Я разорву эту помолвку! (СИ) - Джейкобс Хэйли - Страница 9

Принимать от барона деньги было по-прежнему неловко.

Прежняя Флоренс была ужасной транжирой, я была уверена, что во многом заслуга в том, что баронство пришло в упадок лежит в ее неукротимом шопоголизме. Каких только вещей не было в ее гардеробе.

С меня не станется продать пару-тройку ее вещей, все равно мне они не пригодятся, зато не нужно будет тратить денег отца.

До тех пор, пока я не придумаю, как заработать собственных денег, это было лучшим решением.

Пока Лара снимала с вешалок и упаковывала обозначенные платья, бурча что-то под нос, я принялась собираться на прогулку в Лоррин.

С тех пор, как зареклась пользоваться щипцами и пудрой, я не нарушала этой клятвы. Сии орудия пыток так и томятся в дальнем углу комода, где, откровенно говоря, им и место.

Решила приодеться в легкое летнее платье, на улице было жарко. С минимумом кружев и рюшек, оно смотрелось простовато на фоне остального гардероба, но пришлось мне по душе. Волосы уложила в обычную высокую шишку и украсила серебряной заколкой-шпилькой с цветком на конце.

Каштановые шоколадные волосы и теплые карие глаза, золотистая светлая кожа, пухлые персиково-розовые губы, едва заметные, но становящиеся более видимыми с каждым днем веснушки на щеках и переносице. Эта девушка была красавицей. Не сексуальной роковой женщиной и не моделью с обложки.

Она была юной, свежей и невинной. Идеальная старшая сестра и девушка по соседству — объект первой любви всех юношей в округе.

Такая Флоренс импонировала мне гораздо больше напомаженной белилами алогубой мадам неизвестного возраста, без бровей и с копной волос, похожих на губку для посуды.

В карете пришлось трястись почти целый час.

Это был неприятный опыт для человека, всю жизнь пользовавшегося машиной.

У них ведь тут есть магия, почему же нет автобусов или троллейбусов, автомобилей? Если магия работает как топливо, заменяя собой электричество, то типы ее работы должны быть схожи? Вот есть же артефакты связи — аналог телефона, которым пользовался в ту ночь Джеймс.

Непонятно.

Лошадки неслись резво, карета тряслась, а меня укачивало. Лара же, даже успела вздремнуть, видать, такие поездки для нее были привычны.

Свернутые платья в узелке из старой простыни лежали рядом. Интересно, сколько можно за них выручить?

В местной валюте я пока разбиралась плоховато. Не пришлось случая применить вычитанные в библиотеке знания на практике.

В империи Элевис в ходу были монеты и банкноты различного номинала. Официальной валютой был левИс.

Зарплатой Лары были три левиса в неделю. Значит, двенадцать левисов в месяц и сто сорок четыре в год. Плюс возможные премии и надбавки. Выходило где-то около ста пятидесяти.

На сто левисов семья из четырех человек могла жить целый год, позволяя себе три раза в неделю сытный мясной обед.

Это все я узнала из рассказов Лары.

А Флоренс потратила пятьсот левисов на то, чтобы купить эти белила.

«…продавать титул. Но с такими долгами он и продать его не сможет…»

Снова душу терзали слова Джеймса.

Они были моим мучением и одновременно стимулом двигаться вперед. Не знаю, стоит ли мне ненавидеть этого мага или быть ему благодарной. Очень хотелось доказать ему, что я чего-то стою, что я не просто пустышка и нежеланная невеста, которую можно оставить дома и забыть о ее существовании…

Разум говорил, что эти обидные фразу были направлены в адрес той Флоренс, настоящей, а в не в мой. Но это не делало их менее резкими и острыми. Словно шипы они прочно вонзались в мои мысли и не желали отпускать.

Все же я была не настолько отстраненной и свою новую личность приняла быстро. Иначе мне не было бы так отвратно на душе при воспоминаниях разговора, который не предназначался для моих ушей.

— Леди, куда желаете отправиться в первую очередь? — спросила Лара, когда мы вышли из кареты.

Я тем временем разминала затекшие ноги под неодобрительным взглядом престарелой аристократки, проезжающей мимо в открытом экипаже.

