Полководец. Война генерала Петрова - Карпов Владимир Васильевич - Страница 117

Да простят меня военные за то, что в подтверждение этого тезиса я приведу слова не военачальника, а русского писателя Добролюбова: «Не хотят понять, что ведь историческая личность (а полководец всегда историческая личность. — В.К.), даже и великая, составляет не более как искру, которая может взорвать порох, но не воспламенит камней и сама тотчас потухнет, если не встретит материала, скоро загорающегося. Не хотят понять, что этот материал всегда подготовляется обстоятельствами исторического развития народа и что вследствие исторических-то обстоятельств и являются личности, выражающие в себе потребности общества и времени».

Этим и объясняется, что в годы Гражданской войны прапорщики и даже унтер-офицеры становились командующими армиями, фронтами и успешно громили царских генералов, потому что те не обладали уже искрами, способными зажечь войска, и войска, состоявшие из народных масс, уже не воспламенялись старыми, монархическими идеалами.

В годы Великой Отечественной войны наши полководцы и их армии были объединены, горели общей любовью к родине и стремлением изгнать фашистов с родной земли, и именно это определило нашу победу.

НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ

Я не был участником битвы за Кавказ. И поэтому меня нельзя заподозрить в слабости, свойственной авторам иных мемуаров, считающих, что те сражения, в которых они участвовали, оказали решающее влияние на достижение победы. Повторяю: я не участвовал в боях за Кавказ. Но я прочитал много книг, познакомился с сотнями документов, беседовал с очень многими участниками этой битвы. Как я уже говорил, мне думается, что битва за Кавказ пока не оценена по достоинству и значение ее не отражено в должной степени нашей художественной литературой.

Битва за Москву завершилась крахом гитлеровского блицкрига, она похоронила фашистскую идею молниеносной войны. Сталинградская битва была решающим вкладом в коренной перелом как в ходе Отечественной, так и Второй мировой войны. В результате Сталинградской битвы наши Вооруженные Силы вырвали у противника стратегическую инициативу и удерживали ее до конца войны. Сталинград — это самая дальняя точка на нашей земле, куда дошли гитлеровские войска, и именно отсюда началось их изгнание. Курская дуга, как известно, была битвой, поставившей гитлеровцев перед катастрофой. Советское командование с этого времени полностью закрепило за собой стратегическую инициативу.

Все это правильно и справедливо. Но почему же битва за Кавказ не числится среди сражений, имеющих решающее значение? Гитлеровцы немного не дошли до Баку. А если бы были взяты нефтеносные районы, то продолжение борьбы из-за отсутствия горючего для танков, самолетов и другой техники стало бы невозможным.

Я предвижу горячие возражения по поводу такого предположения. Согласен: думать о поражении — кощунство. Но когда? В ходе боев, когда мысли такой не должно быть и все надо отдать достижению цели. Но теперь, спустя много лет, когда победа нами одержана, мы вправе говорить о всех трудностях и даже промахах. Цена нашей победы не снизится, а станет еще выше.

Если вспомнить, что на Кавказе было всего 7 процентов действующей армии, что, конечно, же было недостаточно, то катастрофа, которая нависла тогда над Кавказом, была почти неминуема.

Беду предотвратили благодаря мужеству и огромной организаторской работе наша партия, ЦК КПСС, вовремя понявший грозившую опасность, Центральные Комитеты Коммунистических партий Азербайджана, Армении, Грузии, обкомы Дагестанской, Северо-Осетинской, Кабардино-Балкарской, Чечено-Ингушской АССР и крайкомы Краснодарского и Ставропольского краев РСФСР. Эти партийные организации провели колоссальную мобилизационную работу и создали силы, которые отстояли Кавказ. Свыше половины общей численности коммунистов Азербайджана, Армении, Грузии влились в ряды Советской Армии. На одном лишь Закавказском фронте в середине июля 1942 года среди командиров и политработников насчитывалось 3259 грузин, 3736 армян, 1934 азербайджанца. В составе войск только Закавказского фронта насчитывалось 75 108 армян, 71 464 грузина, 66 161 азербайджанец. За короткое время были сформированы дивизии: 4 грузинских, 4 азербайджанских, 3 армянских, 11 смешанных дивизий, укомплектованных представителями многих кавказских народов.

