"Фантастика 2023-181". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Гинзбург Мария - Страница 137

Возможно, божественный замысел был именно таким, но чтобы исполнить его, избранникам полагалось прийти к согласию. Согласия же не достигнешь за день, за месяц или год; согласие - дитя тысячелетий.

Ибо в самой Эйпонне, через пятнадцать веков после божественного посещения, люди оставались разделенными, и было то деление двояким: во-первых, по языкам и племенам, и, во-вторых, по человеческому предназначению, столь разнообразному, что вряд ли воин из Мглистых Лесов смог бы понять человека, плетущего ковры в Одиссаре. Поистине, велика Эйпонна, и много в ней стран, великих и малых, и много наречий, и много дел, коими пристало заниматься людям!

Что же касается великих держав, то их имелось шесть, и первой из них, Арсоланой, правил Сын Солнца сагамор Че Чантар, богатый мудростью и годами. Подданные его были привержены религии, искусны во многих ремеслах, трудолюбивы и не воинственны; отличались они красотой, стройным и гибким телом, черными волосами и черными глазами, а кожу имели золотистого цвета. Страна их лежит большей частью в горах и в долинах между горными хребтами и океанским побережьем; она обильна золотом, серебром и другими металлами, но добывать их из-под каменного щита гор нелегко. Но арсоланцы - искусные мастера; умеют они пробивать тоннели, воздвигать пышные дворцы и города на неприступных скалах, перебрасывать через пропасти мосты, вырубать лестницы от подножий гор до самых вершин. И потому Очаг Арсоланы считается самым богатым, роскошным и изысканным среди всех шести Великих Очагов; богатства же и тайные знания вызывают зависть.

И главным завистником являлся Коатль, Страна Дымящихся Гор, ибо владыку его, Ах-Ширата, снедало честолюбие. Он был еще молод и не достиг столетнего рубежа, почитавшегося среди светлорожденных возрастом зрелости, и у него имелось время, чтоб добиться многого. Народ Ах-Ширата считался воинственным и надменным, изобретательным и предприимчивым; вечно спорили атлийцы с Одиссаром в делах воинской доблести, а с Арсоланой - в тайных искусствах и ремеслах. На вид атлийцы казались людьми угрюмыми, со смуглой кожей, прямыми черными волосами и носом, загнутым крючком словно клюв коршуна; ростом они уступали одиссарцам, но выглядели жилистыми, крепкими и неутомимыми. Страна их была богата поделочным камнем, нефритом и яшмой, медью и драгоценными металлами, хоть золота и серебра было в ней поменьше, чем в арсоланских горах, и меньше было великолепных городов и дорог, рассекающих скалы. Зато атлийцы первыми изобрели взрывчатую смесь и научились делать громовые метатели да наполненные теплым воздухом сферы, которые поднимались к небесам. А из корзин, прицепленных к ним, были видны корабли, везущие сокровища заморских земель в Кейтаб, в Арсолану и в Одиссар - не в Коатль. И такое положение дел Ах-Ширату не нравилось.

Одиссар являлся самым сильным из его соперников, ибо, после смерти сагамора Джеданны, Ахау Юга, правил в нем чак Джиллор - молодой, но уже прославивший имя свое копьем и мечом. Был Джиллор молод для светлорожденного владыки, но, не достигнув еще семидесяти, правил обширнейшией страной, что лежала по обе стороны Бескрайних Вод, и жемчужиной его земель была Серанна, Цветущий Полуостров. В заморских владениях воля Джиллора вершилась братом его, державшим в руках границы Ближней Риканны, а сам Джиллор раздвигал одиссарские рубежи на север и запад, в леса Тайонела и тасситские степи. Его народ, потомки Пяти Племен, занимался земледелием и скотоводством, охотой и морскими промыслами, ремеслами и торговлей, и считался хоть и мирным племенем, но не лишенным воинских доблестей. Были одиссарцы длинноногими и широкоплечими, в большинстве высокого роста, с довольно светлой кожей, с узкими лицами и чуть приплюснутыми носами; цвет волос имели темный, но не черный, глаза - карие, взгляд - спокойный и лукавый, ибо стоял за ними Одисс, покровитель всяческих хитростей. Что же до одиссарских земель, то почиталась та страна самой прекрасной во всей Эйпонне, теплой, но не знойной, обильной лесами и лугами, озерами, реками и почвами, где росли маис и хлопок, просо и бобы. Правда, металлов и руд в державе Одисса было немного, но умели одиссарцы обращаться с соками и снадобьями, размягчавшими твердое и упрочнявшими мягкое и делавшими ткань подобной коже, а кожу - подобной бронзе. А еще обучились они приготовлять взрывчатый порошок и лить стволы метателей - как атлийцы; обучились строить суда из прочного дерева - не хуже кейтабских кораблей; обучились ездить на привезенных из Бритайи лошадях - лучше, чем всадники-тасситы; обучились выплавлять сталь и ковать клинки - столь же прочные, как в Тайонеле. И потому Дом Одисса казался многим добычей завидной, но опасной, как белый сокол, готовый защитить свое драгоценное оперение крепким клювом и острыми когтями.

