Тихая ложь (ЛП) - Олтедж Нева - Страница 36

— Местонахождение?

— Да. — Он кивает.

— Отлично. — Я снова переключаю внимание на румына. — Когда прибывает груз?

— Во вторник, рано утром.

— Хорошо. Теперь о маршруте грузовика.

— Я не знаю. Клянусь!

— А кто знает?

— Богдан и его логист. Мирча.

— Тот коротышка в очках, который всегда ходит за Богданом?

— Да.

— Спасибо. — Я поднимаюсь, стреляю парню в голову и поворачиваюсь к своему второму командиру. — Богдан все еще в розыске?

— Его уже несколько недель никто не видел. Илья говорит, что его информаторы считают, что Богдан вернулся в Румынию.

Я барабаню пальцами по деревянной поверхности ящика. Мы пытались найти этого сукиного сына, но никто не видел его уже давно. Я знаю румынского лидера уже много лет, и он никогда не покинет страну, если к нему едет груз.

— Его нет в Румынии, — говорю я и киваю в сторону тела. — Бросьте его в холодильник, он мне понадобится на следующей неделе. Пусть Адам проследит за Мирче, но пока не трогайте его. Еще мне нужно, чтобы наши люди проверили места, которые указал нам покойник, но проследи, чтобы их не заметили.

— Хорошо. Что еще?

— Грузовики Богдана прибудут во вторник утром, у нас есть четыре дня на подготовку. Мы создадим три группы. Одна команда перехватит грузовик. Две другие отправятся к местам хранения в понедельник вечером и будут ждать. Когда мы получим грузовик, они смогут поджечь эти дыры..

— Отомстить Богдану, украв его груз и взорвав его склады, — это одно, но что мы будем делать с дополнительным оружием?

— Я позвоню Белову и узнаю, нужно ли Братве еще оружие. Эти деньги покроют наши потери от Сиракуз.

Филипп наблюдает за мной, проводя рукой по волосам.

— Богдан будет в бешенстве, Драго.

— Так и будет.

— Может, усилить охрану особняка?

— Удвойте ее. Я съеду за Тарой, хочу, чтобы она была в доме, пока все это не закончится.

— Ей это не понравится.

— Мне плевать, — рявкаю я. Телефон в кармане вибрирует. — У нас есть маленькие пистолеты?

— Насколько маленькие?

— Очень маленькие. Достань мне розовый, если можно. — Мой телефон вибрирует от очередного уведомления. — Я собираюсь научить Сиенну стрелять. Просто на всякий случай.

Глаза Филиппа чуть не вылезлают из глазниц.

— Это… разумно?

— Не позволяй ее улыбкам и глупым нарядам обмануть тебя, Филипп. С моей женой все гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Честно говоря, я бы удивился, если она не умеет стрелять из пистолета.

Я оставляю своего второго командира стоять с растерянным выражением лица и выхожу из склада. Сев за руль, я достаю телефон, чтобы проверить сообщения. Их два, оба от Кевы. Первое — фотография, на которой моя жена, скрючившись в луже белой пены, собирает ее в ведро половником. На ней сверкающие красные сапоги на высоком каблуке с соответствующим бантом на голове. На втором — сообщение о том, что моя жена залила жидкое мыло в посудомоечную машину.

Я снова открываю фотографию и увеличиваю изображение лица Сиенны. Ее глаза огромны и сосредоточены на том, что она делает, и если бы я обращал внимание только на них, то решил бы, что она в панике. Но ее губы растянуты в огромную улыбку. Эта женщина — сплошное противоречие.

Я закрываю изображение и набираю сообщение.

17:10 Драго: Спроси мою жену, умеет ли она стрелять из пистолета.

Ответ приходит менее чем через минуту.

17:11 Кева: Сиенна? Что с тобой? Конечно, не умеет.

17:12 Драго: Спроси у нее.

Телефон вибрирует от нового сообщения.

17:14 Кева: Да. Господи, помоги нам.

Я несколько мгновений смотрю на сообщение, а потом разражаюсь смехом.

Глава 15

Я прислоняюсь плечом к дверному косяку и смотрю на жену. Она сидит на кухонном острове и что-то осторожно режет размеренными движениями ножа. Несмотря на то, что она занята домашними делами, на ней очередной сумасшедший наряд в сочетании с золотыми тапочками из искусственного меха. Ее выбор одежды совершенно нелеп, но она чертовски красива, даже когда надевает свои нелепые наряды.

