Тихая ложь (ЛП) - Олтедж Нева - Страница 53

Дверь спальни распахивается, заставляя меня подпрыгнуть и обернуться.

— Отойди от окна. — раздается голос Адама с порога.

Слабый желтый отблеск аварийного освещения от небольших встраиваемых светильников, расположенных низко на стенах, едва освещает пространство за ним, падая на пол коридора.

— Адам? Что происходит?

— На нас напали. — Он вводит Тару в мою комнату. Я даже не заметила, как она встала у него за спиной. — Запритесь в ванной. Когда все закончится, кто-нибудь придет за вами.

Снаружи раздается громкий металлический стук. В следующее мгновение рация в руке Адама трещит, а затем комнату заполняет голос Рельи.

— Они прорвались через ворота.

— Нет времени, — кричит Адам и снимает с пояса фонарик, а затем вкладывает его в руку Тары. — В ванную. Сейчас же. Вы оба.

— Тара? Где Драго? — Я задыхаюсь, когда она подталкивает меня к ванной комнате, ведя за собой с маленьким фонариком.

— Он все еще не вернулся со встречи. Пойдем.

Рев двигателей нескольких приближающихся машин проникает сквозь стены. Кроме предыдущего звука, который, как я предполагаю, был вызван тем, что автомобиль протаранил ворота, других звуков нет. Никакой стрельбы. Никто не кричит. В доме тишина. Если особняк атакуют, то разве не будет криков и суеты людей, которые сейчас находятся внутри? Почему же так жутко тихо?

— Я ничего не слышу, — говорю я, когда мы, спотыкаясь, входим в ванную. — Что, черт возьми, происходит, Тара?

— Румыны решили нанести нам визит. — Она тянется за спину и достает пистолет. Зажав конец фонарика в зубах, она вынимает магазин, чтобы проверить его, затем защелкивает обратно. — Один из парней, стоящих на страже у дороги, сообщил, что к комплексу направляются несколько машин. Они только что прорвались через ворота, так что мы ждем, пока они доберутся сюда.

— Они отключили электричество? — спрашиваю я, не сводя глаз с пистолета в ее руке.

— Нет, — бормочет она, глядя на фонарик. — Мы отключили.

— Что? Зачем?

— Стандартный протокол. — Она бросает мне свой телефон. — Можешь посмотреть, если хочешь.

— У вас есть протокол нападения? — Покачав головой, я сажусь на закрытую крышку унитаза и смотрю на экран, где проигрывается темное, нечеткое видео. Это, конечно, запись с камеры наблюдения, но я не могу понять, с какой именно. Через секунду на экране появляется свет фар, который быстро приближается, освещая подъездную дорожку.

— Они не могут ездить в темноте без света. — Тара фыркает. — Теперь они легкая добыча. Мы их видим, а они нас нет.

— Почему никто не попытался их остановить? — Я задыхаюсь, наблюдая, как четыре черных фургона останавливаются на гравии на некотором расстоянии от дома.

— Стрелять по движущимся машинам — та еще скука. — Она отпихивает меня в сторону, занимая половину сиденья унитаза. — Сейчас.

У меня нет времени спросить ее, что она имеет в виду, потому что внезапная вспышка заполняет экран, освещая передний двор, как будто сейчас полдень. Люди в черной одежде, которые всего несколько мгновений назад высыпали из фургонов, теперь шарахаются в разные стороны, ослепленные направленными на них мощными прожекторами Тридцать с лишним боевиков, каждый из которых вооружен автоматом, на мгновение превращаются в бездумную орду убийц.

В ночи раздаются выстрелы.

Около десятка человек оказываются распростертыми на земле, а остальные разбегаются по лужайке, стреляя по дому.

— Драго будет в ярости, — пробормотала Тара, услышав звуки выстрелов снаружи.

— Из-за нападения?

— Потому что его здесь нет. — Она хмыкает. — Я прослежу, чтобы… Черт!

Она прерывает разговор, глядя на телефон, когда еще две машины подъезжают к внешней границе света, заливающего подъездную дорожку.

— Твою мать. Блядь! — воскликнула Тара и взяла пистолет с туалетного столика. — Оставайся здесь. Я спускаюсь вниз.

— Что? — Я хватаю ее за предплечье.

— Здесь всего восемнадцать человек. Релья отправил остальных в качестве подкрепления в Наос, когда Миша позвонил полчаса назад. Видимо, нападение там было отвлекающим маневром. У нас слишком мало сил, даже с учетом того, что мы укреплены внутри.

