Семья на первом месте (СИ) - "Истории Агаты" - Страница 104

В дверях стояли Николас в обнимку с Питером и Римус с улыбкой до ушей. Лина кинулась к ним в объятия, повиснув на шее Лунатика.

— Вы здесь? — Девушка не могла поверить, что её школьные друзья о ней не забыли, за исключением Поттера.

— Конечно они здесь, змеёныш, — подходя к подруге со спины, отозвался Блэк.

— Это всё ты! — Счастью Лины не было предела, ребята были нужны ей, как никогда прежде. — Спасибо тебе, Бродяга. — Она крепко обнимала его за плечи, а он наслаждался исходящим от неё теплом. — Всё благодаря тебе. — Она чуть отстранилась, заглядывая в его сероватые глаза. Как бы он хотел поцеловать её ещё хоть раз.

Николас громко кашлянул, вырывая волшебников из рук друг друга.

— Что это за чудо?! — С интересом воскликнул он и поспешил к Клотильде, заглядывая в колыбель. — Кто это у нас такой хорошенький, — с идиотской интонацией протянул волшебник, на что Клоти закатила глаза.

— Это Селестин, — Алина улыбнулась, наблюдая, как её друзья столпились около малыша, который был только рад всеобщему вниманию. — Сын Басти. — Печальная улыбка вновь промелькнула на лице, и Бродяга приобнял её за плечи, утягивая на диван.

— Лина, — жалостливо протянул Римус.

— Всё в порядке, — отмахнулась девушка, откинувшись на плечо Сириуса, тот был только рад её близости.

Разумеется, участь Рабастана Лестрейнджа была известна всем, кто читал Ежедневный пророк.

— Можно его потискать? — Бургский забавно надул губы, тыча пальцем в сторону мальчика. И, получив одобрительный кивок, с приглушённым визгом потянул к нему свои руки. — Ути-пути! — воскликнул Николас, лаская Селестин на руках.

Питер оставил поцелуй на щеке своего парня, умиляясь его любви к детям. Быть может, им тоже стоит завести своего маленького волшебника?

***

К полуночи ребята разместились по гостевым комнатам под бурчание старого Грэнса. Клоти уснула ещё пару часов назад в своей спальне. Пока все умиротворенно посапывали в своих постелях, Блэк всё никак не мог найти покой.

Почему она его поцеловала?

В который раз проносилось в его мыслях. Губы всё ещё пылали, а тело покрывалось мурашками при одном воспоминании о ведьме с золотыми глазами. Не выдержав, Сириус свесил ноги с кровати, намереваясь ворваться в её комнату и задать все его волнующие вопросы.

Уверенно преодолевая расстояние, волшебник чувствовал нарастающее волнение, его ладони вспотели, и, кажется, он уже не был уверен в своём желании.

Дверь в комнату Алины была приоткрыта, и для Сириуса это было знаком. Услышав приглушённые голоса, волшебник так и замер на месте.

— Ты поцеловала его! — прошипел Пьюси в лицо жены. Он метался по комнате взад-вперёд, а Алина сидела, поджав под себя ноги. Она знала, что поступила подло и мерзко, ведь как-никак Этелберт всё же её муж. — Почему ты поцеловала его?! — взревел Пьюси, падая на колени у постели жены и протягивая к ней руки.

— Не знаю, — рассеянно покачала головой девушка, сжавшись в комочек. — Не знаю, — прошептала она вновь. — Прости меня.

Пьюси залез на её кровать, а Алина зажмурилась, предчувствуя то, что он может с ней сделать. Блондинистая голова волшебника опустилась на её ноги, и брюнетка шокировано распахнула глаза.

— Я убью его, если ты ещё раз позволишь ему коснуться себя. — Его руки поглаживали её острые коленки. — Ты поняла меня, дорогуша? — Лина промычала что-то невнятное. Пьюси остался довольным её реакцией и, прикрыв уставшие глаза, продолжил поглаживать её худенькие ножки.

Блэк осел на пол. Его будто ударили под дых, а все вопросы разом улетучились. Она не знала. Как она может не знать?!

***

Август, 1979

Время промчалось, словно вихрь, Алина, наконец, шла на поправку, и всё благодаря заботе и присутствию её друзей. В то время как Клотильда Нотт вот уже два месяца как была счастливой матерью для своей принцессы. Девушка уже не носила траур по мёртвому мужу, потому что маленькая Роберта с каждым днём приносила в её жизнь всё новые и новые краски.

