Эсхатологический оптимизм. Философские размышления - Дугина Дарья Александровна - Страница 43

Таким образом, Афинская школа была доминантой в философском пространстве того времени.

Одной из важных жанровых особенностей Афинской школы являлось составление философских произведений в виде комментариев на работы предшествующих философов, поэтов, теологов (в первую очередь, безусловно, Платона).

По своей композиции классический неоплатонический комментарий состоял из введения, в котором обсуждался предмет комментируемого диалога, жанр, стиль и место среди других сочинений автора; часто присутствовал краткий пересказ диалога, а также важное место уделялось анализу обстоятельств беседы, значению действующих лиц и их символическому смыслу. Далее текст делился на «леммы» – фразы, подлежащие толкованию. Комментарий на лемму подчас занимал целую лекцию. Вначале предпринималось общее толкование смысла фрагмента, затем проводилось более детальное рассмотрение, пояснявшее значение отдельных терминов во фразе. По Прехтеру[133], Прокл не вносит никаких новшеств в порядок комментария, полностью подражая комментариям Ямвлиха и Сириана.

Однако у Прокла не всегда соблюдено правило комментария Ямвлиха. Некоторые фразы, как, например, в комментарии на диалог «Тимей», он разбирает в течение нескольких лекций, некоторые опускает. В его комментариях на диалоги Платона прослеживается самостоятельная разработка волнующих его тем. Прокл использует диалоги Платона как приглашение помыслить. Его комментарии – полноценные философские произведения, в которых леммы из диалогов Платона выступают лишь начальным пунктом философского пути. Голландский исследователь неоплатонизма Леендерт Геррит Вестеринк[134] замечал, что существенной особенностью комментариев Прокла – является «триадичность». По мнению Вестеринка, Прокл стремится предельно фрагментировать работы Платона для того, чтобы философские доктрины платонизма лучше встроились в сложную иерархическую модель неоплатонической метафизики.

Философская герменевтика Прокла – абсолютно уникальное событие в истории философии поздней Античности. Работы Прокла – кульминация экзегетической традиции неоплатонизма. Его комментарии отталкиваются от оригинальных произведений Платона, но далее самым обстоятельным образом учитывают развитие его идей, и в том числе, критику Аристотеля и стоических философов. К этому добавлялась традиция среднего платонизма, где особый акцент ставился на религиозной теистической проблематике[135] (Нумений, Филон Александрийский). Плотин привнес в экзегетику тематизацию апофатического Единого. Порфирий привлек внимание к учению о политических добродетелях и добродетелях, обращающихся к уму. Ямвлих[136] ввел в плотиновскую иерархию дифференциацию основных онтологических и эйдетических рядов, представленных богами, ангелами, демонами, героями и т. д. Если у Плотина мы видим главную триаду Начал – Единое, Ум и Душу, то у Ямвлиха возникают многоступенчатые эйдетические ряды, отделяющие людей от Мировой Души и умозрительных областей Ума. Ямвлиху же принадлежит практика комментирования диалогов Платона в эзотерическом ключе.

Политический и религиозный контекст формирования философии Прокла

Для точной реконструкции политической философии Прокла необходимо уделить внимание тому политическому и религиозному контексту, в котором он существовал, мыслил и работал.

С политической точки зрения, время Прокла очень насыщенно: философ был свидетелем разрушения западных границ Римской Империи, великого переселения народов, вторжения гуннов, падения Рима, сначала от руки визиготов (410), затем вандалов (455), и конца существования Западной империи (476). Один из избранных посетителей школы Прокла, Антемей, патриций из Византии, был некоторое время Императором Запада, позднее он был убит.

Время Прокла – время масштабных перемен: закрытия языческих храмов (395, 399, 435 гг. н. э.), уничтожения языческой религии (языческие ритуалы частично подвергаются запрету именем восточных римских Императоров) и окончательного (подчас принудительного) перехода ромеев к христианству. Христиане убивают Гипатию (наставницу целой плеяды платоников), ожесточаются против язычников. Из Парфенона была изъята знаменитая статуя Афины работы Фидия, что в окружении Прокла было воспринято как кощунство.

Вопрос об оценке Проклом христианской религии до сих пор не имеет однозначного ответа. Некоторые исследователи, считают, что в полемике с христианами Прокл не был пассивной стороной и якобы написал «Возражения против христиан» в 18-ти книгах. Так как как до нас эта работа не дошла, и ее упоминание крайне редко встречается в текстах различных философов и современников Прокла, то факт ее существования считается довольно сомнительным.

Однако точно известно, что в какой-то момент конфликт христиан с академиками приобрел такое напряжение, что Прокл был вынужден на год уехать из Афин в Лидию. Это был период заката великой позднеантичной греческой культуры, точка бифуркации, перехода к Империи абсолютно нового типа, основанной на новой религиозной доктрине. Будучи периодом заката позднеантичной языческой культуры, это, одновременно, время рождения и формирования новой христианской теологии, идеологии и культуры, которая станет доминирующей более чем на тысячу лет на территории всей средневековой Европы. Безусловно, многие неоплатонические и языческие идеи плавно трансформировались и перешли в христианскую мистику (особенно примечателен корпус Ареопагитик, напоминающий христианское изложение доктрины Прокла). Однако откровенно языческая сторона неоплатонической философии была подвергнута запрету. В 529 г. император Юстиниан выпускает эдикт против язычников, евреев и ариан: афинская неоплатоническая школа закрывается, а оставшиеся платоники уезжают в Персию, чтобы позднее осесть в Харане, на границе Византии.

Контекст формирования политической философии Платона отличался от такового Прокла. Оба философа жили в Афинах, но в совершенно разных условиях. Платон творил в период афинской демократии. Он не одобрял политический строй афинского полиса, будучи приверженцем «философской монархии» под эгидой царя-философа и касты стражей. Платон находился в оппозиции к современной ему политической системе, его политический идеал противоречил конкретной реальности афинского полиса.

Ницше в курсе лекций, прочитанных в зимних семестрах 1871—72 и 73—74-х годов, «Введение в изучение диалогов Платона»[137] отметил уникальность платоновского политического учения. По его мнению, существует основательное различие между человеком сократическим и платоническим. Человек сократического типа подчиняется богам, хорошо разбирается в своем ремесле, будь то агрикультура или медицина, и честно выполняет свои обязанности по отношению к государству. Мы видим в таком типе поведения модель строгого следования устоявшейся в обществе традиции – подчинение богам, безусловное исполнение своих обязанностей и т. д… В таком понимании обязанностей человека не проявлена та трансцендентная вертикаль, которая станет центральной у Платона. Как говорит Ницше: «Сократ был хорошим гражданином». «Платон – плохим», как дерзнул отметить Р. Нибур. Это говорит о том, что Платон боролся до смерти против устоявшихся политических условий и был радикальным революционером»[138]. Введение онтологического (помимо религиозного, существовавшего в то время) измерения в политику является революционным открытием платонизма.

Ученик Платона Аристотель со схожей политической философией был наставником Александра Великого, построившего Империю. Эта Империя в иудео-христианском учении о Четырех царствах, основанном на комментариях к «Книге пророка Даниила»[139] (8:22) и видении Навуходоносора, считалась Третьей. Первой была Вавилонская, второй – Персидская. Четвертой – и последней – Римская Империя. Каждая последующая соответствовала металлу более низкого толка: первое царство – золоту, второе – серебру, третье – меди, четвертое – железу. Империя Александра, основанная по заветам Аристотеля, была «медной Империей».