Только в оборонительный период боев на Кавказе было награждено 19 300 воинов, представителей всех национальностей. Многие были удостоены высокого звания Героя Советского Союза, среди них 41 русский, 14 украинцев, 4 белоруса, 5 грузин, 2 азербайджанца, армянин, черкес, кабардинец, лезгин, курд и другие.

Промышленные предприятия Кавказа были переведены на производство военной продукции: винтовок, автоматов, боеприпасов. Мирное население выходило для постройки оборонительных рубежей. Собирались средства для помощи Советской Армии. Все это позволило создать необходимые силы для обороны Кавказа и дало возможность Верховному Главнокомандованию в напряженные дни битвы на Волге направить резервы не на Кавказ, а под Сталинград и ускорить тем самым разгром трехсоттысячной группировки врага под Сталинградом.

А если это так, то все вышеприведенные цифры и факты подтверждают, что битва за Кавказ была самой лучшей и наглядной демонстрацией дружбы народов при защите нашего отечества. И в битве под Москвой, и в Сталинграде, и на Курской дуге, и во всех других битвах участвовали бойцы разных национальностей, но такого большого количества специальных национальных формирований, как это было на Кавказе, ни в одной другой битве периода Великой Отечественной войны не было.

Вот поэтому битва за Кавказ должна войти в историю еще и как ярчайшее проявление дружбы народов и успеха национальной политики партии. Той политики, которая проводилась в предвоенные годы и вот теперь, в дни напряженнейшей борьбы, нашла такое яркое воплощение в конкретных делах по защите родины.

Гитлеровское командование возлагало особые надежды на разжигание национализма, на то, чтобы посеять рознь, натравить друг на друга, разобщить народы Кавказа, и предпринимало очень много акций для проведения в жизнь своей политики. Но эта национальная политика, как и авантюристическая военная доктрина гитлеровского командования, особенно наглядно и убедительно потерпела крах именно в боях на Кавказе.

Крах под Сталинградом и на Кавказе подрывал престиж гитлеровцев в глазах союзников. Турция, уже совсем было готовая вступить в войну с СССР, отказалась от своих намерений. С Японией произошло нечто похожее.

Моральный дух резко снизился не только в воинских частях, но и среди верхушки гитлеровской Германии — на всех дохнуло холодом неотвратимого поражения.

Когда начинались бои на рубеже реки Терек в августе 1942 года, фашистская Германия находилась еще в полной силе: Третий рейх владел Европой от Франции до Кавказа и от острова Крит до мыса Нордкап в Норвегии. И неслучайно именно в это время верховное командование вермахта и фашистские руководители экономики торжественно заявили: теперь наконец имеются возможности обратить внимание на самую крупную и стоящую цель — овладение огромными нефтяными районами на Кавказе! Так было в августе 1942 года.

А ровно через год советские войска добивали и вышвыривали с Таманского полуострова последние дивизии.

Битва за Кавказ похоронила самый далеко идущий и самый выношенный личный план Гитлера. Неслучайно он ранее принял на себя руководство всеми сухопутными войсками. Это был один из случаев, когда операцию планировал и ее проведение возглавлял сам Гитлер. Но все, что было достигнуто в ходе наступления летом 1942 года, все, что хотел осуществить Гитлер после захвата нефтеносных источников — завоевание Ближнего Востока и Индии, — все это рухнуло. Потеряв на юге около двух миллионов своих солдат, гитлеровцы были отброшены в то исходное положение, откуда начиналась эта одна из крупнейших операций гитлеровцев на Восточном фронте.

И еще одно значение победы на Кавказе и над фашистской Германией вообще. Здесь была остановлена волна начатого нашествия на восточные страны варваров XX века — германских фашистов, мечтавших о мировом господстве. Россия несколько веков заслоняла Запад от порабощения монголами, чем спасла цивилизацию Европы. Даже захватив земли Руси, монголы побоялись идти в Европу, имея в своем тылу непокорившихся русичей. Разбив через полтора столетия в Куликовской битве Мамаево войско, Россия навсегда избавила Европу, ее народы, спасла ее культуру от нашествия варваров с Востока.