Добыча Альфы. Укротить темную ведьму (СИ) - Чарова Ирина - Страница 7

- Ты поганый, беспринципный, подлый ублюдок! - выкрикнула мне в лицо, а я довольно оскалился в ответ на эти оскорбления.

Кроха уже явно приготовилась умирать, совершенно не учитывая тот факт, что у меня на неё совсем другие планы.

Пока что.

Она кричала что-то еще, но я уже не слушал.

Вместо этого наклонился к её шее и медленно провел горячим языком по нежной коже, сопровождая свое действие предупреждающим рычанием.

Девчонка тут же испуганно затихла, не смея даже шелохнуться.

Да-а...

Этот звук успокаивал лучше любой колыбельной.

- Не бойся, кроха, если будешь послушной - шепчу у самого уха - в этот раз я тебя не убью.

А все потому, что такая чертовка достойна долгой игры.

Она достойна слежки, достойна погони и дрожи страха по телу…

А я достоин сладкого вкуса настоящей добычи.

Снова зарылся носом в черные, как смоль, волосы и снова с наслаждением втянул в легкие их умопомрачительный запах.

- Ублюдок, если ты хотя бы попытаешься... - хлипко, неуверенно прошипела ведьма, но снова даже не шелохнулась, когда острым когтем я распорол ткань её футболки, намеренно царапая нежную кожу.

- Попытаюсь, кроха...

Не отрывая от неё взгляда, в котором сейчас горел откровенный вызов, я накрыл подушечкой большого пальца набухшую розовую вершинку, мягко пригладил её и неожиданно ущипнул, вырывая из груди ведьмы удивленный, громкий выдох.

Продолжая пальцем грубо терзать напрягшееся навершие , склонился к другому и начал нежно вылизывать его влажным языком.

Не сдержавшись , на мгновение легонько прикусил вершинку зубами, следом тут же зализывая укус.

Зверь был не сдержан.

Он кусал, я - извинялся.

А когда солоновато-терпкий запах защекотал ноздри, я понял, что ведьму вполне устраивали мы оба.

Девочка все-таки возбудилась.

- Теперь я уже перестал быть поганым ублюдком, да, кроха?

Прикрыв глаза, она сладко застонала, принимая свое поражение.

- Понизила до примитивного кобеля…

И убить бы её прямо после этих слов, а нет…

Все еще не мог.

Вместо этого я поцеловал эту маленькую, языкастую стерву.

Да – грубо, да, до боли впиваясь удлинившимися когтями в её тело, царапая…

Да – кусая.

Но поцеловал.

И очень скоро, послав к чертям свою гордость, ведьма окончательно сдалась, отвечая на мои бешеные поцелуи.

Только вот, отвечала так, будто её озорной язычок - ядовитая змея, которая жалила меня раз за разом, впрыскивая в рот свой отравляющий яд.

- Будь ты проклят, пес - иступлено прошептала, когда я перестал терзать её губы.

В глазах теперь никакого испуга, лишь черный азарт и желание.

То, самое острое, где-то на грани того, чтобы сначала всё-таки успеть со мной переспать, и только после – попытаться убить.

- Уже проклят… - прохрипел, раздирая когтями её джинсы.

Я был пьян этими злыми, черными глазами, этими губами-отравой, острыми зубками..

И все, чего хотел в дурмане терпкого хмеля - заставить её принять меня так, как и должна принимать волка женщина, разбудившая зверя, - покорно выгибаясь на встречу, двигаясь бедрами в такт, в безумии сминая простыни….

Разодрав джинсы в клочья и порвав шелковую ткань трусиков когтями, я был уже готов впиться во влажную плоть губами, чтобы попробовать её на вкус, как вдруг учуял совершенно ненужный аромат.

Сначала я почувствовал совсем рядом знакомый запах старшей сестренки, а после, спустя несколько секунд, - внизу едва слышно отворилась входная дверь.

Глаза малышки-ведьмы тут же загорелись особым, дьявольским огоньком.

Теперь уже она сама притянула меня к себе за ворот рубашки и впилась в мои губы.

И поцеловала , гадина, так, что я одурел.

Жадно, ненасытно, настойчиво.

Тоже услышала, что приехала сестричка и решила удержать меня здесь до её прихода.

Подставить меня захотела, маленькая стерва.

