Царь поневоле. Том 1 (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 43

На моих губах сама собой расползлась улыбка.

— Пришёл предавать прошлого господина? — понял я, — хорошо, я с ним поговорю. Когда?

— Сегодня ночью будет удобно? Он просил сделать всё так, чтобы этого никто не видел, поэтому я планирую организовать вашу встречу в моём кабинете, — спросил меня Рехмир.

— Зови его, — согласился я, — признаюсь честно, ты меня заинтриговал.

Глубокой ночью, когда весь дворец спал, я с охраной прошёл в помещения, отведённые для Рехмира, где меня ждал с накидкой на голове человек, при моём появлении мигом опустивший на колени. Рехмир, сидевший за столом, поднялся и уступил мне место, встав у меня за спиной.

Заняв его стул, я присмотрелся к коленопреклонённому человеку, узнавая его, это и правда был один из советников Хатшепсут, которого я после смерти Сененмута, давно рядом с ней не видел. У неё с той поры появилось несколько новых советников, выбранных из преданных ей чиновников.

— Мой царь, — тот сложил руки, прижимая их к сердцу.

— Я не твой царь Сенем-ях, — покачал я головой, — и никогда им не был. Мы оба знаем кому ты служил и почему сейчас стоишь передо мной. Поэтому давай сократим время и ты скажешь, почему я должен тебя выслушать.

— Мой брат знал про каждого из советников царя Хатшепсут нечто такое, что давало ему власть над ними, Твоё величество, — поклонился мне Сенем-ях, — после того, как он впал в опалу к Его величеству Хатшепсут, он на всякий случай передал эти знания мне.

— Твой брат был умён, — подсластил я ему пилюлю, хоть сам так не думал. Был бы Сененмут умён, не гадил бы мне, а сразу, пока я был никем, прибежал бы мириться, бросив эту бабу. Сейчас бы тогда точно стал визирем не меньше, с его то возможностями и знаниями. Но он сделал ставку на Хатшепсут и проиграл.

— К сожалению это ему не помогло, — подтвердил Сенем-ях мои мысли, — поэтому я хочу предложить Его величеству свою службу и эти знания.

— Пришёл бы ты Сенем-ях ко мне сразу, — я задумался, — может и взял бы тебя. А так, я и сам от всех рано или поздно избавлюсь, в том числе и от тебя. Я знаю о твоих речах в разговорах с Хатшепсут в мою сторону.

В комнате было темно, но я увидел, как он испугался и попятился назад. Хопи стоявший позади него, набросил Сенем-яху на шею удавку. Тот пытался схватиться за неё руками, извивался, дрыгал ногами, но вскоре затих, лишившись сознания.

— Кто-то знает, что вы должны были встретиться? — обратился я к Рехмиру, стоявшему словно статуя.

Тот со страхом посмотрел на меня и помотал головой.

— Он сам не хотел, чтобы его видели с Его величеством, всё делалось в полной тайне. Он даже слуг своих оставил во дворе, придя сюда.

— На всякий случай, тогда пока не будем его убивать, — я посмотрел на Хопи, — вывези в поместье, узнай всё, что у него есть на советников Хатшепсут. Но главное не убивай. Посмотрим, если никто не хватится его, то позже устраним, но если спросят у Рехмира, где он, то придётся выпустить.

— Слушаюсь мой царь, — Хопи позвал себе помощь и вскоре закутанного в плотный свёрток ткани бывшего советника унесли прочь.

— Захочет ещё кто из бывших советников Хатшепсут со мной поговорить, — я встал с места и посмотрел на визиря, — соглашайся. Узнаем много нового о ней и её делах.

— Конечно мой царь, — со страхом в глазах поклонился Рехмир. Так что мне пришлось подойти ближе и обнять его.

— Мой друг, — я похлопал его по спине, — ты чего дрожишь? Ты был один из немногих, кто стал служить мне, когда я был никем. Тебе нечего меня бояться.

Рехмир вздрогнул и стал успокаиваться, посмотрев на меня.

— Дядя был прав, мой царь, — парень несмело мне улыбнулся, — ваши враги сильно пожалеют, что не убили вас в самом начале, когда у них была для этого ещё возможность.

