Семья на первом месте (СИ) - "Истории Агаты" - Страница 109

— Мне так жаль, — он прижал её к своей груди, поглаживая по спине. Алина ухватилась за его мантию, рыдая навзрыд.

Малышка.

Красавица сестра.

Ничто и никогда не разлучит нас.

Я люблю вас обоих.

— Нет, нет, нет! — шептала девушка, оседая на пол вместе с брюнетом, который всё ещё старался её успокоить. — Так не должно быть, не должно. — Она плакала, а он пытался её утешать. Джеймс сам лично вызвался сообщить столь щепетильную новость миссис Пьюси, которая прямо сейчас утопала в слезах. — Пожалуйста, скажи, что ты шутишь! Прошу тебя, Джейс, не поступай так со мной.

Она неистово мотала головой, пока горькие слезы смешались с её соплями и потёкшей тушью. Поттер не понимал, что делать. Он обречённо вздохнул, стирая её слёзы с глаз и вновь привлекая к груди.

— Мне так жаль, Алина. — Она оплакивала своего старшего брата в руках своей первой любви, который даже не догадывался, что когда-то давно его улыбка могла утолить её печаль. — Мне очень жаль, — он пропускал её волосы сквозь свои пальцы, а она неторопливо успокаивалась.

Патрисия с Клотильдой прикрыли рты, девушки слышали каждое слово, стоя на лестнице. Рудольфус Лестрейндж мёртв. Это не укладывалось в голове.

Именно этот мужчина научил Клоти кататься на метле, когда ей было восемь, и мальчики не хотели брать её в свою команду по квиддичу. Рудольфус успокоил девочку с двумя хвостиками и терпеливо сносил все её истерики. К концу дня Клотильда Паркинсон пролетела несколько кругов вдоль поместья Лестрейнджей, а те самые забияки глядели на неё, раскрыв рты.

Для Патрисии темноволосый волшебник стал первым партнёром на Рождественском балу в Малфой-Мэноре. Двенадцатилетняя девчушка была высокой, худой и неказистой, но благодаря Рудольфусу маленькая ведьма впервые почувствовала себя принцессой. Он кружил её по всему бальному залу под громкие аплодисменты. Пати едва доставала до его плеч, и всё же это был лучший вечер в её жизни.

Алина ещё долго и безудержно рыдала, пока мракоборец гладил её по тёмным волосам и шептал успокаивающие слова, которых она не слышала. Девушка давно сорвала голос и теперь тихо скулила, цепляясь за мантию парня.

— Как он умер? — её сдавленный голос эхом пронёсся по гостиной, достигая слуха темноволосого юноши.

— Он убил себя, — девушку вздрогнула, её всё ещё била мелкая дрожь. — Палочка Блэк была в его руках, когда целители нашли его. — Волшебница понурила голову на плече мракоборца, стирая чёрные дорожки слёз. — Алина, — пальцы Поттера, заправили её волосы за уши. — Если ты не хочешь, то я…

— Нет, — покачала головой миссис Пьюси, — я должна это услышать.

— Он убил Блэк-старшую, а после и себя. — Алина втянула грудью воздух.

— Что ж, во всяком случае, он обрёл покой. — Принятие произошло примерно через час после услышанной новости. — Мне нужно похоронить его, — она помотала головой, заламывая пальцы, а Поттер не мог оторваться от её печальных золотых глаз. Почему-то её боль отражалась на нём, как будто он мог разделить её с ней.

— Я, — волшебник запнулся. Хлопок трансгрессии оглушил обоих.

— Бродяга, — глаза Алины опять наполнились слезами и, вскочив с места, она бросилась к нему, уткнувшись в шею. — Мой брат умер, — у Сириуса перехватило дыхание. — Руди больше нет! — Лина прикрыла заплаканное лицо ладошками, но унять новые слёзы не получилось.

— Змеёныш, — он подхватил её на руки, не обращая внимания на застывшего Поттера. — Я рядом, рядом с тобой, — шептал ей в волосы волшебник, не торопливо поднимаясь по лестнице вверх.

Джеймс огляделся вокруг. Он лишний и делать ему здесь нечего.

***

В дождливый четверг волшебники в тёмных одеяниях столпились у фамильного склепа Лестренджей. Этелберт вместе с Сириусом придерживал Алину, когда она опускала белые лилии на надгробие брата, его любимые.

— Je vous aime. Je t’aime si fort, Rudolphus.{?}[Я люблю тебя. Я так сильно люблю тебя, Рудольфус.] — Лина каснулась влажными от слёз губами каменной таблички. — Repose en paix.{?}[Покойся с миром.]

