Царь поневоле. Том 1 (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 52

— Хм, — я представил в голове поле как в морском бое, только с большим количеством клеток, где одна была размером как раз в один кубический метр.

Сняв с шеи амулет, я нажал на глаза и поднеся его первой куче металла сказал.

— Заполнить A1- B1.

Стопка исчезла. Я поднёс амулет ко второй и произнёс.

— Заполнить A2- B2.

Вторая стопка также исчезла. Подойдя к третьей стопке, я повторил.

— Заполнить A2- B2.

Стопка осталась на месте, как бы намекая мне, что место уже занято внутри амулета.

— Теперь надо проверить, как это обратно получить, — я протянул руку, — развернуть вакуумный мешок из клеток A1- B1.

На пол передо мной со звенящим грохотом рухнули слитки, в количестве первой стопки, только теперь они не были аккуратно сложены как ранее, а просто насыпались кучей. Дотронувшись до них амулетом, я произнёс.

— Заполнить A2- B2.

Ничего не произошло, зато в клетки A1- B1, всё прекрасно занеслось. На моих губах появилась довольная улыбка. Приятно, когда ты не тупой, как о тебе думают всякие разные-блохастые. Поняв принцип и главное, что всё подчиняется понятным и логичным командам, я ещё немного поэкспериментировал с объёмом клеток и затем за десять минут убрал весь металл в амулет. Спрятав голову Пазузу в кожаный поясной кошель, я отряхивая руки от пыли и полностью довольный собой, вышел наружу, попав под внимательные и любопытные взгляды людей.

— Поехали к следующему, — распорядился я.

Сопровождающие нас люди от царя Параттарна не сдержав любопытства, заглянули на секунду на пустой склад, откуда вышли с потерянным видом и огромными круглыми глазами. Мои же, уже немного привычные ко всяким моим подобным выходкам, сделали вид, что для царя Египта, это полная ерунда, он по пять раз на дню такое проделывает.

Опустошив таким же образом ещё два склада, я обратился к полностью потерянным советникам митаннийского царя.

— Товар получен, берите свой обоз, Небсений вам в лагере выдаст золото и подпишите договор о том, что дань Его величеством Параттарна мне уплачена и также мы заплатили деньги за оставшийся металл сверх контрибуции.

Те, упав на колени и кланяясь мне, заверили, что тут же это сделают. Проводив их взглядом, я хмыкнул и забрался на колесницу.

— Представляю, что они расскажут своему царю, — покачал головой Хопи.

Я пожал плечами.

— Это не наши проблемы, а вот тебе и всем остальным, лучше об этом помалкивать. Особенно в присутствии Танини. И так пишет про меня всякое героическое, боюсь даже смотреть в его записи, когда он узнает про то, что случилось сегодня.

Хопи смутился и склонил голову.

— Слушаюсь мой царь.

Надежда на то, что эти новости не дойдут до парня были крайне сомнительными, но попытаться я был хотя бы должен.

Через несколько часов во дворец вернулся Небсений, снова с задумчивым видом, который отчитался, что плата за металл митаннийцам отдана, документы на это подписаны с обеих сторон. Вот только они уж очень сильно до него допытывались, правда ли Его величество Менхеперра бог, как о нём все шепчутся.

— И что ты сказал? — поинтересовался я с улыбкой, поскольку самому стал интересен ответ ювелира.

Нубиец смутился, и растерянно посмотрел на меня.

— Говори, как есть Небсений, ты знаешь моё отношение к тебе, — поощрил его я.

— Мой царь я сказал, как думаю, — он низко мне поклонился, — Его величество — наш бог, и он самый великий царь, что был у Египта за то время, что мне известно.

Я улыбнулся, он явно говорил правду, а не просто, чтобы ко мне подольститься.

— Что тогда тебя ввело в задумчивость? — поинтересовался я его видом, когда он только вошёл ко мне в комнату.

— Митаннийцы спрашивали, зачем финикийцы и иудеи ведут такие активные закупки зерна повсеместно для Египта, если именно мы обычно поставляем зерно всем вокруг. Засухи не было, Нил разлился отлично, зачем нам зерно в таком количестве?