Сириус чуть ли не поселился в доме Пьюси, являясь опорой для подруги, имя которой он стонет каждую ночь. Блэк частенько зависал в прострации, вспоминая вишневый вкус её губ на своих. Он желал, чтобы она вновь припала к его устам, моля о большем.

Этелберт всё время пропадал на заданиях Тёмного Лорда. Он боялся. Волан-де-Морт уничтожал «предателей» без разбора. Даже его верная и фанатичная приспешница Блэк подверглась пытки Круцио, а всё потому, что Беллатрикс решила проучить Рудольфуса, одного из доверенных лиц повелителя, за что и поплатилась.

Пьюси опасался быть следующим, но больше всего боялся за жену и их ребёнка. Он засыпал с палочкой в руке, а по периметру поместья его доверенные маги следили за территорией. Теперь Этелберт действительно превратился в параноика. Он заставлял эльфов пробывать еду на наличие яда. Это была нелепица! А Сириус не уставал его подначивать.

Патрисия Бёрк совсем недавно стала Патрисией Блэк. Они с Регулусом в тайне от всех поженились. Счастье длилось недолго. Блэк-младший смог найти пещеру на берегу моря и достать медальон Салазара Слизерина, испив из каменной чаши, что была наполнена каким-то зельем. Регулус приказал Кикимеру покинуть его и перед этим забрать треклятый крестраж и тот его послушал.

— Асцендио! — громко прокричала Алина, и Регулуса вытолкнуло из воды. Этелберт вместе с Краучем-младшим тут же подлетели к нему, помогая выплеснуть всю воду из лёгких.

— Как вы нашли меня? — задыхаясь, спросил Блэк-младший, его руки, как и ноги, дрожали от переизбытка адреналина. Алина подлетела к нему, словно фурия, ударяя того в грудь. — За что?! — прошипел пошатнувшийся волшебник.

— Как ты мог?! — закричала она со слезами на глазах. — После всего, через что мы прошли, ты решил так просто отказаться от Пати и всех нас?!

— Сейчас не лучшее время и место для разборок, — Этелберт встал около жены, ухватив её за талию. Инферналы вбирались из воды. — Срочно возьмитесь за руки! — прокричал Пьюси и, достав из кармана мантии порт-ключ, трансгрессировал в поместье. Волшебники кубарем свалились на пол гостиной, и Клотильда громко визгнула, но после облегчённо выдохнула, признавая друзей. — Ты как? — поинтересовался голубоглазый юноша, оказавшись около жены и помогая ей встать на ноги.

— Ты ужасный эгоист, Реджи! — прокричала Алина и, преодолев расстояние, крепко обняла дрожащее тело друга, который вцепился в неё в ответ.

— Прости, прости меня, Лина. — Он уже не сдерживал слёз. Понимая, что его жизнь могла закончиться в той пещере, из которой он бы уже никогда не выбрался. — Прости.

— Что происходит?! — Озадаченная мисси Нотт внимательно оглядела насквозь мокрого Регулуса и плачущую Алину. — Что ты уже натворил, Блэк?! — Волшебница сжала руки в кулаки, готовая наброситься на него в то же мгновение.

— Кикимер! — воскликнул волшебник, и в ту же секунду навзрыд ревущий эльф упал на колени, цепляясь за ноги хозяина. — Всё хорошо, Кики. — Успокаивал его темноволосой, присев на корточки.

— Хозяин Регулус жив! — скрипучи воскликнул домовой эльф, размазывая слезы по морщинистому личику. — Хозяин жив и Кикимер так счастлив!

— Он у тебя? — спросил волшебник, заметив протянутый медальон, Блэк испытал неподдельное облегчение. — Спасибо, Кики, можешь идти и никому ни слова. — Кикимер закивал и исчез.

— Во имя Мерлина! — взревела шатенка, упирая руки в боки. — Кто-нибудь объяснит мне, что происходит?!

— Эта вещь, — он поднял её вверх, на всеобщее обозрение. — Уничтожит часть души Тёмного Лорда. — Волшебники замерли.

— Что ты несешь?! — Не выдержал Крауч. — Зачем нам это делать? Тёмный Лорд… — он не смог договорить, так как Регулус перебил его.

— Он убийца, Барти. — Волшебник помотал головой. — Волан-де-Морт намеревается уничтожить всех, абсолютно всех, в ком нет хоть половины магической крови. — Алина ахнула. — Это геноцид! Он изничтожит всех магов и колдуний, кто осмелится противиться его власти. Истребит оборотней, вампиров, кентавров, великанов, троллей и всех остальных. Он никого не пощадит.