как обычно. Занден наоборот проявлял нетерпение, даже когда разговаривал с обвинителем.

Переводя взгляд с одного мужчины на другого, Женька внезапно поняла, чем они похожи и этим же отличаются. Внутри обоих горел негасимый огонь, невероятный по силе и красоте. Но Занден был охвачен им целиком, опаляя всех, кто оказывался поблизости. А пламя Талеха теплилось глубоко внутри. Снаружи он хранил ледяное спокойствие, выпуская огонь наружу в исключительных случаях…

Евгения слишком хорошо знала эти случаи. Настолько, что воспоминания о них заставили её покраснеть. Трудно было представить себе более хладнокровного, уравновешенного мужчину и, в то же время, – неудержимо страстного и волнующего… Когда они оставались наедине, и стена невозмутимости рушилась. Женя сполна испытала последствия этого на себе… Как никто другой…

Притом, что командор не был загорелым красавчиком с обложки. Вот Сирил – да, а Талех – нет. Но он и без того покорял всех своим шармом и обаянием. Евгения не променяла бы мужественность командора ни на какую иную привлекательность. Её притягивало к нему так безудержно, что она боялась раствориться, забыться навсегда… Временами хотелось полностью отдаться ему – телесно, духовно, генетически, как угодно, утратив собственные желания… Это и пугало больше всего. Женьке иногда мнилось, что она уже не принадлежит себе…

«Так нельзя!»

Она понимала это и не могла оторвать взгляда от его лица… Ведь изучила каждую чёрточку, а всё равно находила что-то новое. Евгения испытывала почти физическое удовольствие, любуясь Талехом…

Яркие глаза, аристократичный профиль… Губы… Такие тёплые и мягкие… Не полные или тонкие, а выразительно очерченные. Нежные и чувственные, а не хищные, как у Зандена…