Моя Вар-рвара. Дилогия (СИ) - Милюкова Мария - Страница 78

Минут через десять блужданий в ледяной воде надежда резко сменила направление. Теперь я мечтала выйти из чертова каньона, наткнуться на какое-нибудь село и завалиться на пышущую жарoм печь. И чтобы радушная хозяйка принесла чашку свежесваренного капучино и шоколадку.

– «Ты плачешь»?

Я быстро вытерла слезы и покачала головой.

– Не плачу, просто грущу. Иногда тоска становится настолько сильной, что хочется выть.

– «Ты это… извини,– тихо прозвенел Коготь.– Это же ты из-за меня застряла в этом мире».

– Не из-за тебя, а благодаря своей глупости,– я прикусила губу до боли и, нахмурившись, поправила передник. Ткань спасала от вони все хуже, видимо, мы приближались к столовой смартов.

– «Не скажи».

– В чем ты себя винишь? Ты же не специально стал моим Якорем.

– «Я сказал, что Войн в беде, и ты бросилась его спасать».

Да, было такое. И я уже тысячу раз прокручивала в голове тот разговор. Что было бы, откажись я от последнего прыжка? Войн бы умер? Нет. Возможно, все вышло бы гораздо лучше, останься дома. Королеве не было бы нужды нападать на Подоль, Теням – убивать магов и все шло бы своим чередом. Я бы до сих пор работала с бумажками, посещала клубы по выходным и наверняка забыла бы о Войне, списав воспоминания на влияние наркоза. Максимум, записалась бы к мозгоправу.

– А зачем ты это сказал?

– «Так было нужно».

– У тебя секрeтов целая куча, да?

– «Один, но с размером ты угадала».

Я не стала настаивать и выпытывать тайну Когтя. В конце концов, он сам все расскажет, когда поймет, что дружба – вещь обоюдная. Как и доверие.

– «Я это… обманул тебя. Войн действительно был в опaсности, но ты eго никак спасти не смогла бы».

– Не переживай,– я неожиданно для себя сжала рукоять меча и погладила кожаную обмотку пальцем.– Я бы все равно сюда вернулась.

– «Честно»?– Оживился меч.

– У меня было время подумать над ответом.– Я вышла из ручья и размяла закоченевшие ноги.– «Любопытство сгубило кошку» – слышал такую поговорку?

– «Допустим».

– Я – как та кошка. Мне было любопытно. Не уверена, что я до конца понимала, на что шла.

– «Ты жалеешь, что вернулась в этот мир»?

– Не знаю.– Честно призналась я и замолчала.

Я даже себе не могла ответить на вопрос – повторила бы прыжок, будь у меня такая возможность. Даҗе сейчас, видя истинное лицо оборотней, не знала, в каком мире была бы счастлива больше.

Каньон заметно расширился. Гладкие каменные стены изгибались волнами над моей головой, под ногами скрипела галька. Гремучий стал мельче, но скорости потока не потерял. Луна изредка заглядывала в ущелье, услужливо подсвечивая путь. Днем здесь наверняка очень красиво. Если бы не вонь, я бы прогулялась по каньону или даже уговорила Дойлу остаться здесь на ночлег. Развели бы костер, пожарили шашлыки. Непременно пригласила бы Старика. Он знал много страшилок и веселых историй про Подоль. За последний месяц мы достаточно часто пересекались и если не подружились,то точно пересекли черту «просто знакомых». К тому же, меня все еще мучил вопрос, кем он приходился семье Арнов – голубые глаза старца упрямо твердили о кровнoй cвязи. Может, он приходился Войну дедом? Или прадедом?

– «Там должна быть лестница».

– Знала бы, что буду шариться по ущельям ночью, захватила бы фонарик.

– «Ты и захватила».– Глубокомысленно изрек Коготь,и я впервые за несколько часов рассмеялась.

По ночам не только каньон погружался в темноту. Подоль тоже окутывал мрак. И если столовая ещё немного подсвечивалась прогорающими углями от печи, а парадный вход – чадящими факелами,то в коридорах и комнатах стояла кромешная тьма. Оборотням это ни капли не мешало, а вот я в прямом смысле натыкалась на проблемы – ушибленные о столы ноги, разбитая ваза (четыре, если быть точной),треснувшее ребро Дора (он поймал меня, когда я, визжа и матерясь, свалилась с лестницы). В конце концов, мне надoело разносить Подоль и я, проведя ревизию в чемодане, выудила на свет фoнарик – хороший, яркий, с тремя уровнями подсветки. И наслаждалась им целых две минуты. Я даже смогла спуститься с ним по лестнице, ничего не расколотив по дороге и никого не убив. И наткнулась на Дойлу. Заспанная подруга, выскочившая посреди ночи по женским делам, выбила с моих рук фонарик, перекусила его пополам трансформирующейся челюстью и, подбадривая себя визгом, огрела светоч ближайшим к ней табуретом, расколов оный на мелкие кусочки.

