"Фантастика 2023-183". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Леженда Валентин - Страница 561

– Нет. – Я снисходительно покачал головой, но тут же насторожился, заметив промелькнувшее на лице собеседницы мимолетное облегчение от моих слов. – А что, должны? Ты имеешь отношение к смерти своего отчима?

Мои ноздри пощекотал запах страха. Дани по-прежнему избегала встретиться со мной глазами.

– Ах, вы имеете в виду моего отчима, – пробормотала она. – Я на миг подумала…

Я подался вперед, с нескрываемым любопытством ожидая продолжения. Неужто Дани знает что-то о смерти Дурзила? Как иначе истолковать ее слова? Но она уже замолчала, с преувеличенным вниманием разглядывая что-то в окне. Терпкий запах страха усилился, став практически невыносимым. И это будоражило мне кровь, пробуждая инстинкты охотника.

– Что ты подумала? – грубо спросил я, шагнув к девушке. Схватил ее за плечи и развернул к себе. – Выкладывай!

– Ты делаешь мне больно! – прошипела Дани, моментально забыв про вежливый тон. – Убери руки!

Я лишь усмехнулся, без труда поборов слабое сопротивление падчерицы Тирна. До опасного предела сжал ее хрупкие плечи и прошептал, глядя в потемневшие от боли глаза:

– Не играй со мной, девочка. Я же чувствую, как отчаянно трепещет твое маленькое перепуганное сердечко. Что тебе известно?

Она не успела ничего ответить. Точнее – даже не собиралась этого делать. Рука Дани метнулась к шее, на которой висела маленькая серебряная безделушка в виде фигурки птицы с широко распахнутыми крыльями. А в следующий миг у меня перед глазами все потемнело. И я тяжело осел на пол в беспамятстве.

– Шени…

Я безмятежно качался на волнах забытья. Надо же, никогда не думал, что за гранью реальности может быть настолько приятно. Такое чувство, будто мое тело омывает теплая вода. В кончиках пальцев пульсирует блаженство. Хочется расслабиться и никогда больше не приходить в себя.

– Шени…

Беспокойство доставлял лишь голос, периодически зовущий меня по имени. Слышать его почему-то было неприятно. Словно он напоминал, что я должен был что-то сделать, но не сделал.

– Шени!

Меня обожгло чувство близкой смертельной опасности. В животе все скрутилось от невыносимой боли. Я застонал, приходя в себя. Тут же сгруппировался, готовясь нанести удар, но, хвала всем богам, успел открыть глаза до того, как применить магию. И едва не заорал в полный голос от ужаса: передо мной склонилась Флокса, уже занесшая руку, чтобы прикоснуться ко мне. Руку без перчатки.

– Фух, ты очнулся, – радостно выдохнула она. – А то я собиралась применить лечебное заклинание.

– Спа… спасибо, обойдусь, – заикаясь, протянул я, пытаясь незаметно отползти от Флоксы подальше. Вдруг ей придет в голову, к примеру, нежно вытереть испарину с моего лба? Совершенно позабыв при этом надеть перчатку.

– Что с тобой случилось? – Подруга, не торопясь вставать, наклонилась ко мне, пытливо вглядываясь в побледневшее от страха лицо. – Я ждала тебя не меньше получаса. Потом заволновалась, отправилась на поиски. И нашла здесь, на полу. Где Дани?

– Хотел бы я знать ответы на оба твоих вопроса, – мрачно пробурчал я, приподнимаясь. Комната перед моими глазами все еще двоилась, поэтому мне пришлось опереться спиной об стену. Флокса, убедившись, что со мной все в порядке, медленно натянула перчатку.

– Ты… – Я кашлянул, набираясь решимости. – Ты что-нибудь делала со мной?

– Шени, я помню, как щепетильно ты относишься к неприкосновенности своих дум. – Флокса без проблем поняла, что я на самом деле имел в виду. – Не беспокойся, я не касалась тебя. Только собиралась, но не успела.

– Хорошо.

Я тихонько выдохнул. Закрыл глаза, собираясь с расползающимися мыслями. На этот раз пронесло. Отступники, это дело мне слишком тяжело дается! Несколько раз за прошедшие дни я был на грани разоблачения. Кажется, Таркаш прав. Близкое знакомство с Флоксой стало приносить мне чересчур много проблем. Если бы сейчас она коснулась меня… Не хочется даже думать, чем это для нее могло закончиться.

– Это Дани тебя вырубила? – полюбопытствовала Флокса, вставая и одергивая узкое платье. – Как ей удалось?

