Ведьмы не проигрывают 2 (СИ) - Касли Лия - Страница 20

Я хотела уточнить у родителей, что значат эти слова, но они вдруг стали таять в воздухе.

— Мама! — закричала я, пытаясь схватить воздух, — Папа!

Но они исчезли. С минуту я стояла и пялилась в пустое пространство, где только что стояли мои родители, после чего, на ватных ногах, направилась к выходу из склепа.

Глава 38

Глава 38

Когда я вышла из склепа, меня, прямо на ступенях, встретило Божество. В его руках светился большой голубой шар. Печать Смирения вошла в моё тело, и я почувствовала место на позвоночнике, на котором она поместилась. Божество растворилось в воздухе. В соседнем склепе медленно открылась дверь — вход в шестой мир.

— Как ты? — подошёл ко мне Шаилион, — На тебе лица нет.

Я устала села на скамейку около одной из могил.

— Вы проходите пока, — устало сказала я, — Я вас догоню.

Гаиллан пожал плечами, и скрылся в шестом мире вместе с Барном. Эвиас последовал их примеру, и уже было зашёл в склеп, но в последний момент передумал, развернулся, подошёл ко мне и сел рядом.

— Может быть, ты хочешь что-то обсудить, Амалия? Что случилось в склепе? — спросил он.

Я посмотрела на Эвиаса с благодарностью. Хорошо, что он никуда не ушёл.

— Я видела маму с папой.

— Я так думал.

Я положила голову на плечо к декану, и какое-то время мы просидели так.

— Вот знаете, вроде бы Печать Смирения получила, а разве можно смириться с утратой близких? Ну, чтобы совсем стало всё равно?

Эвиас задумчиво смотрел вдаль.

— Смириться — это не значит быть равнодушным, Амалия. Смирение — это умение жить с чем-то, эта сила принять обстоятельства.

— Вы тяжело переживали смерть близких Вам людей? — спросила я Шаилиона, вспоминая, что он видел смерть своего отца.

— Смерть — это всегда тяжело, Амалия, — Эвиас посмотрел на меня и улыбнулся, — Смерть — это всегда страшно.

Неужели ему бывает страшно?

— Пойдём в шестой мир, — мужчина встал со скамейки и подал мне руку, — Тебя, я уверен, ждёт очередное невероятное приключение!

Я засмеялась и подала руку Эвиасу. Его тёплая ладонь, кажется, забрала в себя всю мою печаль.

Мы вошли в открытую дверь склепа, и меня снова унесло в прошлое.

Небольшой кабинет, заставленный книгами и какими-то приборами, связанными с зельеварением или алхимией. В большие окна светило яркое полуденное солнце, освещая помещение тёплым светом это маленькое помещение. За столом стоял Эвиас, ему было лет тридцать на вид, а рядом с ним какая-то юная девушка в белом халате, очень похожим на халаты студентов «Лечебного дела».

Я подошла поближе, чтобы послушать, о чём разговаривает эта парочка.

— Виктория, посмотри, вот здесь ты делаешь основную ошибку, — Эвиас держал в руках какие-то травы, — Ты берёшь вересковый отцвет, а нужно кринавиассу. Вот этот цветок, посмотри.

Я заглянула за плечо Шаилиона и увидела кринавиассу.

Точно! Вспомнила! Про этот цветок Эвиас рассказывал мне тогда, в саду! Это цветок от…

— От стресса лучше всего помогает кринавиасса. Вересковый отцвет лучше всего подходит для лечения печени.

— Ах, Эвиас, я никогда не запомню! Экзамены уже на носу, не видать мне пятого кольца! — Виктория всплеснула руками и сделала глубокий вздох. Выглядела она расстроенной.

Ну, в общем-то, всё тут более менее понятно — Эвиас помогает своей студентке с предметом.

Странно только, что она зовёт его по имени, а ещё Шаилион с каких пор имеет отношение к «Лечебному делу»?

— Виктория! Почему ты так неуверенна в себе? Тебе просто нужно перестать нервничать. В конце концов, ты как-то доучилась до пятого курса! — Эвиас подошёл к девушке и убрал прядь её каштановых волос с лица.

Так, я что-то не поняла⁈

— Эвиас, дорогой, если бы ты тут не преподавал, то я даже не знаю, как бы я справилась с учёбой! Все эти годы ты рядом, помогаешь мне по всем предметам, — девушка прильнула к мужчине, — За это всё я тебе обещаю, что когда-нибудь ты станешь деканом факультета «Колдовство»!