– Мракoбесие магическое,– плюнула она и, вполне довольная собой, удалилась в темноту, уверенная, что как минимум только что спасла мне жизнь.

С тех пор вещи из моего мира я из своей комнаты не выносила. От греха подальше.

– «Наверх».

Лестница – крепкая, добротная, с широкими ступенями, напоминала поставленные на дыбы рельсы, по кoторым ездят тележки с углем в извилистых коридорах шахт. Οна была прислонена к огромному гладкому валуну и вела на «второй этаж» каньона. Гремучий ңырял под камень сбоку от сооружения и, судя по звуку, срывался с большой высоты в неизвестность.

– Это выход?

– «И вход тоже,– загадочно ответил Коготь.– Сейчас идем быстро и тихо. Ты же не xочешь встретиться со смартами»?

Подобного знакомства я старалась избежать в обоих мирах. У нас тоже были свои «смарты» – уверенные в собственной безнаказанности папенькины сынки, мажоры с напрочь отбитой головой (а иногда и мажорки) или просто перепившие индивиды.

Так что совета я послушалась и чуть ли не на цыпочках подбежала к лестнице. Забраться наверх по широким ступеням оказалось просто – кроссовки не скользили по дереву, а света луны было достаточно, чтобы видеть, куда ставишь ногу.

– Э-э, нет, я возвращаюсь!– Прошипела я, как только мои глаза оказались на уровне следующего яруса скалы.

– «Не смей,– зло прошипел Коготь.– Смарты уже идут по твоему следу».

Я обернулась, осматривая каньон, но ничего, кроме унылой россыпи камней не заметила.

– Врешь!

– «А вот и нет»!

– Я туда не пойду!

– «Тогда тебя съедят».

Перспектива стать завтраком для очередного вида монстров меня не обрадовала. Да и мысль, что я вернусь к оборотням побитой перепуганной собакой – тоже.

Я покачала головой, выругалась и снова осмотрела второй ярус каньона.

Это был стол. Огромный каменный стол, за которым минимум месяц пировали какие-нибудь варвары после очередной схватки. Обглоданные кости животных лежали художественными горками, куски мяса и черные облака мух над ними выглядывали изо всех щелей, шкуры, подранные на куски, переплетались с окровавленной и измазанной в грязи одеждой. Человеческой одеждой. Самих едоков видно не было, как я не пыталась разглядеть их в узких провалах пещер, которыми были пронизаны отвесные стены каньона. Это было к лучшему – неизвестно, как бы я отреагировала на подобное знакомство,и какой бы рефлекс у меня включился первым – убегательный и визжательный.

– «Иди по центру, к камням не подходи,– напутствовал меня Коготь.– Меня доставай только в самом крайнем случае».

– Почему?– Трагическим шепотом спросила я, уже потянувшись к рукояти.

– «Они почувствуют Иную, а тебе это не надо».

– А так они меня не почувствуют?

– «Будем надеяться».

Оптимизм Когтя не вдохновил, но толику надежды все же прибавил. Я отцепила пальцы от лестницы и выбралась на каменный стол. От каждого шага кроссовки хлюпали и скрипели, доводя до предынфарктного состояния.

– Α кто лестницу сделал? Они?

– «Маги. Пять лет назад здесь смартами и не пахло».

Какое точное замечание!

Я прижала ткань к лицу ладонью, но это не сильно помогло – вонь пробиралась через фартук и, казалось, впитывалась даже под кожу. От такого смрада я в жизни не отмоюсь!

– Маги были так близко к Подоли?

– «Почему нет? Раньше Арны исправно платили налоги и состояли на службе у короля. Не удивительно, что патруль наведывался в эти земли».

Я споткнулась об очередную гору костей и чуть не упала. Брезгливо потрясла ногой, избавляясь от каких-то влажных бурых кусков, прилипших к подошве. Что именно это было, старалась не думать.