На полночь от одиссарского удела простирались тайонельские земли, Страна Лесов и Вод, принадлежавшая сагамору Хараду, Ахау Севера. Несмотря на годы свои, измерявшиеся веком с четвертью, был Харад еще бодр и силен, и мог решать дела войной и миром, серебром и сталью; умел вилять хвостом, как домашний пес, и оскалиться подобно волку. Его тайонельцы считались прекрасными охотниками и воинами, закаленными в стычках с варварами Севера, из Края Тотемов и Лесных Владений; были они рослыми и мускулистыми, с кожей цвета светлой бронзы и правильными чертами крепких широкоскулых лиц. Тайонел был богат строевой древесиной и всем, что можно получить от леса - орехами и плодами, сладким кленовым соком, смолой, целебным медом, шкурами и мясом зверей. Но в тайонельских краях имелись еще обширные залежи железа, добывалось оно тут издревле, со времен Пришествия, и потому были среди тайонельцев искусные кузнецы-оружейники, ковавшие доспехи, клинки и наконечники стрел и копий. А там, где много оружия, там и воинов много - таких бойцов, что не всякий рискнул бы встретиться с ними на тропах войны.

Тасситов, к примеру, подобная встреча не испугала бы, но им с тайонельцами делить было нечего, поскольку жили они не в лесах, а в бескрайней степи, где паслись стада косматых быков. Правил же Степной Страной сагамор Ко'ко'ната, и так как Очаг его носил имя Мейтассы, бога Судьбы и Провидца Грядущего, казалось Ко'ко'нате, что такой великий покровитель приведет его к вершинам славы и могущества. Но Мейтасса был справедлив и никому не отдавал предпочтения, так что Ко'ко'нате не удалось потеснить Джиллора с берегов Отца Вод и передвинуть границы страны своей к Ринкасу, к торговым морским путям и богатым городам. На склоне лет обратил Ко'ко'ната взоры к западу, взяв земли Шочи-ту-ах-чилат, лежавшие на западном побережье, но не было в том деянии не доблести, ни славы; кто станет славить коршуна, подбившего беззащитную куропатку? На том время Ко'ко'наты истекло, так как жизнь тасситского владыки перевалила за полтора столетия, и мог он теперь уйти в Великую Пустоту во всякое мгновенье. Правда, Че Чантар, Сын Солнца, прожил больше двух веков и не собирался умирать, но о нем - разговор особый; путь Чантара - путь избранника, а Ко'ко'ната, хоть и мнил себя великим владыкой, избранником не был.

Но хоть время его истекло, не истекло время тасситов. Их нельзя было счесть единым народом, так как разделялись они на множество племен, в равной степени воинственных и беспокойных, привыкших кочевать в степи и почитавших лишь закон силы. Они являлись прирожденными воинами и не имели склонности к ремеслам и земледелию, хоть жили в плодородных равнинных краях; не желали они строить города и вспахивать землю, как люди прочих Великих Очагов. Во многом были они подобны дикарским племенам и, если не считать их числа да свирепой жадности, лишь в одном сказывалось превосходство тасситов: сумели они приспособить косматых быков под седло и мчались на них в битву словно орда степных демонов. В остальном были они такими же, как многие из обитателей Эйпонны - темноволосыми и темноглазыми, с плосковатыми лицами, кожей цвета меди, невысокими, но широкими в кости и столь же выносливыми, как самые крепкие из степных быков.