Царь поневоле. Том 1 (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 24

— Да, Твоё величество? — склонился в поклоне верховный жрец, который стоял за Хатшепсут.

— Прошу назначить свадебные торжества, я беру в жёны всех своих наложниц, а их детей от меня признаю сразу после этого моими наследниками, — обратился я к нему, — указ об этом визирь сегодня уже подготовил, прошу тебя заняться только церемониями.

Он удивлённо посмотрел на Хатшепсут, которая схватилась за голову. Сатия недоумённо посмотрела на неё, зато Меритра сначала побелела, а затем и вовсе стала сползать со стула, лишившись чувств. Начался переполох, к ней кинулись служанки приводить её в чувство.

Когда это случилось, она со страхом посмотрела на Хатшепсут, стараясь не смотреть в мою сторону, а царь, не глядя на жреца ответила, обращаясь ко мне.

— Его величество точно хорошо подумал?

— Ещё как, — улыбнулся я, — они мои дети, так что как только наложницы приобретут статус жён, всё сразу станет на свои места. Ребёнок от Сатии или Меритры, станет одним из десятка, или может быть даже сотни таких же спиногрызов.

Я растянул похабную улыбку и Меритра при взгляде на меня снова упала в обморок. Хатшепсут поняв, что моего решения не изменить, решила начать меня шантажировать.

— Тогда боюсь уже наша свадьба с Его величеством не состоится, — подняла она на меня прямой взгляд.

— Прошу всех выйти, похоже нам с моей будущей супругой нужно обсудить кое-какие детали совместной жизни, — улыбнулся я, — и под всеми я понимаю вообще всех.

Охрана понятное дело не ушла, лишь отошла на несколько шагов назад, зато все остальные ушли к двери, ожидая конца нашего разговора.

— Мы так не договаривались, — Хатшепсут зло посмотрела на меня, — эти бастарды не станут царями.

— Может нет, а может да, — улыбнулся я, — об этом могут знать только боги.

Наши взгляды с ней скрестились и никто не хотел отводить свой первым.

Она явно была зла и понимала, чем это грозит. Да, я решал проблему Меритры с её загонами и желанием родить царю первенца, шантажируя всех вокруг этим фактом, но с другой стороны возникала куча других проблем, поскольку моих детей уже было двенадцать и ещё куча наложниц после моего прибытия в поместье теперь ходила беременными, в том числе и счастливая этим фактом Хумай.

— Ты дашь ей титул «Великая царская супруга» и «Госпожа обеих земель», — наконец нехотя, царь предложила мне компромисс.

— Ты согласишься на титул просто «жена царя»? — изумился я, уже немного разбирающийся в местной титулатуре и должностях.

— И «Супруга бога Амона», — ворчливо добавила она, — а с истеричной девки хватит и главной супруги, для того чтобы поднять её наследника над остальными.

— Я не против, — пожал я плечами, — напомню, что вы сами её мне подсунули.

— Только поэтому сейчас я, наступив на горло своей гордости, торгуюсь с тобой словно на базаре за лепёшку хлеба, — нехотя ответила Хатшепсут, — но она после рождения ребёнка, своё ещё получит. Даю слово.

— И да, Хатшепсут, — мой взгляд стал жестоким, — я не очень хорошо отношусь к людям, которые нарушают договорённости.

— Я тоже, — её взгляд также стал серьёзным, — но обстоятельства бывают выше слов.

— Не сожалей тогда о том, когда я следующий сошлюсь на эти твои слова, — холодно сказал я, вставая из-за стола.

Царь также посмотрела на меня в ответ, словно подчёркивая то, что между нами есть просто договорённости, которые можно нарушить в любой момент, если для этого будет весомая причина. Именно сейчас я понял, что могу смело делать вообще всё, что хочу, поскольку как я и думал раньше, она слишком сильно любила власть, чтобы просто так выпустить её из своих рук.

Злой от осознания этого факта, я пошёл в свою комнату, застав там лежащую на моей кровати чёрную кошку. Которая нагло разлеглась, как у себя дома и ещё вылизывала себя при этом.

— Хопи, что это, — изумился я от подобной наглости, тыкая пальцем в оборзевшее животное.

— Где мой царь? — он недоумённо посмотрел сначала на кровать, затем на меня, словно её не видел. Я мгновенно понял, что происходит.

