Не засыпай - Голдин Меган - Страница 28

Это сообщение тут же возвращает меня к жизни. Я не могу заселиться в комнату. Я не могу пойти спать. К тому времени, когда администратор поднимает глаза от экрана, я направляюсь на улицу через дверь с затемненным стеклом.

– Не засыпай, – повторяю я себе под нос, пока постоянный гул в моей голове не перенимает ритм этих слов. – Не засыпай. Не засыпай.

На углу есть «Старбакс». Я заказываю два двойных эспрессо с собой. Кофе такой крепкий, что я морщусь от каждого глотка. Я опрокидываю второй эспрессо, будто шот.

Вскоре кофеин начинает работать, распространяясь по телу. После этого все движется на сверхскорости. Машины мчатся мимо, и мой разум мчится вперед со скоростью свыше тысячи километров в минуту. Все, о чем я могу думать – это встреча с Марко. Мне не терпится лечь на его грудь: его руки, защищая, обовьют меня, его запах – на моих губах. Эта мысль переполняет меня, как будто я наркоман, нуждающийся в дозе. Я резко поднимаю руку, чтобы поймать такси. Оно останавливается, и я забираюсь внутрь.

Городские виды проносятся в окнах такси. Я говорю так быстро, что таксист просит меня повторить. Дважды. Я выскакиваю за квартал до пункта назначения, потому что мы попали в пробку. Я могу идти быстрее, чем двигается транспорт.

Когда я вхожу в дом Марко, консьерж расписывается за доставку.

– Привет, Билл, – говорю я, не останавливаясь. Я захожу в открытый лифт как раз перед тем, как двери закрываются.

В лифте только я и женщина лет семидесяти с соломенными волосами. Она держит перед собой пакет супермаркета «Хол Фудс», как будто это щит.

Я нервно поправляю волосы, пока лифт поднимается. Женщина в лифте медленно уходит в самый дальний угол, как будто надеется, что я этого не замечу. Я замечаю, но мне все равно.

Женщина странно смотрит на меня, когда выходит на своем этаже. Я понимаю, что все это время бормотала себе под нос: «Не засыпай».

Я хочу объясниться, но двери уже закрылись, и лифт снова рванул на полной скорости. Когда лифт останавливается на этаже Марко, я выхожу и иду к его квартире в конце коридора. Я замираю, когда вижу его входную дверь.

Кто-то выходит. Это не Марко. Это женщина с блестящими волосами. Она повязывает красный шарф вокруг шеи и застегивает темно-синее пальто, направляясь ко мне. Ее щеки покраснели, а губы припухли, как будто ее только что поцеловали.

Есть в ней что-то, что напоминает мне меня. Я неуверенно иду к квартире. Женщина проносится мимо меня, не останавливаясь. Я чувствую ледяной ветерок, как будто мимо прошел призрак.

Я прижимаюсь к глазку входной двери Марко и смотрю на вогнутое отражение своего зрачка.

– Марко. Это я, Лив. Мы можем поговорить? – я стучу кулаком и одновременно звоню в дверь.

От металлического лязга я вздрагиваю.

Меня пугает лязг металла. Я оборачиваюсь и вижу, как возле лифтов уборщица толкает шваброй металлическое ведро. Она уставилась на меня и будто что-то мне говорит. Ее рот открывается и закрывается. Я не слышу никаких слов. Все, что я слышу – это жужжание.

– Вам нужно уйти.

Я не знаю, кто это говорит. В любом случае, я снова в лифте.

– Леди, каждые несколько дней вы появляетесь здесь. Я много раз говорил вам не возвращаться. В следующий раз, когда я вас увижу, я вызову полицию, – выкрикивает консьерж, когда я прохожу мимо.

Его угрозы тонут в потоке машин, когда я выхожу на улицу и жду, пока подъедет автобус. Вскоре я уже в автобусе и наблюдаю, как пешеходы идут по тротуару, пока мы стоим в пробке. Мозг перемешивает такое количество спутанных мыслей, что мне кажется, будто я кружусь на неуправляемом аттракционе в парке развлечений. Я прислоняюсь головой к окну и, чтобы взять передышку, на мгновение закрываю глаза. Пока мы движемся в плотном потоке машин, меня убаюкивают открывающиеся и закрывающиеся автобусные двери.