— Я пойду с тобой, — говорю я.

— Нет.

— Но…

— Ты говорила мне, что никогда не сможешь выстрелить в кого-нибудь, Сиенна. — Она смотрит на меня непоколебимым взглядом. — Ты не сможешь помочь. Оставайся на месте.

С этими словами Тара выбегает, закрывая за собой дверь ванной.

Я вглядываюсь в мрачный интерьер вокруг, единственный источник света — отблеск маленького фонарика. Какофония снаружи все еще бушует, но теперь она кажется более контролируемой, чем раньше. Выстрелы не похожи на пулеметную очередь, они раздаются по отдельности, с промежутками. Точные.

Я хватаюсь за край туалетного столика так сильно, что костяшки пальцев заболели. Эхо от выстрелов может быть таким же, как на стрельбище, но совсем другое дело знать, что многие пули попадают в плоть, а не в картонные мишени. Раня, может быть, даже убивая людей Драго. Его семью. Но они уже не кажутся мне просто семьей моего мужа. Они стали моей семье. Они отбиваются от людей, которые напали на их дом. Мой дом, прямо сейчас. А я прячусь в гребаном туалете.

Я беру со стойки фонарик и бросаюсь в спальню. Балконная дверь приоткрыта, шум снаружи оглушительный. Я еще стою на пороге ванной комнаты, когда шальная пуля ударяет в перила балкона, разбрасывая во все стороны каменные осколки. Мой взгляд падает на тумбочку. Пистолет, который дал мне Драго, спрятан в ящике..

Моя тихая и спокойная сестра убила человека, который похитил и надругался над ней. Ася, которая никогда ни на кого не повышала голос, приставила пистолет ко лбу этого ублюдка и нажала на курок. У меня на такое не хватит духу. Я бы никогда не смогла сделать что_то подобное, независимо от обстоятельств, но спускаться вниз без пистолета — глупо. Я бросаюсь через всю комнату и хватаю "Глок" с прикроватной тумбочки.

* * *

Все хуже, чем я думала. Намного хуже. Я останавливаюсь на полпути вниз по лестнице и окидываю взглядом сцену в коридоре внизу.

Спускаясь по лестнице, я почему-то представляла себе людей Драго, прижавшихся к окнам и лишь время от времени высовывающихся для ответного выстрела. В голове разыгралась целая сцена из боевика. Хорошие парни быстро пускали несколько пуль в сторону врага, а затем отступали в укрытие. В безопасности за толстыми стенами. Невредимые.

Я не могла ошибиться.

Сквозь разбитые окна и широко распахнутую входную дверь льется свет прожекторов, образуя темные пустоты и угрожающие тени. За порогом на полу распростерлось тело мужчины, которого я не узнаю, его пустые глаза смотрят в потолок. Кровь растекается по плитке вокруг него и перетекает на другое тело, лежащее рядом. Дрожащий вздох покидает мои легкие, когда я понимаю, что не знаю ни одного из них. Наверное, это нападавшие.

Адам притаился под окном слева от входа, в его руке пистолет, готовый выстрелить в любой момент. Из раны на плече сочится кровь, заливая разорванную белую футболку. Не обращая на это внимания, он резко выпрямляется, посылая град пуль через разбитое стекло. Как только он падает обратно, снаружи раздается шквал выстрелов. Осколки стекла, деревянные щепки и фрагменты гипсокартона осыпаются вокруг него.

По ту сторону двери двое бойцов Драго ведут ответный огонь. Другой, Релья, рухнул на пол, прижавшись спиной к стене. Он прижимает руку к ране на бедре, кровь просачивается между пальцами. Через открытые двери, ведущие в парадную столовую, я вижу еще несколько человек, занимающих позиции у окон. Одни стреляют, другие перезаряжают оружие. Большинство из них истекают кровью — от пуль или осколков стекла, но они продолжают сражаться.

Я крепче сжимаю пистолет, но не могу заставить себя двигаться. Мои ноги словно приклеились к деревянной лестнице, и я полностью потеряла контроль над нижними конечностями. Моя грудь быстро поднимается и опускается, звук коротких вдохов смешивается с неровным стуком сердца. Этот громоподобный стук кажется громче всех окружающих звуков. По крайней мере, Драго здесь нет. Был бы он где-то там, посреди этой бури, я бы сошла с ума, беспокоясь о нем.