СМЕрШная история часть первая 1941 (СИ) - Киршин Павел - Страница 26

Уставший не меньше моего, Геллер жевал через силу, но при этом умудрялся почитывать "Как закалялась сталь" Островского. Мало ему трёх часов в филармонии на Триумфальной? Капец! С другой стороны ему не пришлось пожимать сотни рук и весь вечер растягивать губы в улыбке.

Породистое лицо исказилось в подозрительно хитрой ухмылке. — Утром узнаешь. Этот зоопарк тебе понравится.

Мля! Включил чекиста. Вот как с ним нормально разговаривать?

— Пей чай и спать, завтра тяжёлый день.

Заботливый, нарисовался – не сотрёшь. Может всё таки свалить на фиг? С ним никакого терпения не хватит.

***

Получив по внутренней связи указание начинать, Анатолий Никонович вскрыл конверт. — Товарищи курсанты, я уполномочен вам сообщить, что народный комиссар внутренних дел Лаврентий Павлович Берия был арестован с формулировкой враг народа.

— Тишина! — Поднявшийся от возмущённых абитуриентов гомон он заглушил резким ударом указки по столешнице. — Коммунисты уверенные в невиновности Лаврентия Павловича собирают подписи в письме к товарищу Сталину. Прошу поднять руку, кто готов подписаться под ним.

Немолодой преподаватель оперативной психологии медленно обвёл лес рук своим немигающим взглядом. — Единогласно.

Подытожив результат, он продолжил. — Вы все проголосовали. Но у руководства школы есть основания считать, что в вашей группе находится тот, кому новость об аресте товарища Берии, греет его гнилую сущность. Один предатель обманывает вас – считающих его своим другом. Товарищем. У нас есть возможность определить врага, готового при первой возможности перейти на сторону фашистов. Для этого, вам всем нужно написать своё настоящее имя, возраст, место рождения, в общем, краткую автобиографию. Вам даётся три минуты. Время пошло.

Посматривая в класс, Фирсов оценивал эту проверку опираясь на свой многолетний опыт. — "Чтобы вывести их из равновесия этого хватит. Жаль, что таким способом нельзя выявить подготовленного врага, те свою легенду назубок знают, их такими детскими уловками не проймёшь". — Закончили! Старший группы: собрать и положить ко мне на стол!

Лейтенант Васильев подскочил и быстро прошёл между рядов, собирая написанное.

— За Васильевым на полигон. Марш‐бросок на первой тропе. Десять километров по последнему. Время пошло!

***

Чих-пых... Сергеич, падла. Засунуть меня курсантом в ту самую школу, это издевательство. Чих-пых... Меня валят на всех зачётах, даже на любимой мной маскировке. Чих-пых... С большим отрывом, Васильев бежит первым. Чих-пых... За ним пятеро курсантов послабее. Чих-пых... Остальные растянулись цепочкой. Чих-пых.

Благодаря своему слуху, бегу предпоследним. Не столько из-за физических данных, сколько в расчёте на экономию сил. Подслушал, что в конце забега предстоит отстреляться по ростовым мишеням и произвести минирование опоры моста. Снайперам предстоит сдать отдельный зачёт по маскировке, а обоим радистам нужно отбить шифровки о завершении, это и будет по последнему.

В конце маршрута стоят пятеро принимающих экзамен. Двое – уже знакомые мне капитаны Шигалез и Крапивин. Они отбирают ребят и девчонок для заброски во вражеский тыл. Трое других экзаменаторов, наши преподаватели по взрывному делу, огневой подготовке и радиоделу. Это из их разговоров я узнал о дополнительных условиях. Оглянулся на вспотевшую Марию Куприну из Ивановской области, изо всех сил, пытающуюся догнать меня. Эх, доброта погубит меня когда нибудь. Ладно, пару километров можно и помухлевать – никто не увидит. Снизил скорость и отобрал у неё эсвэтэшку, она только улыбнулась, понимает, что спорить со мной бесполезно, а бежать надо. На полигоне возвращаю оружие и подталкиваю замешкавшуюся Куприну, чтобы та не наткнулась на Василия Попова и Михаила Щукина. Тут у снайперов и пулемётчиков свои мишени, в основном грудные и движущиеся. Мы с ней должны бежать дальше.

— Занять огневой рубеж! — Раздаётся хриплый голос Евгения Филипповича.