— Усерамон всегда был умён и несмотря на желание быть хорошим для всех, в конце выбрал правильную сторону, — я пожал плечами, разжимая объятья, — я помогу тебе с номархами, а ты просто и дальше выполняй мою волю друг. Хорошо?

Он кивнул. Я снова похлопал его по плечу и простился.

— Обещаю Рехмир, что привезу тебя по одной наложнице с каждого города, в каком побываю, — пообещал ему я.

Парень испугался, стал говорить, что это слишком много и мы сошлись на максимум трёх и то, очень красивых. Пожелав ему спокойной ночи, я вышел в ночь, вслед за своей охраной.

Глава 21

Наконец вся суета и мероприятия связанные со свадьбами и выполнением супружеского долга, для тех двух новеньких, что подложила под меня Хатшепсут были окончены и больше ничто не сдерживало меня от ухода из города. Даже вещи увезли в поместье, где меня дожидались как легионы, так и всадники. Мастера поместья тратили бронзу на подковы для лошадей, а ремесленники работали не покладая рук, чтобы всех коней новых колесниц подковать и обеспечишь нормальными хомутами. У меня в голове были и другие улучшения, но какой смысл их внедрять, если я не связывал своё будущее с колесницами? Усиливать военных? Мне это не было сильно интересно, ведь посланный на Аравийский полуостров Неси, должен был поискать для меня нормальных лошадей, а также верблюдов. Именно оттуда были кони князя Мегиддо, поэтому я и отправил Неси найти мне много подобных лошадей. С верблюдами было всё ещё веселее. Их тут просто ещё не одомашнили, по крайней мере в Египте. Кого я не спрашивал, удивляясь, что ослы используются в виде основной тягловой силы для купеческих караванов, все говорили, что верблюдов видели, но никто не думал их как-то использовать. Я же, прекрасно зная, какие это идеальные животные для пустыни, велел Неси присмотреть заодно к лошадям, мне ещё и верблюдов.

Когда он вернётся было неизвестно, поэтому я и отправился на покорение Митанни, с привычными для этих воин колесницами. Правда, кроме нескольких человек остальные не знали, зачем с нами едут мастер Аменемхет со своей тысячей помощников и огромным обозом, в котором везли накрытые кожей какие-то деревянные части, но я и не собирался никого посвящать в это, сами всё увидят в своё время.

Прибыв в поместье, я убедился, что армия готова, колесницы переоборудованы, огромные баржи на которых возили многотонные обелиски и камни ждут нас, поэтому сразу отдал приказ грузиться и отправляться вниз по Нилу, останавливаясь лишь два раза в день, чтобы накормить всю эту ораву. Мысли о пеммикане или монгольском борце периодически меня посещали и также умирали, поскольку это всё можно было наладить только имея единую кухню для всего войска или хотя бы службы снабжения, которое будет этим заниматься в промышленных масштабах, а не так как сейчас, когда из выдаваемых продуктов каждая контуберния готовила себе сама. Походные кухни и в целом огромная служба снабжения были пока лишь моей мечтой, вместе с походными лазаретами. Я закидывал удочки и на этот счёт, но все жрецы, которые занимались лечением людей, меня посылали, говоря, что это не их дело. Так что со всем этим предстояло разобраться чуть позже, когда хотя бы первые мои проекты начнут реализовываться. Пока же, я большую часть времени проводил на лодке, которая вместе с моей охраной везла меня к первому городу, на номарха которого пожаловался Рехмир.

Прежде чем зайти в город и встать на постой, я собрал центурионов и военачальников, объяснив им порядок занятия домов. Он им понравился, так что войдя в него, мы стали занимать лучшие дома знати, дворцы, поместья, полностью их грабя и засирая. Прекрасно помня, какая это была большая для меня проблема в поместье, я решил применить это несмертельное биологическое оружие большой вонючести и тошнотворности. Поэтому в домах срали в прямом смысле этого слова загаживая говном всё, что только можно было. Буквально три-пять дней постоя доблестных легионеров и дом превращался в сортир, который чтобы отмыть, нужно было потратить кучу сил и времени. Владельцы этих домов и поместий с ужасом смотри во что превращаются их жилища, но сделать ничего не могли.