Забвение Миров (СИ) - Кулеш Мирослава (Мира) - Страница 46

Комментарий к Глава 27. Сплетение.

*Трансформа́тор Те́слы, или кату́шка Те́слы (англ. Tesla coil) — устройство, изобретённое Николой Теслой и носящее его имя. Является резонансным трансформатором, производящим высокое напряжение высокой частоты. Прибор был запатентован 22 сентября 1896 года как «Аппарат для производства электрических токов высокой частоты и потенциала».

========== Глава 28. Плен. ==========

Алиса лежала на больничной кровати, её руки и ноги были привязаны фиксирующими манжетами, кровать от другой части помещения отделяли белые плотные занавески. В её вены были воткнуты иголки двух капельниц, красная субстанция тихо капала из них. Девушка с трудом разлепила глаза и попыталась понять, где находится. Последнее, что она помнила, как за ней приехал коллега Андрея, чтобы отвезти домой, поскольку тот был занят, проводил дознание.

Алиса попыталась сглотнуть сухость в горле, но ничего не вышло, и она зашлась тяжёлым кашлем. Голова кружилась, очертания ширмы и потолка расплывались. Внезапно кто-то отдёрнул занавеску. Это был некто, кто назвал себя коллегой Андрея. Конечно же, это был Сергей Воронин, но Алиса могла об этом только догадываться. Он был одет в белый халат, а в руках держал стакан воды.

– Очнулась, – довольно проговорил он.

Алиса лишь простонала в ответ.

– Давай, тебе надо попить, – он приподнял её голову и помог напиться.

Когда стакан опустел, он снова уложил голову Алисы на подушку, поставил стакан на тумбочку и стал поправлять капельницы.

– Ненавижу Драконов за то, что они упрямцы твердолобые, однолюбы. Тьфу блин, сначала делаю, а потом страдаю, – ворчал он. – Если бы твой Андрюшенька не был таким упёртым бараном, тебе бы не пришлось сейчас так страдать. Хотя, возможно, оно и к лучшему, если эксперимент удастся и ты выживешь, то будешь так же уникальна, как и твой дружок, может даже, круче него.

– Он придёт за мной, – пробормотала Алиса.

Мужчина достал из кармана халата шприц и вколол его содержимое в одну из капельниц.

– На то и расчёт, девочка, на то и расчёт, – равнодушно ответил он. – А теперь спи, тебе понадобятся силы, чтобы пережить обращение, если, конечно, мой эксперимент будет удачным.

– Что вы сделали со мной? – голос стал ещё слабее, Алиса погружалась в забытье.

– Всего лишь улучшил тебя, – мужчина пожал плечами, – чтобы ты была под стать своему жениху.

Шторку снова задёрнули, но Алиса этого уже не видела, только слышала: она снова погрузилась в темноту.

Следующее пробуждение сопровождалось острой болью во всём теле. Слабо шевеля губами, она позвала любимого, но ответил ей кто-то другой.

– Тише, тише, – шептал он. – Ещё немного потерпи, скоро всё закончится.

– Он придёт за мной, – шептала она, мечась по постели, натягивая манжеты до боли, до тёмных ссадин на коже. – Он поймает тебя.

– Он мог поймать меня, у него был шанс, но это и отличает его от других людей, он упустил меня только потому, что в то время как он должен был гнаться за мной, он поставил тебя в приоритет.

– Он поймает тебя, – закричала Алиса что было сил, вырываясь и срывая крепления манжет от постели.

– Чёрт…

Мужчина зажал её, поставил укол прямо в шею, и она обмякла безвольной куклой в его руках, снова погружаясь во тьму.

Ей снился Андрей, мечущийся по парковке, раздираемый жаром сдерживаемого обращения. Он отчаянно кричал, ревел Драконьим голосом, звал… Она чувствовала его отчаяние, как своё, от этого она начала плакать во сне. Она чувствовала, как слёзы стекают по горячим щекам. Этот сон был слишком реальным.