Ухватившись за протянутые руки мужа и друга, волшебница поплелась к выходу, но в последний раз всё же взглянула в сторону мёртвых родителей и брата, чьи хладные трупы навеки будут погребены в каменном склепе.

Рудольфус Себастьян Лестрейндж 11.11.1947 — 19.09.1979Уснул на век.

Ещё долго будет больно, но она справится. У неё есть младший брат, который нуждается в ней, как и её маленький племянник, а также друзья и муж. Эти люди поддерживают её и придают сил, у многих нет и половины.

За огромным обеденным столом расположились все её друзья. Лили и Снейп, Николас и Питер, Патрисия и Регулус, Клотильда с Робертой на руках, Крауч-младший, Каркаров, Долохов, Этелберт, Сириус и даже Римус. Каждый из них был здесь, забыв о разногласиях и войне.

Это был не просто день, в который они прощались с Руди. Это был день в честь всех умерших и живых. Сегодня чистота крови не имела значения, всё было не важно.

***

Январь, 1980

Осень сменилась холодной зимой, многое изменилось с тех пор. После смерти Патрисии Блэк, которая была убита своим бывшим парнем — Эдвардом Селвином, Регулус впервые отнял жизнь в тот день.

Миниатюрная девушка с золотыми волосами безжизненно повалилось на холодную землю. Она умерла с улыбкой на губах, смотря на своего мужа. Регулус выл, словно раненый зверь. Ему было абсолютно всё равно на то, что прямо сейчас он находится в эпицентре битвы с мёртвой женой на руках.

— Открой глаза! — Он целовал её холодные губы, надеясь, что поцелуй вернёт её. — Открой глаза, — золотистые волосы смешались с грязью. Регулус молил Мерлина забрать его душу вместо Пати. — Открой глазки, принцесса. — Девушка была мертва, её сердце не билось, а грудь больше не вздымалась. — Пэти-Бэти, — прошептал волшебник, транссгресируя с женой на площадь Гриммо.

***

— Прости меня, мой мальчик, — всхлипывала Вальбурга Блэк, поглаживая сына по спине. Она и подумать не могла, что Регулус так сильно влюблён в её невестку, которую она на дух не переносила. — Я с тобой. — Материнские руки притянули ревущего юношу к себе. — Я с тобой, Регул, моя ярчайшая звезда.

— Мама, — он громко всхлипывала в её объятиях, пачкая складки тёмных юбок. — Её больше нет, Пэти-Бэти больше нет.

***

Волшебник громко хлопнул дверью, входя в бар Кабанья голова. Он мигом нашёл взглядом Эдварда Селвина, чей грубый смех отдавался протяжным эхом. Сжав палочку в руке, Блэк преодолел расстояние и, схватив волшебника за шиворот мантии, он выволок его из-за стола.

— Какого? — Вся спесь быстро спала с перепуганного лица. — Не убивай меня! — умолял Селвин, лёжа на спине. — Тёмный Лорд дал приказ, ты же знаешь, что случается с теми, кто его ослушается.

— Почему ты решил, что твоя жизнь важнее её?! — с ненавистью выплюнул Регулус, наставив волшебную палочку на лежащего волшебника. — Почему должна была умереть она, а не ты?!

— Тёмный Лорд, — всхлипнул Эдвард, прикрывая лицо и сжавшись. — Он сказал, что ты не должен отвлекаться, — хрипел волшебник, а его собутыльники не удосужились встать с места, чтобы помочь ему. — Никто не должен отвлекаться. Тёмный Лорд…

— Ты больше не послужишь своему Лорду.

— Не надо! — пискляво кричал он. — Не убивай меня! Не убивай! — Но Блэк был непреклонен, твёрдая решимость читалась в его взгляде. — Ради Патрисии, не убивай!

— Авада Кедавра, — прошептал он одними губами, а после покинул бар. И никто ни встал у него на пути.

***

— Уничтожь его, Лина, — попросил Регулус, отдавая медальон Салазара Слизерина в руки подруги. — Мы дадим тебе знать, когда обустроимся. — Она кивнула, обнимая Блэка за плечи. — Скажи моему брату, что я любил его.

Она опять кивнула со слезами на глазах. Это последний раз, когда она видит Клотильду, Регулуса и малышку Роби. С минуты на минуту волшебники трансгрессируют в маггловский аэропорт, а после скроются где-то далеко в Европе.

— Будь сильной, Лина Лестрейндж. — Её боевая Клоти оставила поцелуй на влажной щеке девушки.