Проклятый лес (СИ) - Макута Александр - Страница 4

Глава 4

Воспользовавшись спокойствием, я прокрался к лестнице, а затем заскочил в ближайшую дверь, надеясь и там найти сундук. Но ошибся — ничего кроме заколоченного гроба там не было. Да и тот был пуст, судя по весу. Но, сдвинув его, я обнаружил небольшую, мягко светящуюся желтоватым светом причудливую руну, состоящую из нескольких пересекающихся линий разной толщины.

Символ был вписан в круг, размером не более моей растопыренной ладони, и испускал едва уловимое тепло. Я осторожно коснулся руны кончиками пальцев и почувствовал, как приятный ручеек энергии потек в мое тело, восстанавливая силы. С надеждой я закатал рукав и взглянул на свой тотем, но он нисколько не изменился с прошлого раза.

Ненавязчивый мелодичный посвист застал меня врасплох. Я вскочил и обернулся — в двери стоял парень с открытым благородным лицом, обрамленным длинными пепельными волосами. Не седыми, а именно какими-то блекло-серыми. Его спокойный вид казался доброжелательным, а на губах играла легкая улыбка. В каждой из опущенных вниз рук он держал по узкому мечу средней длины, объятых ровным белым свечением.

— Подготовил себе ящик? — ровным голосом спросил он, кивая мне за спину.

— Хочешь, отдам тебе за полцены?

— И сколько ты просишь за свой гроб? — усмехнулся юноша, склонив голову.

— Расскажи мне, почему ты здесь, на Арене, и деревяшка твоя, — прищурился я, продолжая шуточный торг.

— Это слишком много, — покачал головой сероволосый. — У меня нет и половины. Прими свою смерть, торговец гробами.

С этими словами он шагнул вперед, вскидывая свое оружие для атаки. Я ударил кистенем с замахом из-за плеча, но он невероятным образом блокировал удар, как-то слишком уж ловко подставив свой сияющий меч. А затем плавным движением воткнул мне острие другого клинка прямо в солнечное сплетение. Почти на ладонь.

Ыырх…

Ноги подогнулись, и я упал на колени. Изо рта хлынула кровь, заливая рубаху и пол передо мной. Так мы постояли несколько мгновений, а затем он рывком выдернул клинок, а я опрокинулся на спину, зажимая рану.

Легкая и смутно знакомая мелодия, которую он насвистывал, удалилась вместе с ним, а я лежал, глядя в потолок, и чувствовал, как затягивается смертельная рана, и что незримый теплый поток из причудливой желтой руны вливается в мое тело, возвращая в него жизнь.

Снизу раздался скрежет ломаемой мебели, потом грохнуло так, будто упал тяжелый шкаф, разметав по комнате свое содержимое. В пол подо мной что-то ударило, почти подбросив меня вверх. От этого я вывалился из своего состояния сладкой полудремы, навеянной поступающим из руны теплом, и часто заморгал. Надо поскорее убираться отсюда, пока внизу кипит схватка.

Доковыляв до слухового окна, я выглянул и обнаружил, что из него можно попасть на пологий скат крыши, спускающийся почти до земли. Уже перебравшись наружу, я снова услыхал грохот и треск, с которым вздыбился пол там, где я недавно валялся. Снизу раздался разъяренный рев какого-то обезумевшего от боли и ярости чудовища. Проклятье! Как будто одного голема было мало…

Оказавшись на земле, я нос к носу столкнулся с виденной мною на чердаке светловолосой красоткой, которая выскочила из-за угла, явно убегая от кого-то. Она на ходу попыталась достать меня саблей, но я блокировал удар, подставив рукоять кистеня, и оттолкнул ее, а еще успел зацепить за ногу, и она рухнула на спину, испуганно глянув туда, откуда прибежала.

— Оборотень, — прохрипела она, делая попытки отползти на спине, отталкиваясь ногами от земли. Глаза были наполнены страхом, а лицо неестественно побледнело. Я заметил на ее лбу старый шрам, протянувшийся от линии волос до левой брови. И что-то как будто почти вспомнил. Сердце пропустило удар… Но нет, ничего такого.

Дернув головой вправо, я невольно замер, ожидая, пока туша покажется из-за угла полностью.

Вот это страхолюдина!

Темно-серая кожа, покрытая то ли чешуйками, то ли небольшими пластинками, сгорбленное тело с длинными передними лапами, украшенными когтями длиной в локоть, задние ноги короткие, голова хищного ящера с желтыми круглыми глазами. Резкие порывистые движения, неестественно быстрые для твари ростом под два с лишним метра.