Рубежом служит неровный заросший травой земляной вал. Можно плюхнуться в любом месте, но все ложатся, где зелень пореже. Но, я же не ищу лёгких путей? Оглядываю хаотично натыканные мишени и укладываюсь сильно правее, из расчёта траекторий.

— ... Осмотр мишеней!

— Семнадцать из двадцати.

Это отстрелялся Вадим из Коврова. Нормально, для его неважнецкого зрения.

— Боец Куприна! Заряжай!

— Т-туф-ф... Т-туф-ф... Т-туф-ф... — Мария отстрелялась на хорошо с минусом, всё же усталость и дрожь в руках не дала ей нормально прицелиться.

— Осмотр мишеней!

— Пятнадцать из двадцати!

— Боец Уцы! Заряжай!

— Т-туф-ф, т-туф-ф, т-туф-ф.

— Осмотр мишеней!

— Охренеть!

Перемещая винтовку по фронту слева направо, отстрелялся в максимально быстром темпе. М-да, всё таки маловат пока ещё, мог бы лучше, но силёнок в руках не хватает. Бегу через неглубокий овраг с жидкой грязью на дне к следующей точке, где стоят четыре массивные кирпичные тумбы – части фундамента от водонапорной башни.

— ... Галанин, зачёт.

— Боец Куприна приступить к минированию. Вот схема моста.

Маша определилась по сторонам света (на схеме их указали), обошла тумбу и быстренько приладила мешок в нужном месте. Показала Вячеславу Андреевичу варианты установки детонатора и огнепроводного шнура, перечислила огневые электрические, механические и химические способы подрыва зарядов.

— Боец Куприна зачёт.

— Боец Уцы приступить к минированию.

Эх! Жизнь моя жестянка. Достаю всего один брусок и привязываю вовсе не там, где ожидает Ефанов.

— Отставить! Боец Уцы, не зачёт.

Интенсивно машу руками, добиваясь внимания и справедливости, но дядя Слава меня игнорирует.

— Товарищ воентехник первого ранга, может узнаем, чего он хочет сказать? — Обратился к взрывному мастеру капитан Крапивин. Во! Наш человек. Пишу, пока они не ушли.

— Не выдумывай, тут надо минимум килограмм тротила, или шпур бурить. Конечно, можно ещё направленным подрывом попробовать, но..., — Старик обвёл руками вокруг. — Я не вижу здесь ничего из перечисленого. Значит, не зачёт.

Подёргал за рукав капитана Крапивина: мол, давай разведка, помогай уговаривать. Старого упёртого шахтёра пришлось долго убеждать, но всё таки мы его дожали, не последним козырем, было то, что я оставался крайним на сегодня. Но, также, были подозрения, что старик просто любит что-нибудь повзрывать и сам был не прочь провести шумный эксперимент. Дождавшись окончания экзамена, когда все остальные отправились на плац для получения взысканий и поощрений. Два капитана и я остались подрывать авторитет старого хрыча Ефанова. Убедился, что мужики спрятались в учебном ДЗОТе, запаливаю фитиль и бегу к ним в укрытие.

— Бу-бу-ух!!! — Еплысь!!! Подняв кучу пыли, тумба накренилась и соскочила со своего основания. Именно так, как и предполагал, по косой внутренней трещине, в измазанной грязью кирпичной кладке, её мог заметить только такой как я.

Глава 13

— ... Сказанное вам сегодня Анатолием Никоновичем про наркома, не соответствует действительности. Это неправда. Так было нужно для экзамена... — Объясняя, этот опасный момент обучения, Аристарх Абросиевич взволновано указывал на необходимость такого шага и благодарил всех за принятие правильного решения. — Что касается итогов обучения. По общим баллам лидирует лейтенант Васильев. Но, ему следует подтянуть стрелковую подготовку с автоматическим оружием, есть небольшие огрехи. Также, очень достойно показали себя наши радисты, оба справились на отлично. Молодцы. Василий! Не отвлекайся! У тебя с пулемётом не так хорошо, чтобы радоваться, есть над чем задуматься.

Выговорив простоватому Попову за разговоры в строю, неожиданно для себя остановился возле дьявольского исчадия. На миг зажмурившись, он отвернулся и незаметно поплевал через плечо. — Тьфу, тьфу, тьфу.