"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гинзбург Мария - Страница 998

– Молодчага! – от души похвалила я, нахлестывая обезумевших коней. – Держи крепче!..

– Есть!.. – козырнул хвостом серый приятель и залег на дно кармана.

Я вцепилась в поводья. Эге-гей, залетные!.. Надо рвать когти, пока кто-нибудь из бывшей охраны не добрался до площади. У Кирия такая кавалерия – враз догонят…

Молоденький стражник у ворот, грустно ковыряющий кончиком копья землю, отпрыгнул в сторону, чтобы не быть сию минуту раздавленным в лепешку. Глаза у него стали по полтиннику.

– Что… – начал было он, но мне было не до сантиментов…

– Открывай ворота! – рявкнула моя светлость, угрожающе зыркнув на него. – И ни слова мне тут!.. Зарежу!!

Он усиленно закивал… и правильно сделал! Со мной в таком состоянии спорить опасно…

Вырвавшись на широкую укатанную дорогу за крепостной стеной, лошадки понеслись словно птицы. Валим, валим… но надо где-нибудь схорониться. Этот катафалк слишком заметен со стороны, кроме того, он тяжелый, и кони скоро устанут. За нами наверняка уже выслали погоню… Я поворотила лошадей в ближайший перелесок. Повозка съехала с дороги, оставляя за собой широкую колею. Э, нет, так не пойдет! Таким макаром нас даже слепоглухонемой отыщет… У самого леса я натянула поводья и остановила взмыленных животных.

– Мындер, гони ключи!

– Так точно! – Из кармана вылез крыс, всё еще не выпускающий из зубов честно уворованные железяки. Я взяла связку и спрыгнула с козел.

Блин, сердце бьется, как на первом свидании… Негнущимися пальцами я с третьей попытки нашла нужный ключ и повернула его в замке. Изнутри не доносилось ни шороха. Подозрительно!.. Я распахнула дверцу:

– Риган?..

Внутри повозки было темно и тихо. Я поморгала, привыкая к сумраку. Любопытный Мышель, топорща уши, юркнул вперед меня. Черт, ничего не вижу, хоть бы окошко вырезали, мародеры… До меня донеслось тяжелое сопение хвостатого.

– Ну, что?..

– Стаська, – напряженным голосом сказал длиннохвостый, – тебе на это лучше не смотреть.

– Что? – тупо спросила я севшим голосом. Неприятно засосало под ложечкой. – Его тут нет?..

– Есть… если это можно так назвать…

– Мыш! – Я решительно полезла внутрь. – Прекращай! И так всю трясет…

Я зашарила руками по гнилой соломе, покрывающей деревянный пол. Ну и условия!.. У нас даже Чикатило лучше содержали, не к ночи будет сказано!.. Ну, погодите, Ваше Величество, с вами мы еще поговорим… Мои руки нащупали чье-то неподвижное тело.

– Мамочки…

– Тихо, Стаська, теплый – значит, живой! – нарочито бодрым тоном проговорил хвостатый. – Надо его на воздух. Воняет тут пакостно…

Кое-как определив, где у лежащего ноги, а где – голова, я, пятясь, потащила его к выходу. Рывок – и мы оба свалились на траву. Проморгавшись, я склонилась над спасенным, и в ту же минуту мне стало дурно…

– Уроды!.. – простонала я, с ужасом глядя на рыцаря. Нет, это, без всякого сомнения, был Риган. Но что с ним сделали! Ведь места живого нет!.. Вместо лица – сплошной синяк, на боку – кровоточащая рана, правая нога как-то странно вывернута… Ой, повезло Их Величествам, что площадь далеко! Иначе меня бы непременно посадили лет эдак на десять за массовое преднамеренное убийство с политической подоплекой…

– Стась… – тихо сказал крыс, стараясь не смотреть на лежащего перед ним осужденного. – Стась, ну всё, хватит… слышишь?.. Я сердце прослушал, живой он!..

– У-у-у, козлы!.. Какие козлы…

– Стась, ну прекращай, – потряс он меня за палец. – Ну?..

Хвостатый оглянулся на Гринмор. Смысл жеста понятен: времени у нас нет… Я подняла голову и вытерла рукавом слезы. Всё. Поплачу потом. Сейчас надо уходить, иначе нас отловят, а его повесят… господи, да тут и вешать-то нечего! Даже Ил, в самом невменяемом состоянии, до такого не опустится… Узнаю, кто – пусть пишет завещание! Всё!.. Я так решила. А раз решила, следовательно, успокоилась и теперь быстренько соображаю, что нам делать. На себе я его не унесу. Это однозначно. Колымагу надо бросить здесь… Но лошади-то еще ходить могут?..