Увидев меня и девушку, оборотень заворчал и некоторое время мотал башкой, осматривая нас и, видимо, выбирая. Затем бросился вперед, наклонив голову и взрыхляя когтями землю. Деваха выставила руку, и в морду оборотня как будто врезался кулак из пыли, разлетевшись серым облаком. Тот сбился с шага, чихнул и замотал головой, но атаку не прекратил, а подбежал к светловолосой и широко махнул лапой, рассчитывая выпустить ей кишки.

Выхватив одну из карт, я что было силы метнул ее в монстра. Сверкнул серебристый отблеск и карта ударила точно в шею, туда, куда и был направлен мой взгляд. Попала и отвалилась на землю, не пробив костяную пластину.

Девушка с саблей откатилась из-под атаки и, вскочив, повторила свой пылевой удар. В этот раз ящер успел пригнуться, избегая попадания, но зато вокруг него повисло целое облако пыли, заставив снова чихнуть. Мотая головой, он прыгнул вперед, замахнувшись обеими лапами, но его жертва снова успела уйти в сторону и врубить саблю в бок, под мышку. Рубящий удар не повредил оборотню, и он отмахнулся, попав по светловолосой обратной стороной когтей. Девушку сбило с ног и она покатилась по траве.

Мой удар с полным замахом тварь заметила слишком поздно, и он пришелся прямо по центру хребта, заставив взвыть и изогнуться. Тело оборотня почти распрямилось, и он оказался выше меня головы на две. Пользуясь его шоком, я успел влепить еще раз, но боек угодил куда-то в плечо, проломив защитную пластину. Мелькнули когти, и я отшатнулся, пропуская их перед грудью. Следующую атаку я принял на рукоять кистеня и едва не лишился оружия — такой силы был удар. Сзади на ящера набросилась вскочившая на ноги светловолосая, и несколько раз атаковала, целясь по ногам. Оборотень развернулся и резко прыгнул, сбив ее с ног и подмял под себя. Когда я среагировал и подскочил ближе, замахиваясь, то он уже сомкнул зубы на ее шее и вырвал шмат кровавого мяса.

Свой удар я нанес точно туда же, куда и первый — в кровоточащую рану в центре глубоко вмятых в тело роговых пластин. В этот раз боли в вое оборотня было гораздо больше. Он снова изогнулся почти в полукруг, разинув окровавленную пасть и забился, суча лапами. Опомниться я ему не дал и вбил боек кистеня туда же третий раз. Оборотня опрокинуло на бок, где он, то сгибаясь, то разгибаясь, забился в конвульсиях.

Я же крутился вокруг, нанося все новые раны. После двух удачных попаданий по голове он замер, и я смог хорошенько размахнуться и точно попасть, проломив ему череп. Чуть отступив от агонизирующего тела, я наблюдал, как оно оплывает и видоизменяется, превращаясь в худощавого, но крепкого мужчину лет сорока, покрытого кровавыми ранами. На внутренней стороне предплечья чернело изображение атакующего прямоходящего ящера.

Подчиняясь скорее чутью, нежели здравому смыслу, я отошел на несколько шагов, а из мертвого тела выстрелило несколько черных дымных щупалец, почти мгновенно рассеявшихся в воздухе.

На руке светловолосой я обнаружил кожаный наруч с руной на обратной стороне, а рядом с телом оборотня валялся небольшой треугольный амулет на разорванном кожаном шнурке. Зубы ящера перекусили его вместе с горлом девушки. Подняв вещицу, я внимательно осмотрел ее — это оказался кусочек синеватого металла со сглаженными краями. На нем темнели три насечки, как будто кто-то когтями продрал или протравил кислотой. Очень-очень знакомая штука… Проклятая память, где же ты?

Непростой оказалась и сабля — легкая, с удобной рукояткой, она имела на себе почти такую же лечебную руну, какую я обнаружил на полу чердака. Эта была поменьше размером и слабее, судя по тому, что я почувствовал — как бурный ручеек подле полноводной реки.

Заметив сзади движение, я обернулся и увидел двух нездорово крупных псов, берущих меня в клещи. Они наступали молча, чуть припадая к земле и внимательно наблюдая за мной. Но я не стал связываться — подхватил кистень и ретировался за ближайшую дверь, опередив четвероногих на несколько метров.