Моя Вар-рвара. Дилогия (СИ) - Милюкова Мария - Страница 118

Наконец, маг понял, что произошло. Он растерянно посмотрел на свою ладонь, перевел взгляд на меня. На его лице отразилась целая гамма чувств – растерянность,испуг, недоверие.

– Теперь ты – обычный смертный,– ласково объяснила я, опуская руку.– Ты никогда не сможешь вернуться. Я сохранила тебе жизнь, будь благодарен.

– Нет, нет, нет!– Заорал Велирий и даже схватился за край стола, чтобы не рухнуть на пол. Таким жалким я не видела его никогда.

– Ты не понимаешь, девочка. Ты не выживешь там одна. Твари не позволят, они убьют тебя, я нужен тебе!

– Я справлюсь.

– Я расскажу тебе про мать,– с отчаяньем в голосе закричал бывший маг.– Позволь мне вернуться, и я расскажу тебе о ней все, что знаю! Она вынудила меня, она хотела тебя убить, а я тебя спас. Я забросил тебя в этот мир, я хотел тебя уберечь!

– Ну, вот теперь мне совсем не стыдно!

Я покачала головой и нырнула в тусклую червоточину, прижимая к груди ржавый меч…

Да, я бросила отца, оставила его в другом мире.

Не знаю, был ли мой поступок правильным и единственным выходом или можно было сделать все по-другому. Гадать я не хотела, думать – «а что если бы?»– тоже.

Я вернулась домой, чтобы жить. И лгать всем, кто мне дорог…

– Фьють!?– Удивленно спросила какая-то серая невзрачная птичка, косясь на меня одним глазом.

– Это ты-то удивляешься, что я тут делаю?– Нравоучительно огрызнулась я.– Тебе тем более положено спать ночью!

Птица обиженно встрепенулась и сорвалась с ветки, громко хлопая крыльями.

Странный мир. Неправильный. Но такой родной!

Я улыбнулась и уверенно потопала вдоль стены в подготовленную ловушку. Главное, не забывать удивляться и громко охать – не зря же оборотни готовили мне сюрприз, старались, небось, ночами не спали.

Единственное прикрытое ставнями окно нашла быстро. К стене даже была заботливо приставлена чурка, будто случайно забытая после колки дров.

Я воспользовалась импровизированной лесенкой и прильнула к щели между досок, красочно представляя, как засевшие где-нибудь в кустах подруги с хохотом обсуждают мой выпяченный зад.

– Уй, ё!– Пискнула я и тут же прикрыла рот ладошкой.

Комнату заливал серый магический свет. Судя по сдвинутой в угол мебели (комоду, паре стульев и стоявшей на боку кровати) еще утром это была спальня. Тканевый ковėр,изображающий скачущих по траве оленей, сиротливо висел на стене. Он смотрелся крайне странно над собранными живописной горой вязаными половиками, из-под которых грустно выглядывали безжалостно смятые постельное белье и ажурные салфеточки. Ворох подушек и вовсе красовался у самого порога.

Кто бы ни устроил этот бардак, он преследовал одну цель – освободить комнату так, чтобы осталось место для посиделок. На месте Дойлы я бы ни за что не позволила проводить мальчишник у себя в доме. Это же никаких нервов не хватит – расставляешь мебель, подбираешь обои, вьешь гнездышко, а потом – бац!– и всю эту красоту кто-то нахальный сваливает в углу! Мрак!

И – да,их действительно было пятеро. Включая жениха.

Старик, облаченный в белый длинный плащ и с неизменной палкой в руке, стоял ко мне спиной. Он что-то бормотал, постукивая посохом об пол,и даже немного раскачивался, будто пританцовывал. Торог, Марус и еще один оборотень, в котором я безошибочно распознала альфу Туманной стаи, сидели на полу у ног Война. Сам Войн стоял в центре спальни, склонив голову, и как-то отстраненно рассматривал пол. Белые пряди волос падали на его лоб и плечи, выгодно подчеркивая изумительный загар на рельефном торсе.

Не знаю, что поразило меня больше – разгром в доме или то, что четверо обнаженных по пояс оборотней были разрисованы, как индейцы перед охотой. Черные полoсы с многочисленными завитками и точками покрывали груди и спины мужчин, на висках горели смазанные линии кроваво-красного цвета.

– Прими дар Праотцов, склони голову, умерь пыл, охлади разум,– нараспев приговаривал Старик, отбивая ритм посохом.– Дабы огонь был в сердце твоем, а не в чреслах твоих!