Когда я вернулся домой вчера вечером, Сиенна уже спала. Как я и делаю каждую ночь, я отнес ее на свою кровать. Я поедал ее идеальную киску, пока она была еще полусонной, а потом трахнул ее. Сильно. Я держал ее в своих объятиях всю ночь, но утром, перед тем как отправиться на работу, все же отнес ее обратно в ее комнату. Не знаю, почему я продолжаю это делать. Я так чертовски зол, но не могу определить причину своей ярости. Дело в ее лжи или в том, что она лгала мне? Может быть, я злюсь на себя, потому что, даже после всего, не могу заставить себя ненавидеть ее.

И в этом вся чертова проблема. Вот почему я сейчас здесь и смотрю на свою жену, как гребаный мудак.

Пока я смотрю, Сиенна фыркает и вытирает глаз тыльной стороной ладони. Я сразу же настораживаюсь и марширую через кухню.

Дойдя до нее, я обхватываю ее за талию и поднимаю, чтобы усадить на островок рядом с разделочной доской.

— Драго? — Она растерянно смотрит на меня, по ее щекам текут слезы.

Я на секунду закрываю глаза, пытаясь успокоиться. Тот, кто посмел сказать или сделать что-то, что заставило мою жену плакать, покинет этот дом в течение десяти минут. В чертовом мешке для трупов.

— Что. Случилось? — спросил я сквозь стиснутые зубы.

— Эм… Я помогаю Кеве приготовить луковый соус.

Я смотрю вниз на разделочную доску. Чертов лук.

— Невена! — Я зову девушку, которая возится со специями. — Убери это.

— Что? Почему? — спрашивает Сиенна.

Я ни за что не скажу ей, что чуть не впал в ярость из-за того, что она плакала из-за проклятого лука. Вместо этого я потянулся за спину, достал пистолет, который мне подарила Релья, и положил его на прилавок рядом с Сиенной.

— Глок 42, — говорю я. — Релья не смог найти розовый в кратчайшие сроки.

Она поднимает на меня бровь.

— Зачем мне пистолет?

— Просто мера предосторожности. Мы ожидаем некоторых проблем.

Сиенна берет пистолет и осматривает его, затем извлекает магазин.

— Всего шесть патронов?

— Ты собираешься устроить перестрелку, mila moya?

— Возможно. — Она с размаху вставляет магазин обратно.

Мой член твердеет от того, что она выглядит так невинно, свесив ноги с прилавка, и в то же время обращается с пистолетом как профессионал.

— Это брат научил тебя стрелять? — спрашиваю я.

Она смеется. Жаль, что я не слышу звука.

— Артуро никогда бы не позволил мне прикасаться к оружию. — Она наклоняется вперед и вздергивает брови. — Я сказала ему, что иду на танцевальный кружок. Я даже взяла с собой сумку с танцевальными туфлями и костюмом и показала ему несколько движений, которые выучила по Интернету, чтобы он не задавал вопросов.

— Ты будешь хранить пистолет в своей комнате, но если будешь выходить из дома, даже чтобы поиграть с собаками, бери его с собой.

— В моей комнате? — Она сделала паузу, глаза засияли. — Или в нашей комнате?

Я испытываю искушение. Такое чертово искушение, но я не могу поддаться. Я беру ее за подбородок и наклоняю ее голову вверх.

— В твою комната, Сиенна. Я думал, ты поняла уже это.

— Значит, мы просто приятели, которые случайно оказались женаты?

— Что-то в этом роде.

Она наморщила нос и отмахнулась от моей руки.

— Иди к черту.

Я провожаю ее взглядом, когда она спрыгивает с прилавка и направляется к двери, но останавливается на полпути к порогу. Она стоит там несколько секунд, затем поворачивается.

— С этого момента забудь о приятелях, Драго. С меня хватит, — пролаяла она и подняла пистолет, который я ей дал. — Если я еще раз застану тебя в своей комнате, ты лично убедишься, как многому я научилась на этих занятиях.

И тут моя сияющая, невинная, лучезарная жена поднимает пистолет, целясь в пустой кувшин из-под молока, стоящий рядом со мной на прилавке. По просторной кухне разносится невероятный выстрел: кувшин отлетает назад и рикошетом ударяется о дверь кладовки. Кто-то кричит. В комнату врываются Филипп и еще трое мужчин с пистолетами наизготовку. Они даже не обращают внимания на Сиенну, которая все еще стоит посреди кухни с пистолетом в руке и выглядит милой, как пуговка, в своем розовом свитере и пушистых тапочках. Все кричат, голова словно сейчас взорвется, но я вижу только свою жену. Она пристально смотрит на меня, на ее лице играет злая ухмылка. Все остальное, как обычно, исчезает, когда она появляется в комнате.