Паладин развивает территорию (СИ) - "Greever" - Страница 249

Этот закон, является столпом, на котором держится дворянство. Неприкосновенность аристократов, что бы они ни делали и как бы ни издевались над простолюдинами, их нельзя трогать, не говоря уже про нападение без причины.

— Милорд, я увидел свою сестру, когда мы въехали в город — начал бормотать Праам — она потерялась в лесу два года назад, мы думали, что она умерла, но я видел её входящей в дом дворянина.

С его слов девушка была заклеймена, как беглая и являлась работницей, какого-то аристократа. Он попытался с ним поговорить, но его прогнали, а потом солдат попытался силой забрать свою сестру в результате вмешалась стража и арестовала его.

Виктор слушал его и теперь, хотя бы были понятны мотивы, от чего ему даже полегчало, потому что это было не что-то мелочное. Однако проблема всё равно оставалась и проблема серьёзная.

В его голове крутились разные мысли и воспоминания прежнего хозяина тела, из которых ему стало понятно, что и как устроено в этом мире.

Нельзя просто забрать крепостного и даже выкупить его, если хозяин откажется.

Однако у этой формы феодализма была и положительная черта — нельзя разделять семьи, только вот это не касается беглых.

«Чёрт бы побрал всё это, почему у меня всегда всё так сложно?». Ситуация была не простой, а решить её будет ещё сложнее.

Пока лорд обдумывал, что ему делать, позади послышались шаги и обернувшись, он увидел Сильвию, в сопровождении Петра.

— Виктор, что случилось? — настороженно спросила девушка, поравнявшись с ним.

Он не хотел её впутывать во всё это, а учитывая её положение, боялся, что она начнёт переживать.

— Ничего страшного дорогая, просто солдат повёл себя неразумно, я всё улажу — бодро улыбнувшись, сказал лорд.

К сожалению для него, он говорил не с простушкой Линеей, а девушкой куда более умной и по её лицу было видно, что она не верит ни единому слову.

Пока двое говорили, вмешался Манита.

— Может я могу помочь вам? — спросил он.

Это стало неожиданностью, однако лорду стало понятно рвение помочь, ведь ему придётся вернуть такое одолжение, а учитывая их переговоры, вернуть придётся очень скоро.

Виктор подумал немного и не видел никакого другого варианта решения вопроса.

— Если это возможно, я хотел бы решить этот вопрос с пострадавшим дворянином, а также вернуть сестру моего солдата — сказал он и понимая, что всё не будет так просто, продолжил — разумеется, я готов со своей стороны, предложить решение вопроса с дорогами между нашими владениями.

Сделка, которая была у лорда в кармане, рухнула из-за необдуманного поступка солдата, которого он не хотел терять.

Однако и сам поступок был достойным в глазах Виктора. Будь это его близкий человек, он бы не ограничился лишь попыткой нападения на дворянина.

Манита, в свою очередь, услышав предложение Виктора, расплылся в довольной гримасе. Это не ускользнуло от глаз лорда, который понял, что ситуация разрешима, а радость на лице виконта, говорила о том, что в этих переговорах Виктор проиграл.

Бросив последний взгляд на своих солдат, он предложил вернуться во дворец, а солдатам приказал отвести раненного к лекарю и залечить его раны.

Переговоры были отложены, и он в сопровождении Сильвии направился в выделенные покои.

Оказавшись в комнате, Виктор еле сдерживался от гнева, кипевшего в нём. Это было похоже на соломинку, сломавшую хребет верблюду. Сама ситуация его не сильно тяготила, но вкупе со всем, что происходило вокруг него, это стало ударом, которого он никак не ожидал.

Так происходило с ним постоянно. Стоило ему что-то получить, как тут же приходилось от чего-то отказываться, и это раздражало больше, чем, если бы ему вообще ничего не досталось.