— Найди мне срочно каменную статую богини Бастет в виде чёрной кошки, — приказал я, показывая примерный размер нужного предмета, — живо!

Он без капли удивления, бросился на выход. Отсутствовал он довольно долго, позволяя мне лицезреть наглую кошку, которая вылизывалась и чистила свою шёрстку, наплевав на меня и всё вокруг. Когда наконец центурион занёс каменное изваяние, я показал поставить его на кровать, а затем всем выйти. Хопи давно перестал удивляться моим приказам, так что помещение быстро очистилось.

Минуту ничего не происходило, затем кошка поднялась, подошла к каменной скульптуре, понюхала её, усы встопорщились и затем мир знакомо поплыл. Через секунду на моей кровати, облизывая пальцы лежала Бастет.

— Здрасте, — поздоровался я с ней.

— Какой же ты тупой, — вместо приветствия сказала она, — не мог сделать этого раньше?

Я сидя на стуле, мгновенно возмутился.

— Вообще-то я стараюсь быть подальше от богов и всех этих ваших разборок, мне своя жизнь ещё дорога.

— Ты сделал для меня новый храм, — она внезапно сменила гнев на милость, при этом лукаво посмотрев на меня, — вчера его освятили, принесли жертвы. В меня влилась просто огромная прорва энергии, так что я даже смогла сотворить своего астрального вестника и послать в ваш мир. Чего не происходило уже очень давно.

— Ну я рад, — осторожно заметил я, — спасибо, что сообщила. Мои гонцы явно не так быстры, как ты.

— Я, собственно говоря, пришла наградить тебя, — она загадочно посмотрела на меня, — затем похлопала рукой по кровати, — иди сюда, не бойся.

— Может не надо? — тоскливо спросил я, только что разобравшись с одной бабской проблемой, чтобы сразу вляпываться в другую.

— Надо смертный, — она облизала усы на морде и ещё более настойчиво похлопала по кровати. Мне ничего не оставалось делать, как подчиниться.

— К тому же, ты наверняка захочешь узнать, что вакуумный мешок можно использовать не только так, как ты делаешь это сейчас, — игриво сказала она, выпуская коготки из пальчиков человеческой руки и взрезая на мне одежду парой движений.

Это меня заинтересовало и стараясь не смотреть на смертельно опасные когти, силу удара которых я прекрасно знал, поэтому сам положил руку на голову Бастет, а пальцы привычно почесали за большим кошачьим ушком.

Грудь у неё мгновенно стала твердеть и острые соски укололи меня в руку.

— Мр-р-р, — протянула она, оскаливая клыки, — а ты проказник знаешь, как угодить девушке.

— Признаюсь честно, подобного опыта у меня ещё не было, — вздохнул я, перекладывая руку на обычную женскую грудь и пробуя её на ощупь: плотная, упругая, как у восемнадцатилетней девушки.

— Предскажу, что нас обоих ждёт незабываемое спаривание, — мяукнула она мне жарко в ухо и я понял, что надо предупредить Хопи, чтобы сюда никто не вошёл.

Встав с кровати, я подошёл к двери и выглянул за неё, наткнулся взглядом на его взгляд.

— Чтобы не происходило, даже извержение вулкана, — предупредил я его, — никто не должен войти в эту комнату ночью, пока я сам не позову.

— Слушаюсь мой царь, — склонил тот голову и я скрылся за дверью, вернувшись на кровать.

— Ты думаешь тебя хватит на всю ночь смертный? — изумилась Бастет, взгромождаясь на меня сверху, — боюсь ты быстро разочаруешься в собственных силах.

— Не попробуешь, не узнаешь, — философски сказал я, чувствуя, что мой член попадает в плотный капкан по всей своей длине. Такого ощущения у меня действительно никогда не было, даже когда я лишал невинности девственниц с самым узким пространством между ног.

Глава 12

Под утро, измучив и выпив из меня почти все жизненные силы, к тому же всего исполосовав своими когтями, Бастет исчезла, шепнув мне на прощание несколько слов на ухо. Она явно была очень довольна прошедшей ночью, и едва не светилась в прямом смысле этого слова, а вот я был выжат словно лимон. Я физически ощущал, что всю мою силу она и правда выпила, словно какой-то суккуб и я лежал весь в крови, не имея сил пошевелить ни пальцем. В общем, соитие с богиней, лично мне кроме боли ничего не принесло, повторять такой опыт повторно по своей воле, я бы точно не стал.