А, между тем, её сестра уже кралась по деревянным ступеням лестницы.

Придется менять тактику...

Что-то смутно подсказывало, что кроха расстроится, если я убью сестрицу прямо на её глазах.

О приятной игре с добычей точно придется забыть.

- Ты ведь не можешь уйти сейчас… - самым развратным образом всхлипнула чертовка, когда я все-таки отстранился.

Не желая с этим мириться, она раздвинула передо мной стройные ноги с разодранными шелковыми трусиками и призывно приподняла бедра вверх, не отрывая ядовитого взгляда от моего лица.

"Точно стерва" - восхищенно прорычал зверь.

И вместо того, чтобы на прощанье свернуть этой малышке шею, я впился клыками в белоснежную кожу, оставляя на ней свой след.

Девчонка вскрикнула от боли и попыталась меня оттолкнуть, но я лишь сильнее вдавил её тело в матрас, крепко удерживая в своих руках.

- Пусти! Мне больно!

Зверь заурчал от удовольствия в ответ на этот жалкий крик.

Да, малышка, это больно…

Это неприятно.

Но после всего, что ты сделала и особенно после того, что хотела сделать, ты будешь это терпеть.

Секунда. Две. Три….

И шаги слышны уже в коридоре.

Я отпустил её шею, пальцами надавил на щеки и теперь уже прикусил влажные, розовые губы , чтобы тут же с наслаждением слизнуть ароматные капельки крови с клыков.

- Не скучай, кроха, я обязательно дам тебе еще одну возможность меня убить...

Глава 5

Айса

- Айса? - Истра так и застыла на пороге комнаты, переводя взгляд с меня на распахнутое окно.

- Без комментариев - процедила сквозь зубы, чувствуя, как ядовито пульсирует внутри злость.

К слову, не только она, и этот факт сейчас раздражал еще больше.

- Только не говори, что вместо того, чтобы убить волка, ты с ним переспала?!

Зеленые, кошачьи глаза сестры просверлили меня откровенно убийственным взглядом.

- Нет.

- Я слышу разочарование в голосе? - Истра подозрительно прищурилась.

Со злости запустила в сестру подушкой и снова навзничь плюхнулась на кровать.

Истра возмущенно фыркнула, ногой отодвинула подушку от порога назад в комнату, а затем развернулась и громко хлопнула дверью.

А я в этот момент почувствовала себя полнейшей дурой.

Мало того, что я чуть не отдалась новоявленному врагу, так он еще и умудрился от меня сбежать.

- Проклятый пес – процедила сквозь зубы, поднимаясь с постели.

Вся моя одежда была безнадежно разодрана, щеки горели, грудь ныла от жадных, и даже грубых прикосновений волка.

Еще и шею жгло.

Натурально ведь укусил, гад клыкастый, так что на коже даже выступили темные горошинки крови.

Поднявшись с постели, я быстро стащила с себя все, что осталось от разодранной одежды, и следом натянула на тело черный, бархатный халат.

Закуталась в него, как вурдулак в свой саван и придирчиво оглядела себя в зеркале.

Черные глаза лихорадочно блестели, на шее горел красный укус, а кожа все еще пылала, будто меня заживо вскипятили в адовом котле.

От болезненного чувства стыда, которое все увереннее разгоралось внутри, я даже себе ´ в глаза долго смотреть не смогла.

При мысли о зелье, которым волк умудрился меня напоить, мне захотелось взвыть от собственной глупости.

Не знаю, сколько капель настойки Гроз приказал добавить в мой напиток, но в инструкции было указано, что при передозировке требуется минимум три дня, чтобы внутренний резерв очистился, и силы полностью восстановились.

Вот тебе и внеплановый отпуск, Айса.

Не находя себе места, я закрыла окно и задернула портьеры, чтобы в комнату не проникал даже жалкий намек на солнечный свет. Следом плеснула немного воды в горшок с захиревшим нарциссом, подобрала подушку с пола, заправила постель, сложила все вещи на полках в шкафу и даже вытерла пыль…

И все это ни капельки не помогло успокоиться!

Внутренности до сих пор то холодило, то обжигало, то скручивало...

Я знала, что все это - вовсе не действие листовой фарги, и даже не её побочный эффект, но все-таки не ожидала, что собственное тело будет так похабно реагировать на постороннего волка.