— А ты? — я даже приподнялся с кресла.

— Просто ответил, что таково повеление Его величества, — он пожал плечами, — никто не знает причину этого приказа.

Я усмехнулся.

— И правильно, всё лучше на меня спихивать, спрашивать всё равно никто не придёт, — согласился я с его ответом.

— Поэтому мой царь у меня вопрос, — он поклонился мне, — митаннийцы предложили нам купить у них зерно напрямую, без посредников. Обещали сами доставить его в поместье Его величества.

— Мда? — удивился я, — ну хорошо, поговори с нашими закупщиками, они должны знать актуальные цены, зерно нам точно скоро может пригодится, а деньги сам знаешь, у нас на его закупку есть.

— Как прикажет Его величество, — он поклонился и с моего разрешения пошёл заниматься моим распоряжением.

Царь Параттарна, когда я закончил дела с металлом и зерном, встретил меня в приёмном зале с потерянным и пришибленным видом, всё время пытался мне поклониться и явно не понимал, как ему со мной вести себя дальше. Ему точно рассказали о пустых складах, так что он всё время за обедом сидел, смотря на меня, словно на ожившего бога.

— Завтра утром, я отбываю обратно, — оповестил его я, — если Его величеству есть ещё что обсудить, то лучше это сделать сегодня. Ночевать я буду уже в лагере.

Он задумался.

— До меня донёсся слух, что Его величеству понравилась одна из наложниц моего отца, — внезапно его лицо просветлело, — это так?

— Нет, — я покачал головой, — просто обещал своему визирю привезти красивых девушек с Нахарины, так что одна действительно вызвала мой интерес, но только из-за этого обстоятельства.

— Может быть тогда Его величество заберёт всех с собой? — поинтересовался он, — мне они не нужны, а визирь Его величества выберет себе сам на свой вкус.

— «Ну в принципе я трёх ему обещал, трёх и привезу, — подумал я над его предложением, — те две тоже ничего такие были, пусть и не такие красавицы, как хеттка».

— Хорошо, буду благодарен Его величеству, если он организует их самостоятельное прибытие в мой лагерь, — согласился я.

Царь Параттарна обрадовался и заверил меня, что завтра утром наложницы будут у меня.

— И ещё, — я специально не стал раньше акцентировать на этом пункте договора внимание, чтобы царь и его советники не подумали, что он для меня важен, — вместе принцем, пришли мне двадцать конюхов, которые занимаются разведением и тренировкой коней. Это не обязательно должны быть мастера, достаточно будет их старших помощников.

— Мой царственный брат обижает меня, — он расстроенно покачал головой, — я пришлю лучших! К тому же раз Его величество отказался от наших колесниц, то я буду рад и горд, когда в Египте приживутся наши традиции разведения лошадей и их тренировок.

— Оставляю это на усмотрение Его величества и благодарен ему, — улыбнулся я и мы вежливо простившись, расстались с ним.

Вечер я как и планировал провёл спокойно в своём лагере, а утром поднялся под завывание рогов. Войско сворачивалось и снималось с места, так что с утра всех легионеров поднимали, чтобы они убирали шатры и навесы, разбирали деревянные конструкции и занимались прочими хозяйственными вещами. Меня же эта суета касалась в меньшей степени, но правда спать в таком шуме было категорически невозможно. Так что поднявшись и зевая, я слушал Хопи, который быстро пересказывал мне новые слухи и сплетни, в ожидании прихода Танини. Появившийся бодрый парень, принёс мне воду, чистые полотенца и тоже новости.

— Мой царь, в лагерь входит обоз с вашими наложницами и принцем Митанни, — бодро сообщил мне он, поливая воду на руки.

— Ну царь обещал, царь выполнил, — пожал я плечами, не найдя в этом чего-то интересного.

В шатёр поскреблись и ко мне заглянул смущённый Иамунеджех.

— Мой царь? — обратился он ко мне.

— Заходи, — показал я рукой, — что случилось?

— Прибыл обоз с вашими наложницами, — повторил он то, что я уже знал, — я не знаю, что с ним делать.