Чё это? Почему не в чреслах? Я против!

Войн вздохнул и ещё ниже наклонил голову – то ли откровенно засыпал,то ли прятал улыбку.

– Прими ее, как воздух!– Дружно повторили альфы, поднимаясь на ноги.– Как воду, что дает жизнь.

Какой бред!

Я не удержалась и осмотрелась в поисках подруг – никого. Даже любопытная страдающая бессонницей птица улетела.

Γробовая тишина стояла не только во дворе. Казалось, замерла вся Подоль.

Ёра, что-то мне это не нравится!

Мысленно обложив подруг всеми нецензурными словами, что смогла вспомнить, я снова прильнула к щели.

– Прими дар, носи, как кожу свою, береги, как сердце свое…

На вечеринку сие действо походило мало. Больше на какой-то ритуал вуду. Не хватало только костра и черепов, насаженных на колья. И желательно, чтобы Старик сменил посох на бубен и хвост зебры. Ему все равно, чем размахивать, а мне всё веселее будет.

– Обернись,– скомандовал дед.

Я чуть не рухнула с чурки, нo вовремя сообразила, что Старик обращался не кo мне. Войн тоже замешкался, но будто встрепенулся, расправил плечи, выдохнул…

Я уже видела частичную трансформацию – один раз, мельком, ещё у Низкинича. Но тогда бета просто взбесился на доли секунды и тут же взял себя в руки.

Сейчас все прoисходило медленно. И страшно. Кости Война ломались, выпирали, скукоживались. Мышцы перекатывались, череп вытягивался, волосы врастали в кожу, оставляя на поверхности лишь жесткую щетину. В конце концов, Войн не выдержал, скрипнул зубами от боли и тяжело рухнул на колени.

Я замерла от ужаса – не убежать, но и взгляд не oтвести!

– Пoкажись!– Заорал Старик и так бахнул об пол палкой, что чуть не проломил доски.

Войн зарычал. Хруст костей стал оглушительно громким. Запах мокрой псины ударил в нос, выбил слезу.

Я смотрела на корчащегося на полу жениха и плакала, впервые осознав, через что проходили оборони каждый раз, когда меняли ипостась.

Боль…

Я зажмурилась.

А кoгда открыла глаза, комната была пуста. Магический свет рассеивался, погружая дом во тьму. Медленно возвращались звуки – зашелестела листва, закудахтали потревоженные криками куры, где-то вдалеке раздалось пьяное пение и крики:

– Ва-аря. Ты куда пропала!? Давай спое-ом?

Петь сейчас – это последнее, что мне хотелось.

Спасибо, девочки,так меня от свадьбы еще никто никогда не отговаривал!

Я спрыгнула-свалилась с чурки. Ноги тряслись. Пришлось опереться о стену, чтобы не сползти в траву.

– Все видела?– Голос Война прогремел как гром.

Я вздрогнула, отшатнулась. Подняла взгляд.

Он стоял передо мной, как демон из фильма ужасов. Стальные мышцы, широкие плечи и черные линии странных рисунков на коже только усиливали это впечатление.

– Почти,– нервно сглотнула я.– Зачем?

Он понял вопрос. Пожал плечами. Протянул ко мне руку, но будто передумал, не прикоснулся.

– Чтобы ты знала.

– Я и так знала, что ты оборотень! Это глупо!

– Нет. Чтобы ты знала, что будет.

Войн стоял неестественно прямо. Οн словно показывал себя, демонстрировал тело, как товар. Только пальцы были сжаты в кулак, на скулах так и прыгали желваки, да вена на лбу билась как пойманная в сеть птица.

– В каком смысле?– Я нашарила рукой чурку и села, не сводя взгляд с жениха.– Я не понимаю.

– Наш ребенок, Вар-рвара. Ты должна знать, что его ждет.

Мне стало дурно. И плохо. Перед глазами поплыл туман. Наверно. В ночной темноте гарантию дать невозможно.

– Это такой способ разорвать помолвку? Я должна тебя бросить накануне свадьбы?

– Что? Нет!– Войн выругался и присел передо мной на корточки. Он несколько раз порывался дотронуться дo меня, но так и осмелился.– У кровников это проходит безболезненно. Старик растянул… трансформацию специально для тебя, чтобы ты увидела. Ты человек, значит, наш малыш может не получить мою способность к мгновенному обороту. Ты должна быть готова, должна знать, что его ждет. Понимаешь? Ты должна быть уверена, что xочешь!