Следующее пробуждение стало спасительным. Горячие капли пота стекали по её телу, волосы намокли, пряди прилипали к шее и лбу. Тело больше не болело, ей было слишком жарко, словно горячее пламя охватило её. Она была больше не привязана к постели. Алиса осмотрела свои запястья, на них «красовались» тёмно-фиолетовые полосы синяков от манжет, в её руки больше не были воткнуты иглы капельниц, ширма была задёрнута, а вокруг стояла оглушительная тишина. Девушка попыталась сесть. Она заметила, что была одета в больничную распашонку с вырезом и завязками на спине. Нужно было что-то делать, она не могла оставаться здесь. Алиса спустила дрожащие ноги на холодный мраморный пол. Дрожь и слабость во всём теле заставили её опереться на кровать. Она тяжело вздохнула, озноб не отступал, она стянула простыню и укуталась в неё.

Алиса шагнула за ширму, озираясь по сторонам. Никого не было. Тесная больничная палата пуста, из окна лился солнечный свет, дверь была плотно закрыта. Держась за стену, она дошла до двери и открыла её, на удивление она была не заперта. За ней находился длинный пустынный коридор, освещённый… масляными лампами? Алиса нахмурилась. Она вышла из палаты и, опираясь о стену, побрела в сторону двери, за которой, она надеялась, был выход.

Добравшись до двери, Алиса повернула круглую ручку и толкнула дверь. Это тоже была палата, только значительно больше, чем та, в которой держали её. В ней стояли две постели, задёрнутые ширмами.

– Что вернулся, козлина? – голос Маши разрезал тишину. – Вот выберусь, хана тебе.

– Это…, – Алиса прочистила горло, – Алиса.

– Алиса? – удивление послышалось в голосе Маши.

– Кто такая Алиса? – послышался мужской голос с соседней койки.

– Невеста золотого Дракона, – пояснила ему Маша.

Алиса отдёрнула ширму, из-за которой слышался голос Маши. Девушка была привязана к кровати не просто по рукам и ногам, как Алиса, а ещё несколькими ремнями вокруг тела. Алиса стала расстёгивать ремни, пальцы её дрожали и совершенно не слушались, что затрудняло задачу. Справившись с ремнями, она отстегнула манжет с руки Маши, после чего та начала сама отстёгиваться. Алиса перешла к другой ширме и, отдёрнув её, увидела молодого светловолосого мужчину, привязанного к постели. Она стала помогать ему отстёгивать ремни, а через несколько мгновений к ней присоединилась освободившаяся Маша.

– Ума не приложу, зачем ему ты, – проворчала она.

– Он сказал, что делает меня лучше, – прошептала Алиса.

– Козёл, – выругалась Маша, странно разглядывая Алису и хмурясь от собственных мыслей. – Он с нас кровь сливал литрами…

– Давно мы тут?

– Не знаю, пару дней, может, – предположила Маша.

Когда мужчина стал свободен, он встал с постели. Это была весьма удручающая картина: трое в больничных распашонках, совершенно не знающих, где они и для чего.

– Где он? – нарушила тишину Алиса. Не нужно было уточнять, о ком она спрашивала.

– Не знаю, – Маша озиралась по сторонам.

Собственно, смотреть было не на что: голые стены, держатель для капельниц, две койки, ширма, тумбочки, утки под кроватями. Наткнувшись взглядом на утку, Маша вздрогнула. Алиса проследила за её взглядом, приподняла брови и попыталась сдержать улыбку.

– Заорала сирена, и он куда-то ушёл, – присоединился к беседе мужчина.

– Я не ничего слышала, – Алиса снова нахмурилась.

– Уходим, – скомандовала Маша.

Они вышли из палаты. Маша оглядывалась по сторонам, мужчина помогал Алисе, обхватив её за талию и позволив опереться на него.

– Я Кирилл, – прошептал он.

– Алиса, – ответила девушка.

Преодолев коридор, Маша открыла дверь. Кирилл и Алиса значительно отставали. Маша шагнула в просторный старинный кабинет. Окно было раскрыто, в него врывался ветер, который сдул с рабочего стола листы с записями. Она осторожно начала собирать листы с пола, пробегая их глазами. Прочитав очередной лист, Маша застыла. Она тяжело сглотнула и оглянулась на вошедших Алису и Кирилла.

– Он сделал из тебя Дракона, – прошептала она.

– Что? – воскликнула Алиса.

Маша начала судорожно собирать листы с пола. Под рабочим столом обнаружилась сумка из странного материала, напоминающего крокодилью кожу. Она схватила её и стала заталкивать листы в сумку.

– Нам нужно уходить, – напомнил Кирилл.

– Я не могу бросить это здесь, это доказательства! – она стала сгребать в сумку оставшиеся на рабочем столе листы.