Судный день (СИ) - Молотов Виктор - Страница 47

— Что дальше делать будем? — спросил у меня Мрак. — Бензина-то больше нет, чтобы перемещаться.

— Зато есть черви, — усмехнулся я.

— Нет, только не это, — замотала головой Лавина. — На одну машину бензина уж хватит. Если придётся, поеду в ней.

— Если такое случится, в последних машинах поедут дети.

Девушка фыркнула, но возражать не стала. Благополучие детей всегда остаётся железным аргументом. Ведь это наше будущее.

— Мор, так у тебя есть план? Про червей понятно, но куда они нас повезут, если во всём мире теперь не безопасно? — снова спросил Мрак.

— Сейчас нам главное — выжить. Честно тебе скажу, что планы приходится строить на ходу. Всё меняется слишком стремительно. Пока самым рациональным решением кажется вернуться в Князево, чтобы жить под воздействием силы Ани. Её ещё немного усилить, и этого хватит, чтобы охватить целый город.

— Зря мотались туда-сюда, выходит, — проворчал Лысый.

— Ни фига не зря. Без защиты вы бы уже подохли.

— Мор прав, мы бы под куполом бункерских долго не протянули, — согласился Мрак.

— Тогда готовимся кататься на червях? — с наигранным энтузиазмом уточнил Факел.

— Да, пока этот план берём за основу, — ответил я. — Но пока шибко не рыпайся, всё может измениться, когда подойдут мутанты из вольного племени.

— И на кой они нам? — недоверчиво спросил Синий. — Вокруг сплошь лишние рты.

— Синий, закрой рот, пока он тоже не стал лишним! — отрезал я.

И мутант изобразил, как закрывает рот на замок, а ключ выкидывает в костёр.

Ночью мне не спалось, и я решил присоединиться к часовым. Уран увязался следом. Он, как нашёл меня вечером, так старался повсюду следовать за мной.

Часовые ходили парами по всему периметру. В охране принимали участие как мутанты, так и бункерские, никто не оставался без дела, кроме женщин и детей. Эльф всех мужчин включил в график дежурств, даже Электро и Прохорова.

Я подошёл к границе заброшенного города, и уже через три минуты мне навстречу вышли двое бункерских.

— Всё спокойно? — спросил у мужчин.

— Тишь, да гладь, — ответил один из них приглушённым голосом.

— Это хорошо. А то, признаться, я уже забыл, что такое спокойствие.

— Поэтому не спите.

— Да. Интуитивно жду нападения.

— Не дай бог, — отозвался второй часовой.

— Бог давно забыл о нашем мире, — ответил я.

— Ну не скажите. Тогда бы он забрал у нас самое последнее.

— И что же это? Наши жизни?

— Нет, он бы забрал надежду. А пока она есть, и жить хочется, и бороться.

Я кивнул, в этом была логика. Нет, в бога я не верил, особенно после всего произошедшего. А вот с психологической точки зрения про надежду был согласен. Ведь не будь её, мы сразу могли бы выкапывать себе могилы.

Я погулял по окрестностям ещё два часа, но не увидел ничего странного. И ни одного животного или насекомого. Только одинокие кусты редких растений не могли самостоятельно сбежать из этого гиблого места.

Следующие два дня прошли спокойно, но меня так и не покидало чувство надвигающейся угрозы. Большую часть времени я провёл в разговорах со Степановым, но мы так и не нашли быстрого решения проблемы. Всё сводилось к тому, что лабораторию надо восстанавливать, а это займёт не один год, и это в лучшем случае.

Мы перебирали всевозможные варианты, но каждый раз всё упиралось в уничтоженное оборудование.

— А нельзя провести этот чертов эксперимент без оборудования? — спросил я вечером второго дня, когда мы со Степановым сидели у костра вместе с мутантами.

Я не надеялся на положительный ответ, что и получил:

— Мор, ну это уже за гранью фантастики.

Мой вопрос так развеселил его, что учёный улыбнулся. Впервые за всё время, что мы находились в городе.

— Да всё происходящее давно ушло за грань фантастики, — поддержал Мрак.

А Факел поддержал:

— Согласен, если эта фигня пришла из космоса, с её же помощью можно всё исправить.

— Ага, по взмаху волшебной палочки, — буркнула Лавина. — Мы получили ген, способный преобразовывать инопланетную энергию. А вот магию создавать ещё не научились.