Я выхожу из автобуса и иду вдоль реки в больницу Бельвью. Вдали виднеются прямоугольные башни штаб-квартиры ООН. Я иду так быстро, что кажется, будто я лечу.

К стойке регистрации в приемном покое выстроилась длинная очередь, поэтому я направляюсь к общей стойке регистрации и спрашиваю, могут ли они вызвать доктора Эми Декер.

– Извините, мэм, – говорит женщина, посмотрев в свой компьютер. – Здесь не работает врач с таким именем. Вы уверены, что пришли в нужную больницу?

– Да. Эми определенно работает здесь.

Женщина съеживается от моего напора.

– Я здесь первую неделю. Может быть, я ищу не в том месте, – объясняет она. Она хлопает по плечу коллегу, сидящую рядом с ней, чтобы заручиться ее помощью. У ее коллеги темные волосы, вьющиеся по шее, и недоверчивый взгляд.

– Зачем вам доктор Декер? – спрашивает она.

– Эми мой друг. Близкий друг.

Я массирую виски, чтобы унять болезненное биение в голове, когда женщина странно на меня смотрит. Она берет телефон и звонит кому-то, вращаясь на стуле, чтобы я не могла слышать ее приглушенную беседу.

– Доктор Грэм скоро вас примет, – говорит она мне, повесив трубку.

– Бретт? – мои глаза удивленно расширяются. Я хочу поговорить с Эми, а не Бреттом.

Бретт появляется через пару минут, одетый в синий костюм хирурга, который подходит к его глазам. Он идет через приемную прямо ко мне. Когда Бретт доходит до меня, он ласково берет обе мои руки и помогает мне сесть на стул с мягкой обивкой возле стойки регистрации.

– Ты в порядке, Лив? – спрашивает он, садясь на корточки, пока администратор с любопытством смотрит на нас из-за стойки.

– Да. Нет. Ну вроде, – в моих глазах стоят слезы, отчего все выглядит размытым. Я смущенно вытираю их пальцами, но они возвращаются назад. – Бретт, я не понимаю, что происходит. Все так сбивает с толку.

– Я знаю, – мягко говорит он.

Бретт так приблизился ко мне, что я чувствую запах средства после бритья, смешанный с антисептиком.

– Я сейчас совершаю обход. Мне нужно увидеть еще двух пациентов, но я обещаю, что как только закончу, то вернусь и все объясню. Жди меня тут, Лив. Это важно. На улице тебе небезопасно. Ты понимаешь?

– Да, конечно.

– Хорошо. Я скоро вернусь, и тогда мы поговорим.

Он берет со стола несколько журналов и дает их мне почитать. Затем тихонько переговаривается с женщиной за стойкой регистрации. Она энергично кивает. У меня складывается впечатление, что Бретт попросил ее присматривать за мной.

Когда он уходит, живое электричество потрескивает в моей голове, словно предупреждающий сигнал. Треск становится все громче и громче, нарастая, пока я уже не могу больше его терпеть. Я чувствую беспокойство и внезапный ужас перед тем, что Бретт собирается мне сказать.

Я замечаю, что администратор отвлекается на звонок. Я соскальзываю со своего места и следую к выходу, вылетая через стеклянную дверь вестибюля на сильный сквозняк. Такое ощущение, что ветер уносит меня против моей воли. В конце концов я останавливаюсь и прислоняюсь к перилам с видом на Ист-Ривер, хватая ртом воздух и задаваясь вопросом, почему я не могу перестать плакать.

Глава двадцать седьмая

Двумя годами ранее

Я поступила по-идиотски, не попросив Марко подбросить меня домой, когда вышла из ресторана. Мне вообще не стоило идти домой одной. Это была ложная бравада от слишком большого количества вина, выпитого на вечеринке Эми.

Теперь я зажата между железной оградой парка с одной стороны и пустым техническим училищем, закрытым на ночь, с другой.

Тяжелое дыхание и шаги позади заставляют меня остро осознать, что я нахожусь на темном и изолированном участке улицы. Вокруг никого, кроме меня и незнакомца, следующего за мной.

Я размышляю, что тактически лучше: побежать, рискуя, что мой преследователь догонит и одолеет меня, или же разумнее притвориться, что я не знаю, что за мной следят, и как можно быстрее пройти через этот безлюдный участок. Я решаю, что безопаснее всего будет продолжать притворяться, поскольку вряд ли я убегу от него.