СМЕрШная история часть первая 1941 (СИ) - Киршин Павел - Страница 50

Получив добро на аудиенцию, решил привести себя в порядок и, к своему стыду, обнаружил, что выгляжу как вокзальный бомж. М-да, чучело огородное, а не герой советского союза. Стыдобища, все вещи обзавелись заплатками, а ткань на коленях и локтях засалилась, вытерлась до блеска и горбится пузырями. Что творилось на голове вообще не поддавалось критике, из-за шрамов мои отросшие волосы торчали, как у анимешного Наруто Удзумаки. И какого хрена, где хоть какие-то привилегии, и где на фиг моя зарплата? Я что, за еду работаю, где там мой верный Санчо Панса? Подать его сюда. — Алексей Владимирович, мне нужна новая одежда и парикмахер.

Оказалось, что пошитая по спецзаказу форма давно уже готова и дожидается в шкафу на вешалке, просто Фокин не видел смысла одевать новое для повседневной носки. Ну не гад ли он после этого, сам-то всегда с иголочки одет. Ругаться с ним повременил, так как он, по его словам, был весьма неплохим парикмахером. "Я всю нашу комуналку стриг, мне тебя подровнять – раз плюнуть." — Сказал он, доставая машинку для стрижки.

***

— Я так больше не могу, Лаврентий Павлович, пятую ночь подряд кошмары снятся. — Пожаловался на непосильную нагрузку, почёсывая голову обритую налысо. — Боюсь, скоро начну ошибаться, или снова в больницу попаду, только уже к психиатрам.

Нарком внимательно выслушал мои жалобы и пообещал что-нибудь придумать. — Завтра отдохни, а мы пока посоветуемся.

"Интересно, с кем это он собрался советоваться?" — Размышлял покидая кабинет.

***

Прочитав отправленную Берией служебную записку Иосиф Виссарионович поручил Поскрёбышеву пригласить Лаврентия вместе с Кувшиновым на встречу. "Видимо настало время познакомиться с этим интересным юношей." — Подумал он, ещё раз пробегая глазами по тексту.

Глава 25

Не получив от хитрожопого очкарика определённого ответа вернулся обратно и, не раздеваясь, прямо в сапогах разлёгся на широком диване.

Значит до послезавтра можно отдыхать? Хм-м, тут надо посидеть и хорошенько продумать культурную программу так, чтобы никаких мыслей не возникало об осточертевших проверках. Повернул голову к сидевшему за письменным столом капитану, заполняющему журнал с ежедневным отчётом о моей работе. Нет, с ним проконсультироваться не получится, после того, как увидел плачевный результат его парикмахерского мастерства, сгоряча выдал, что больше с ним не разговариваю. А может прямо сейчас пойти, пока не стемнело, плюнуть на все планирования, положиться на судьбу и шурануть, куда глаза глядят? Поднялся и, пошарив по карманам старой одёжки, нашёл таки монетку. Орёл, или решка?

Когда начал надевать верхнюю одежду, Фокин соизволил спросить, куда это я собираюсь.

— Да, прогуляться захотелось, Лаврентий Палыч приказал отдыхать, а наше дело подчиняться. Ведь так, Алексей Владимирович?

Называется прогулялся. Поняв, что ограничиваться в своей прогулке окрестностями Лубянки я не собираюсь, Фокин позвонил оперативному дежурному и приказал готовить две машины с охраной на выезд.

— Ты обалдел? Какие две машины? Я погулять хочу, просто пройтись по московским улицам, посмотреть как обычные люди живут, может с кем-то познакомиться и поговорить.

В общем, опять посрались, а отменять выезд капитан не стал, договорились, что доедем до какого-нибудь парка, там оставим машины и прогуляемся пешком. Мне было в принципе без разницы, куда именно ехать, поэтому положился на мнение одного из сопровождающих, который предложил поехать в Сокольники, где он давеча познакомился с симпатичной барышней на какой-то лекции по истории.

Однако, образованные у меня нынче охраннички.

***

— Да он прямо над нами!

— ... ну нельзя. Не положено. ... Николай, нет!

На выходе из парка, высокий и атлетично сложенный лейтенант артиллерии, с идущими под ручку двумя молодыми девушками, увидал ругающихся между собой людей в форме НКВД. Подойдя ближе он увидел, как молодой юноша стоявший в окружении восьми, более рослых, старших званием и возрастом, военных, чуть ли не кричит на них, показывая на вечернее небо, покрытое низкой густой облачностью.