…Единственное, что можно сказать точно, мы заблудились! Что, в общем-то, неудивительно, при моем полном географическом кретинизме… Въехать-то в лес мы въехали, а вот выбраться из него… После того как мы в третий раз оказались на уже знакомой поляне, я сдалась.

– Заколдованный лес какой-то! – Я спрыгнула со своей лошади и подошла ко второй, на спине которой лежал мой рыцарь. В сознание он так и не пришел. Черт возьми, всё седло в кровище, он так долго не протянет!..

– Это не лес заколдованный, – съязвил Мышель, – это ты, мать, всё время налево сворачиваешь! Надо было ходить на школьные занятия по спортивному ориентированию на местности…

– Иди на фиг! – фыркнула я. – Еще чего не хватало!.. По Соловьевскому садику с компасом бегать…

– Зато не плутали бы, как ежи в трех соснах!

– Вместо того чтобы выступать, лучше бы слез и с сородичами пообщался. Может, чего хорошего подскажут…

– Крысы – городские жители! Они в лесах не водятся!

– А кто тут на полевок западал?..

– Полевки – в поле! В по-ле! А тут чаща, если ты еще не заметила!..

– Но кто-то же должен здесь жить!! – Я принялась мерить поляну шагами. – Это же не пустыня, в конце концов!

– Ну, если только маленькие зеленые гномики…

– Маленькие зеленые гномики появляются после пятого стакана!.. Не беси меня, Мындер. И так всё плохо…

Мы замолчали. Всё плохо – это еще мягко сказано! Сидим тут, как дураки, есть хочется, спать хочется… курить хочется, наконец!.. Блин. Почему эта страна всегда встречает меня сплошными неприятностями?!

– Стаська.

– Отвали, я думаю…

– Бросай бесполезное занятие! Ты ничего не слышишь?..

– А что? – рассеянно я посмотрела на крыса.

– Тсс! – сказал он. – А теперь?!

И вправду – откуда-то из глубины леса доносился глухой равномерный стук.

– «В лесу раздавался топор дровосека…» – процитировал расплывшийся в довольной ухмылке Мышель.

– Мужик топором отгонял гомосека… – на автомате закончила я.

– Фи, мадам, что за пошлятина?!

– Это не я!.. Это у нас в универе на парте написано! Правда!..

– Альма матер… – сморщил нос серый приятель. – Чему б хорошему вас там учили… Давай-ка прыгай на лошадь, и двинули! Может, хоть покормят…

– Ты читаешь мои мысли. – Я взобралась на спину коня и взяла под уздцы вторую лошадь. – Только чтобы ни звука, Мыш! Вечно лезешь поперек батьки в пекло.

– Усек. – Когда он голодный, он такой покладистый…

Благодаря тонкому слуху и пустому желудку крыса, мы достигли источника звука в течение часа. На опушке леса, ловко орудуя топором, здоровенный широкоплечий мужчина в зеленой одежде лесника рубил дерево. Силища немереная, только щепки летят!.. Морда, наверное, вообще зверская, он и со спины уважение внушает…

– И-эх!.. – Острие топора плотно вошло в толстый ствол дуба. Я в нерешительности посмотрела на могучие плечи лесничего. Как бы к нему обратиться повежливее?..

– И-эх!.. – Еще один взмах. Что-то в этом движении показалось мне смутно знакомым.

– Э… простите! – наконец решилась я. – Вы не подскажете…

Мужчина вздрогнул и обернулся, вытирая со лба пот. У меня глаза на лоб полезли:

– Таврус?!

Бородач уронил топор, глядя на меня как на привидение. Моя светлость, счастливо взвизгнув, скатилась с лошади и камнем повисла у него на шее:

– Таврус!.. Дорогой ты мой! Господи, не было бы счастья, да несчастье помогло…

– Стася?.. – недоверчиво выдохнул варвар, часто моргая. – Ты?!

– Я, я!.. И Мыш со мной…

– Здорово! – приветствовал кочевника мой питомец. – Вот уж не ожидал!..

– Не могу поверить, – сказал полковник. – Ты так странно исчезла! Мы уж решили, что никогда больше тебя не увидим…

– Размечтались! – хмыкнула я. – Нет уж!.. Но ты – ты-то!.. Сменил профессию?..

– Можно и так сказать. – Таврус наконец улыбнулся. – Что это на тебе за лохмотья? Ты платья носишь?!