Окажись переговоры с Петром менее успешными с самого начала, было бы проще принять необходимость строить дороги самому, но ведь он уже, по сути, выиграл переговоры, оставалось только додавить и получить желаемое, однако у него отобрали его маленькую победу.

Виктор стоял в центре большой светлой спальни, сжимая кулаки и негодуя из-за произошедшего.

В его голове постоянно мелькали мысли и в них, он старался найти причину произошедшего.

Солдаты Балтес могли бы считаться эталоном дисциплины в этом мире, однако им было далеко до солдат с Земли, где был целый институт военного дела, который регулировал всю деятельность военных от и до.

Училища, военные кафедры, военная прокуратура, военная адвокатура, трибунал — это всё, казалось бы, обременяющие структуры, призваны следить за военными. Они могут работать плохо, могут работать некачественно, но они работают. А всё, на что может полагаться Виктор, это личный авторитет.

Также это причина того, что ему приходится полагаться на сдержки своих капитанов, с помощью других рыцарей.

Так не могло продолжаться, необходимо было перестроить армию. Он начал понимать, что, изначально послушавшись Клиоссу в этом отношении, был неправ. Для неё, как человеку, который не знает другого пути, это было логичным решением, но ведь Виктор знает другой путь.

Опыт его мира был взят не с потолка, это тысячи лет войн, переворотов, бунтов и мятежей. Армии стран заимствовали друг у друга лучшие решения, чтобы избежать всего этого.

Отсюда и не сто процентная гарантия, потому что это невозможно, но они максимально близки к этому, в отличие от этого мира, в котором начать бунтовать то же, что сходить за хлебом, было бы кому возглавить.

Виктор простоял в центре комнаты около пяти минут, обдумывая произошедшее и свои дальнейшие действия, пока Сильвия не обняла его со спины.

В этот момент он быстро вернул самообладание и погладил её руки у себя на груди. Нельзя было расстраивать эту девушку, чтобы это не отразилось на ребёнке.

— Пусть подготовят ванну, я хочу помыться — попросил Виктор и направился к кровати, чтобы отдохнуть.

Он так торопился, что прямо с дороги решил прояснить ситуацию с виконтом, хотя такое было не положено по этикету, но ему было всё равно. А после случившегося это стало безразличным ещё больше.

Однако в его голове зрели разные мысли и главной из них перестройка этого мира. Он всё больше понимал, что не может больше жить по правилам, установленным здесь. Оставался только один путь — изменить сам мир.

Его торговая гильдия уже распространилась по королевству, а самого Виктора хорошо знали дворяне, теперь настало время действовать.

Его решением было начать с малого. Как только закончится слушание в совете дворян, он решил внедрить новую моду на одежду в этом мире. Разбить её на категории и классы.

В его мире это сработало и бизнесмены вместе с чиновниками, начали носить строгие костюмы, в то время как простой народ одевался во всё подряд.

Людям казалось это естественным, причём простой народ был абсолютно уверен, что они находятся в большей свободе, чем эти напыщенные люди, но почему-то никто не видел президентов и крупных бизнесменов, одетых как оборванцы.

Шаг вроде бы достаточно прозаичный, но это несёт в себе огромный потенциал. Одежда со временем будет размывать внешние отличия людей между собой.

Рано или поздно, купцы и дворяне, будут одеваться практически одинаково, за чем последует их переплетение, и купцы сами начнут склонять дворян на свою сторону, предлагая им разного рода блага. Далее всё будет рушиться, как карточный домик.

Устои дворян рухнут под давлением денег и всё это, из-за простой одежды.

Клуб, который строит Виктор, должен будет ускорить данный процесс, чтобы богатые купцы, смогли выйти на аристократов гораздо быстрее.

Таким образом, простое действие, без кровопролития и переворота, положит начало, концу дворянской системы.

Виктор лежал в кровати и, глядя в потолок, продумывал сотни разных вариантов решения проблем этого мира и сам не заметил, как начал бормотать.