Ромеи и франки в Антиохии, Сирии и Киликии XI–XIII вв. - Брюн Сергей Павлович - Страница 70

В декабре 1112 г., в возрасте тридцати-шести лет, Танкред умер в столице своего княжества — Антиохии[1079]. Как об этом писал Альберт Аахенский: «В том же году брат Танкред, правивший в Антиохией, был охвачен тяжелой болезнью и умер примерно в дни Рождества Господа Нашего Иисуса Христа. Его похоронили в базилике блаженного Апостола Петра, и весть о его смерти принесла великую скорбь всем, ближним и дальним»[1080]. Причиной смерти скорее всего стал тиф или лихорадка, т. к. Альберт Аахенский говорит о тяжелой болезни, а Ибн аль-Каланиси сообщает, что Танкред заболел во время похода против Гох Васила[1081]. Наиболее же распространенными болезнями на Латинском Востоке были лихорадка и тиф. Танкред, вне всякого сомнения, является одной из интереснейших фигур эпохи крестовых походов. Его капеллан Рауль Канский оставил незавершенный труд — «Деяния Танкреда», в которых во всех возможных выражениях восхваляет достоинства своего патрона[1082]. Более интересна эпитафия, оставленная Матфеем Эдесским. Армянский хронист именует Танкреда «величайшим из всех верных» и «человеком благочестивым и святым, заботливым и преисполненным милосердия. Он постоянно обращал свое внимание к нуждам и благу христиан, проявляя великое смирение…»[1083]. Похвала Матфея Эдесского дает основание предположить, что Танкред, при всех своих отрицательных качествах, мог завоевать уважение и даже привязанность как со стороны латинских, так и со стороны восточных христиан Сирии.

Вместе с Бодуэном I Иерусалимским и Бодуэном II де Бургом, Танкред вошел в историю и как «отец-основатель» государств Латинского Востока, и как один из первых крестоносцев, которые готовы были, ради собственных прав и владений, яростно воевать с другими христианами. Такие эпизоды, как пленение Раймонда Сен-Жилльского (1101 г.), безучастие в выкупе Боэмунда (1101–1103 гг.), и борьба с Бодуэном II де Бургом (1107–1108 гг.) наглядно говорят о том, что Танкред готов был укреплять свое положение, в том числе и за счет своих же соратников по крестовому походу. Среди кампаний, инициированных Танкредом, как минимум шесть были направлены против византийских, армянских и латинских христиан[1084]. Примечательно, что Танкред на всю жизнь сохранил след именно от боя с христианином — рыцарем Альбери де Гранменилом, с которым он, из-за ссоры, схлестнулся во время осады Антиохии. И как же редко вспоминают о том, что Танкред, этот молодой, амбициозный и безжалостный нормандский завоеватель, до конца жизни хромал, получив во время этого боя под стенами Антиохии тяжелейшие травмы от руки своего же собрата-крестоносца[1085]! Танкред, вне всякого сомнения, заслужил почетное место среди великих нормандских завоевателей и был достойным наследником своего деда — Гвискара. Благодаря Танкреду княжество Антиохийское достигло своего расцвета, став равноценной частью «нормандского мира», наряду с нормандской Англией и Южной Италией. В рамках данного исследования нельзя не отметить, что ни один другой нормандский завоеватель, кроме Роберта Гвискара, не смог отвоевать у Византии и удержать столько же территорий, сколько Танкред в период двух своих правлений в Антиохии. С его именем связан и пик нормандской экспансии на Востоке; именно под его началом, пускай и в краткие периоды, нормандцы стояли в Вифлееме, Иерусалиме, на Фаворе, покоряли Галилею, держали под своей властью Эдессу и Мараш, завоевывали у ромеев Латакию, Мамистру, Адану, Таре. Как справедливо отмечает Рансимен, «долгая история князей Антиохийских была плодом его (Танкреда) энергии»[1086].

Танкред умер в расцвете сил, не оставив потомства; его супруга Сесилия была еще девочкой. Боэмунд I Антиохийский умер за год до этого, в Италии. Антиохийский престол и титул князя перешел, согласно воле Танкреда, к еще одному Отвиллю — Рожеру, сыну Ричарда Салернского. При этом Рожер должен был передать престол сыну основателя княжества — Боэмунда, если тот, достигнув совершеннолетия, прибудет на Восток[1087]. Князь Рожер, невзирая на краткость своего правления и трагическую смерть, показал себя достойным преемником Танкреда[1088]. В то же самое время он отнюдь не стремился расширять княжество за счет христианских территорий, сосредоточившись исключительно на войнах с сарацинами. Рожер поддерживал гораздо более дружественные отношения с другими франкскими государями Заморской земли и даже связал себя родственными узами с бывшими противниками Танкреда — графом Бодуэном II Эдесским и Жосленом де Куртенэ[1089]. Что касается дальнейшей войны с Византией, то она уже была фактически невозможна. Танкред расширил северные и западные рубежи княжества до предела, завоевав все византийские владения, которые были в зоне досягаемости франко-нормандцев. Единственным исключением был византийский Кипр, но идея нападения на остров не рассматривалась антиохийскими франками вплоть до правления князя Рено (1153–1160 гг.). Ни Рожер, ни последний нормандский князь Антиохии — Боэмунд II не помышляли о войне с ромеями. Император Алексей I Комнин, как мы уже говорили выше, также не намеревался возобновить борьбу с Антиохийскими князьями; этой же политики достаточно долго придерживался и его сын Иоанн II. В войнах между франкской Антиохией и Византией наступил почти тридцатилетний перерыв (1110–1137 гг.).

Бодуэн II де Бург и франкское завоевание княжества Евфратес

Единственная военная кампания франков, затронувшая положение Ромейской империи на Востоке в этот период (1112–1137 гг.), была инициирована не нормандскими князьями Антиохии, но графом Бодуэном II Эдесским, который завоевал Рабан, Кайсун и все земли, некогда принадлежавшие Гох Василу (т. н. «княжество Евфратес»). В 1116 г. войска графа Эдесского вторглись в пределы княжества Евфратес и осадили Рабан. Кампания не обещала быть легкой, т. к. войска нового князя — Тга Васила оказывали стойкое сопротивление, и франки быстро увязли у стен Рабана. Согласно хронике Матфея Эдесского: «Бодуэн, граф Эдессы, начал войну против Тга Васила, великого князя армян. Он выступил со своими войсками против Рабана и осадил город. На протяжении долгого времени он осаждал город, а затем установил надежную блокаду»[1090]. Князь Тга Васил надеялся найти союзников против франков в лице киликийских Рубенидов. Однако когда Тга Васил выехал в Тавр для переговоров со своим тестем — Левоном I, он был захвачен старшим из братьев Рубенидов, Торосом I, который решил сделать ставку на союз с Одесским графом. Плененный Тга Васил был выдан Бодуэну II де Бургу. По словам Смбата Спарапета, «Васил отправился к своему тестю, Левону, сыну Константина. Торос схватил его и отправил к Бодуэну, который безжалостно пытал его и силой захватил все его земли. Так закончилось правление армян в тех землях»[1091].

Под пыткой армянский князь согласился сдать франкам Рабан и Кайсун. Так прекратило свое существование армянское княжество Евфратес, чьи земли вошли в состав графства Эдесского и, впоследствии, стали частью сеньории (графства) Мараш. Сам Тга Васил, его семья, свита и последователи получили право покинуть земли своего бывшего княжества. По словам Матфея: «Васил вновь отправился к своему тестю, Левону, а оттуда в Константинополь, где греческий император с почестями принял как его самого, так все его войско»[1092].