— Точно! — глаза учёного загорелись.

— Ну раз вы согласны, тогда давайте список составлять, где это оборудование искать. Раньше начнём, раньше закончим, — развела руками девушка.

Ведьма стояла позади неё и заплетала длинные белые пряди в косу. Ведь воды у нас не было, не считая трёх организованных Синим источников. Но и там было особо не помыться. Мне-то было отчасти всё равно на грязные волосы, а вот девушки страдали.

— Да подождите вы, — парировал Степанов.

Мы все на него уставились.

— Отец, ты что-то придумал? — с надеждой спросила Буря.

— Да, есть идея. Она бредовая с привычной научной точки зрения. Но может сработать за счёт того, что физика мутантов давно изменилась.

— Выкладывайте, не томите, — попросил я.

— Да, мы теперь от вас не отстанем, — иронично поддержала Ведьма.

— Мор, помните, что когда вы с Петей одновременно дотронулись до метеорита, ваши способности переплелись?

— Да, я тогда увидел то, что видел он, — подтвердил я.

— А что, если нам так попробовать совместить других мутантов?

— Петю и Аню? — со скептицизмом спросила Лавина.

— Нет. Если бы Петя умел перемещаться во времени, то тогда можно было бы попробовать. Но он умеет лишь видеть прошлое и замедлять настоящее.

— Так можно усилить его и посмотреть, что будет, — предложила Ведьма.

— Опять вы эксперименты на детях предлагаете. Петя и так всего боится, — напомнил я.

— Это же сила. Целое море силы. Ему должно понравиться, — предположила Буря.

— Хорошо, допустим. Но пока только допустим.

— А при чём тут Аня? — спросил Факел. — Скорее всего, она погасит его способности.

— А метеорит их вернёт, — ответил я.

— Логика в этом есть, — задумчиво сказал Степанов. — Но сомневаюсь, что мощь этой инопланетной энергии так велика, чтобы перенести кого-то в нужную точку времени.

— Тогда что вы предлагаете? — уточнил я.

— Если усилить Аню, то какую максимальную площадь она сможет очистить от радиации? — задал каверзный вопрос учёный.

— Это тоже только опытным путём выяснять.

— А что, если остановить время, и за это время очистить континент от радиации, и попутно вытянуть её из мутантов?

— Тогда мы все сдохнем, — уверенно ответил Факел.

— М-да, вопросов больше, чем ответов, — посетовал Мрак и прикрыл лицо руками.

— Сила Ани мутантам не вредит, — напомнил Степанов.

— Да и мы ничего не потеряем, если попробуем. Ведь в метеорите полно энергии, — поддержала отца Буря.

— Израсходуем и второй попытки не будет. Разве что ещё один метеорит не упадёт, — ухмыльнулся я. — А он не намечается. Ведь этим инопланетным тварям хватило тех, что они уже забросили, для преобразования планеты.

— Если рассуждать логически, — начала Лавина, — то нашу планету напитали инопланетной энергией. И если мы избавимся от неё, то и твари отступят. Планета снова станет для них непригодной.

— Да, но это всё звучит слишком нереалистично, — подметил я.

— А разве реалистично то, что мы оказались здесь? — спросила Лавина, — И все наши силы? Как уже было сказано, мы давно перешли за грань фантастики.

Во время разговора мнение девушки сильно поменялось. И если в начале она была скептично настроена, то сейчас была готова поддержать. И даже в её холодных глазах блеснула озорная льдинка.

— И в нашем положении, когда над головой зависли эти твари, нам нечего терять, — согласилась Буря.

— А вы что думаете? — обратился я к Степанову. — И я всё равно не понял, зачем останавливать время.

— Да, при чём тут вообще Петя? — повторила вопрос Буря.

Степанов улыбнулся. Ему явно доставляло удовольствие подобное рассуждение. Он держал интригу до последнего.

— Вы все совсем забыли, о чём мы говорили в начале, — ответил учёный. — Объясню простыми словами. Если инопланетяне используют эту чужеродную энергию для своих технологий, то и мы можем сделать так же. Только в качестве оборудования выступят мутанты. А конкретно Аня и Петя. Их гены заточены на нужный нам способ преобразования действительности. Сейчас заражение планеты достигло такого уровня, что девочка навряд ли справится. Но если всё откатить хотя бы на пару лет назад…