Шаилион засмеялся и прижал к себе Викторию.

— Что ж, спасибо, думаю, что без твоего благословения у меня ничего не получится.

Мужчина улыбнулся и поцеловал студентку.

Я стояла, как вкопанная, а воспоминание тем временем стало таять, и на его место пришло другое.

Глава 39

Глава 39

Я снова очутилась в кабинете Эвиаса, в том, в котором только что он был с Викторией.

Мужчина сидел за столом и что-то писал. Я подошла поближе, и увидела, что эта какая-то научная работа о пользе драконьей крови.

В кабинет кто-то постучал.

— Войдите, — сказал Эвиас, не отрывая взгляда от своей научной работы.

Когда дверь открылась, я чуть в обморок не упала — в кабинет зашла Гелиана!

Я ещё от Виктории не отошла! Сколько же у Шаилиона женщин!

— Привет! — Гелиана с лёгкостью преодолела расстояние от двери до Эвиаса, и с такой же лёгкостью ловко села ему на колени, — Я так сильно по тебе соскучилась!

Парочка поцеловалась.

У меня внутри всё просто разрывается! Почему я попала именно в этот момент его прошлого! Я не хочу ничего знать про это!

Я надеялась, что сейчас всё исчезнет, но этого не происходило, а я продолжала стоять, как вкопанная, наблюдая, как милуется парочка передо мной.

— Я тоже тебе очень рад, Гелиана.

Девушка встала в колен Шаилиона и с интересом заглянула в его работу о драконьей крови.

— Ах, докторская для Виктории…

В кабинете возникло неловкое молчание.

Можно с этого момента поподробнее, пожалуйста?

Эвиас глубоко вдохнул и сказал:

— Послушай, Гелиана, Виктория долго к этому шла.

— Ну, конечно. И пришла! И всё благодаря тебе. Ты ей все эти годы помогаешь, все знают, как Виктория попала в преподавательский состав!

Парочка стала препираться. Из разговора я поняла, что Эвиас и Виктория уже много лет вместе. Виктория закончила ШАМиВ и вела алхимию, но её целью было пойти дальше в науку, поэтому она ей усердно занялась, в чём ей помогал Шаилион. Гелиана же занимала преподавательскую должность на факультете «Колдовство», какой именно предмет она вела, я так и не узнала.

— Когда ты собираешься уходить от неё? — спросила Гелиана мужчину. Вид у неё при этом был грозный.

Кабинет стал растворяться, и я попала на кладбище.

Возле свежевырытой могилы стояло очень много людей. Среди них я узнала лица преподавателей. Кого же хоронят?

Когда я подошла ближе, я ахнула — в гробу лежала Виктория! Но как же так?

Я стала внимательно искать глазами Шаилиона, и когда увидела его, то немедленно к нему подошла. Думаю, что если я буду стоять возле него, мне станет всё понятно.

Лицо Эвиаса было каменным. Когда гроб опустили в могилу, мужчина подошёл к ней и бросил в неё цветок кринавиассы. Викторию закопали под плач и тихие разговоры. К Эвиасу подошла Гелиана. Она была в чёрном платье.

— Мне жаль, что так получилось, дорогой, — полушёпотом сказала она.

Эвиас посмотрел на неё каким-то пустым взглядом и так же негромко ответил:

— Не говори, что тебе жаль, Гелиана. Я услышал сегодня много слов соболезнования.

— Ты не виноват в её самоубийстве, дорогой, ты это знаешь, — Гелиана взяла мужчину за руку, — Мы не виноваты. Люди расходятся. Если бы все резали себе вены после неудачных отношений, то, пожалуй, в мире не осталось бы людей.

Шаилион молчал.

Люди стали расходиться с кладбища. Эвиас и Гелиана молча шли рядом. Наконец, Эвиас заговорил:

— Я виню себя только за одно. За предательство.

Гелиана остановилась и схватила мужчину за руку. Он тоже остановился и внимательно посмотрел на неё. Девушка сказала:

— Пообещай мне, что ты никогда не будешь винить себя за это. С этого момента. И больше никогда!

Эвиас грустно улыбнулся.

— Никогда невозможно быть готовым к смерти, — зачем-то сказал он, — Я потерял отца, потерял мать. Сейчас я потерял человека, который был предан мне. Я не виню себя в самоубийстве Виктории. Я виню себя в предательстве. Нужно было сразу сказать ей о нас, — Эвиас снова пошёл, — Но я обещаю, Гелиана, что тебя я никогда не предам.