– Я сам не понял, – честно признался я, скривившись при упоминании этого имени. Очень, очень неприятно осознавать, что настолько недооценил девчонку. Сколько раз мне говорили – внешность ничего не значит. Но кто бы мог подумать, что Дани, крошка Дани с наивными голубыми глазами и светлыми волосами способна провести меня?!

– Она ударила тебя? – продолжила расспросы Флокса.

– Я не уверен.

В памяти всплыл последний момент нашего разговора. Вот я встряхиваю Дани за плечи, борясь с невыносимым желанием поцеловать ее. Грубо, до крови вцепиться в пухлые чувственные губы. А потом – провал. Только отблеск серебряного амулета перед глазами.

Я осторожно принюхался. Нет, в воздухе не пахло знакомой магией, которой пользовался убийца. Но какой-то чуть уловимый аромат все же витал. Буквально на грани обоняния. Непонятный, терпкий, от которого сердце забилось вдвое быстрее.

– У нее на груди висела какая-то побрякушка, – медленно начал я, искоса следя за реакцией Флоксы. – Дани не надела ее на предыдущий допрос, поэтому ты вряд ли видела. На ней была изображена летящая птица.

– Птица? – Подруга задумчиво тронула свой медальон с выбитыми на нем двумя крыльями. – Ты уверен?

– Абсолютно.

Флокса отвернулась. Недостаточно быстро, поэтому я успел заметить на ее лице выражение крайней обеспокоенности.

– Флокса, тебе знаком этот знак? – спросил я. Кряхтя, отлепился от стены и тут же вновь сел, на этот раз на кровать. – Что он означает?

– Если то, о чем я думаю, то ничего хорошего, – протянула подруга, не торопясь ко мне оборачиваться. – Шени, вряд ли я должна рассказывать тебе…

– Флокса!

Девушка вздрогнула от моего разгневанного окрика и как-то виновато втянула голову в плечи.

– Я едва не погиб, – продолжил я, справившись с секундной вспышкой ярости. – Пожалуйста. Неужели ты не доверяешь мне?

Флокса наконец-то посмотрела на меня. Какой-то миг колебалась, кусая губы.

– Пожалуйста, – повторил я почти шепотом.

– Хорошо. – Подруга кивнула, уступая моей настойчивости. – Только учти, что это закрытая информация храма богини-дочери. Я сама узнала ее случайно, когда драила полы в кабинете настоятельницы. Пользуясь удобной возможностью, заодно порылась в ее документах и книгах. В одной из них наткнулась на описание странного ритуала. Ты же знаешь, после того, что со мной сделали в детстве, я с особым интересом отношусь к подобного рода знаниям.

Флокса запнулась. Облизала пересохшие от волнения губы и продолжила, заметно понизив голос:

– В общем, посредством этого обряда люди получали невиданные прежде способности. Понимаешь, они могли по собственному желанию превращаться в различного рода животных, сохраняя в зверином теле человеческий разум.

– Становиться метаморфами? – Я недоуменно нахмурился. – Ты хочешь сказать, Дани умеет превращаться в птицу? Но уверяю тебя, я вырубился не от удара крылом по лицу.

– Подожди! – резко осадила меня Флокса. – Не перебивай. Храм проводил множество опытов, совершенствуя обряд и прикрывая свои деяния словами о великом благе для государства. Полагаю, не надо объяснять, почему король был весьма заинтересован этими результатами. Однако случилось непредвиденное. Ты же знаешь, что метаморфы обладают возможностью на какой-то миг делать свое тело нематериальным. Это у них называется переходом. И некоторые особо горячие головы решили, что путем ритуала можно создать существо, способное самостоятельно регулировать длительность перехода. Ты только представь, какие перспективы открывались тогда!

– Н-да, – протянул я, неприятно пораженный. – Идеальные шпионы, идеальные наемные убийцы. Ты к этому клонишь?

– Совершенно верно. – Флокса громко хрустнула пальцами. – Однако обряд был настолько болезнен, что абсолютное большинство тех, на ком его проводили, погибали. Понятное дело, первые опыты храм ставил на преступниках, приговоренных к смертной казни. Честное слово, Шени, лучше бы эти несчастные закончили свои дни на эшафоте. Они даже не представляли, на какие муки себя добровольно обрекали. Выживали единицы. Но вот незадача – никто среди выживших не был пригоден для достижения каких-либо целей. Боль выжигала мозг, превращая их в пускающих слюни, ничего не соображающих идиотов. Но однажды…