Вот еще один мой промах!

Наверное, стоит уделить время этикету. А то еще улыбнусь широко ненароком какому-нибудь дворянину, а он решит, что я вызываю его на дуэль.

Кто знает, какие порядки царят на Элионе, этом незнакомом мне, но родном всем остальным, мире?

Лавка портного, куда по моей просьбе привела меня Лара, была расположена на оживленной улице. Лоррин сам по себе казался вполне живым городком.

Туда-сюда сновали люди, купцы расположили свои лавки с различным товаром прямо на улице и отчаянно старались перекричать друг друга, завлекая потенциальных покупателей из толпы.

Лавируя среди прохожих, бегали дети, с уставшими улыбками на лицах за ними следили матери, загруженные покупками — тяжелой, но приятной ношей, означающей, что скоро у семьи будет сытный ужин.

Колокольчик на двери короткой трелью оповестил хозяина лавки о прибытии клиентов. Я показала Ларе, чтобы она опустила узелок с платьями на прилавок.

— Добро пожаловать в лавку Хьюго! Леди, чем могу быть вам полезен?

Этот портной был немолод, седина в темных волосах делала его образ солиднее и придавала статуса. На первый взгляд он был опытным дельцом и человеком, знающим свое ремесло.

Заметив узелок, он не брезгуя его развязал.

На свет показались платья. Одно белоснежное, расшитое жемчугом и другое светло-голубое, с бриллиантами по лифу. Именно эти два представились моему неопытному взгляду наиболее ценными в коллекции Флоренс.

— Сколько на ваш взгляд могли бы стоить эти платья?

Портной если и нашел мое поведение странным, виду не понял. Вот что значит профессионал. Лара при этом, сбоку от меня, как-то неловко сжалась.

Мужчина внимательно рассмотрел каждое из изделий и заключил:

— Оба этих платья достойны восхищения! Качественный пошив и дорогостоящий материал! Работа настоящего мастера! А камни и жемчуг — подлинные богатства, дарованные человеку самой природой. Уникальный дизайн как нельзя кстати подходит красоте миледи! Уверен, подобные наряды повергнут всех остальных девушек в зависть и помогут завоевать сердце дорого сердцу леди господина!

Эта бравада была не совсем тем, что я ожидала.

— Эм, спасибо, но сколько могли бы стоить эти «работы мастера»?

Портной стер льстивую улыбку с лица и прищурился. Его взгляд прошелся по мне с головы до ног. Оценивающе. Пристально. Презрительно.

— Каждое это платье изначально стоило не менее тысячи левисов.

Сказал, как отрезал.

Подавила надвигающееся чувство стыда и заставила себя продолжить, хотя интуиция подсказывала, что что-то здесь неладно.

— А сколько бы вы могли бы дать за них сейчас?

— Юная леди! — взревел портной, покрываясь багрянцем.

Да что, черт побери, происходит?

Я ведь не сделала ничего такого. Всего лишь хотела продать по дешевке два платья. Да по ним не скажешь, что они ношеные! Я сомневаюсь, что Флоренс вообще одевала их куда-либо.

— У меня здесь приличная лавка, а не черный рынок! Забирайте свои вещи и убирайтесь! Статус благородной сейчас отделяет вас от тюрьмы, позволить такой намек в лавке достопочтенного Хьюго! Да чтоб вы знали, я известен на весь Лоррин! Вон! Вон из моей лавки!

Лара быстро схватила платья в руки и вытолкала ничего не понимающую меня наружу. Прочь из лавки достопочтенного Хьюго.

— Вы бы хоть сказали, зачем вам понадобились платья, я бы смогла вас отговорить от этой затеи.

— Да что не так? Что такого я сказала? Всего лишь хотела продать свои платья. Это же моя собственность, разве не могу я их продать.

— Леди Флоренс!

— Лара!

Лара всплеснула руками.

— Леди, это преступление.

— Я прочла весь ваш имперский уголовный кодекс, продажа одежды не является уголовно наказуемой!

— Это не одно и то же! То, что собирались сделать вы… так ведь никто не делает! — дула щеки покрасневшая Лара. Служанка отчаянно пыталась доказать мне то, что я не могла понять и принять.