— Смотри, Людочка, какой важный гусёк, сам маленький, щупленький, а его слушают словно министра. — Сказала Валя, плотнее прижимаясь грудью к крепкому лейтенантскому локтю. Прикрывая варежками лица, девушки дружно рассмеялись, чем привлекли к себе внимание энкавэдэшников.

— Проходите товарищи, не задерживайтесь. — Властным голосом произнёс повернувшийся к ним капитан. Со смущённым видом девушки потянули своего кавалера прочь, но тот вдруг встал, как вкопанный.

— Марк, ты чего? Пойдём давай. — Валентина удивлённо посмотрела на замершего жениха.

— Коля?! — Вскрикнул лейтенант, неверящий собственным глазам. — Коля! Уцы! Помнишь меня?!

Капитан Фокин, вздёрнувший в изумлении бровь, увидел, как его подопечный подвергся необычному нападению. Бесцеремонно растолкав сотрудников охраны, здоровенный артиллерист облапил Кувшинова, приподнял и попытался задавить его в своих медвежьих объятиях. — Коля, живой!

— Отставить! Лейтенант, немедленно отойдите! — Увидев, что лицо Николая начало багроветь, Фокин не выдержал и схватил Марка за кисти рук, чтобы отцепить этого ненормального.

— Ху-у-ух. — Шумно выдохнул юноша, после нескольких быстрых вздохов. — Шалдин, разве можно так? Чуть не задушил ведь.

Успокоившийся Фокин, помог Николаю привести себя в порядок, оддёрнув сбившийся на нём полушубок, после чего приказал лейтенанту предъявить документы и представиться. Тот, с готовностью, протянул удостоверение личности и справку из госпиталя. — Лейтенант Марк Шалдин, командир взвода 37-миллиметровых автоматических зенитных орудий, нахожусь в отпуске после ранения. — Он повернулся к своим спутницам, стоявшим в сторонке. — Товарищи, я только сегодня выписался из госпиталя. Вот, с невестой решили прогуляться по Москве. Они с подружкой здесь работают медсёстрами. — Шалдин показал на вход в Сокольнический парк.

Алексей уже хотел было задержать лейтенанта, для полного выяснения, но Николай, услышав о должности своего знакомого, возбудился и продолжил настаивать на своей безумной идее. — Вот, спросите у зенитчика, он вам расскажет, что возможно, а что нет.

Все присутствующие, и энкавэдэшники, и девушки, перевели взгляды на артиллериста.

— ...?

Коля махнул рукой, привлекая внимание Шалдина. — Смотри, допустим, над нами кружит фашистский самолёт. Мы можем сделать заградительный залп целой батареей, при условии, что мы знаем направление и точную высоту полёта. А?

— Вообще-то, так всё и происходит. — Пробормотал лейтенант, удивлённый таким вопросом. — А к чему ты спрашиваешь?

Коля взял капитана Фокина за отворот шинели. — Всё! Алексей Владимирович, хватит спорить, пошли на батарею.

В пятистах метрах от них, на месте летней танцплощадки, торчали направленные в небо зачехлённые стволы четырёх 85-миллиметровых зениток. Именно сюда повёл их Кувшинов, по пути раздавая указания спутникам. — Товарищ капитан, растолкуйте командиру ситуацию. — Кувшинов показал на подошедший патруль, занимавшийся охраной периметра.

Лейтенант и его спутницы стали свидетелями того, как капитан НКВД, предъявив удостоверение и какую-то бумагу, буквально построил личный состав батареи по стойке смирно, а ведь Марк хорошо знал этих зенитчиков, когда его перевели в палату выздоравливающих, он часто приходил сюда во время прогулок с Валентиной. "Что же он мог такого показать Сергею, чтобы тот согласился начать стрельбу без объявления воздушной тревоги и минуя непосредственное начальство." — Подумал Марк, наблюдая, как бойцы споро расчехляют орудия.

— Шалдин, иди сюда, помогать будешь! — Выдохнув морозное облачко пара, позвал Коля. — Ты давай крути, а я буду говорить, куда надо направить ствол, и остальные пушки надо также установить. Договорились?

Командир батареи, старший лейтенант Сергей Волошов, поинтересовался у Марка на какую высоту выставлять "трубки", и Шалдин, в это время крутивший штурвал горизонтальной наводки, вопросительно глянул на Кувшинова.