Я - мёртвый (СИ) - Кодос Владислав - Страница 3

Аккуратно и бережно он начал развязывать прочные, толстые нити на двух свёртках. Освобождая содержимое от многих слоёв ткани. Некоторое время спустя некромант стоял с двумя книгами в руках. Большая книга была в специальном креплении, не дающей ей раскрыться, из лёгкого метала, отдающего синевой, которое было легко повесить на пояс с помощью специальных тонких цепей из того же металла. Что человек сразу и сделал.

Вторая была не такой большой. Старик открыл книгу поддерживая ее снизу, за корешок, закрыв глаза он сосредоточено начал пропускать свою силу через неё. Страницы книги будто ожили, письмена на них стали меняться чередуя, на огромной скорости символы, иллюстрации и разные непонятные круги с формулами. Тело старика начало наливаться силой, мышцы на тонких руках и ногах, приобретали рельеф. В спину словно вбили стальной стержень. Все тело было покрыто узорами ран и сеткой страшных ожогов. Места, где на теле не хватало кусков кожи и мышц, потерянных в многочисленных битвах, заполнялись тёмной слизью, которая выполняла функции отсутствующих тканей.

Некромант открыл глаза и изображение на книге резко застыло, остановилось словно боясь показать ещё что-то и привлечь к себе внимание. От его немощи не осталось и следа. Отпустив трактат, тот так же как и посох просто повис в воздухе около него, ещё недавно "старик", ныне пышущий силой мастер некромант, поправив наплечные ремни, уверенным шагом, пошел навстречу цели всей его жизни.

Глава 2. Живой Вячеслав

Наш мир

Провинциальный городок где-то в глубине страны

— Максим Константинович! Это не серьезно и Вы это прекрасно понимаете. Сколько мы просили поставить новую противопожарную систему в десятый дом на улице Пушкина? Я лично просил Вас несколько раз на районных совещаниях. И что? Стоили эти тридцать тысяч жизни двух людей? — срывался я на крик в разговоре с районным чинушей, который уже три года динамил просьбы местного активиста, и по совместительству моего хорошего друга — Александра Зятькина, которому я помогал в его благих делах.

— В ответе на обращение Зятькина, — поправил чиновник свои часы, стоимость которых явно превышала требуемую для замены противопожарных систем сумму. — Мы дали исчерпывающий ответ. А Вы, Слава, поменьше бы горланили. Администрация не несёт ответственности за неудачу городских служб быстрого реагирования. Их тоже можно понять. Район бедный, далёкий от центра. Ну не успели, с каждым бывает. Да и о каких людях идёт речь? Два старых забулдыги и только. — с улыбкой на лице закончил свои рассуждения чиновник и почесал свой второй подбородок.

Он меня бесил. Старый разожравшийся на дармовых деньгах, боров сидит тут в своем костюме от "живанши" в надушенном кабинете и думает, что может судить людей по району, в котором они живут.

— Эти, как Вы выразились, забулдыги — ветераны труда! Проработавшие в местной библиотеке тридцать восемь лет! — снова не сдержался, переключившись на крик, — Библиотека имени Ивана Молчанова! Вы её закрыли оправдавшись той же фразой, которой отказали Александру. Как Вы там написали? Напомните… — сделал задумчивое лицо я и ждал ответа от борова.

— Обслуживание библиотеки, как в прочем и установка новых систем оповещения — не-це-ле-со-о-бразна! — это уже он повысил голос на меня. — Всё согласно букве закона! У дома на Пушкина закончился срок эксплуатации, как и у библиотеки имени "как-его-там" — взяв в себя в руки и натянув на лицо участливую маску, он продолжил.

— Мы с вами давно знакомы, Вячеслав. Давайте будем благоразумны. — резко перешёл чинуша на уважительный тон. — Вы с Александром часто "защищаете" интересы людей нашего района. Все вас знают и ценят. Подумайте сами, если бы я мог быстро заменить системы и избежать жертв. Разве бы не сделал этого? Сделал бы конечно! Ещё и позаботился об огласке своих действий. Но, вопреки Вашему мнению, невозможно по щелчку пальца выделять тридцать тысяч туда, пятьдесят туда. Поймите, — почесал он левый глаз. — Мы с вами тратим силы друг на друга, во всех этих противостояниях, а могли бы, как говориться, идти рука об руку.

"Что-то он темнит и это явно не хорошо." — подумал я, но вслух ни чего не сказал, хочу услышать продолжение.

— Посудите сами. Библиотека работала больше восьмидесяти пяти лет, Вы сами сказали, что уважаемые ветераны труда трудились, простите за тавтологию, в ней тридцать восемь лет.

"Ага, уже "уважаемые ветераны", резко он переобулся." — тем временем, лицемер продолжил.

— Ну она просто не могла дальше функционировать без угрозы посетителям и работникам. А что касается пожара, так это трагическая случайность. На днях должна была стартовать программа переселения жильцов из этого аварийного жилья. — сложа руки в замок перед собой, уверенно говорил боров с нотками сожаления в голосе.

"Слишком гладко излагает. Начинает пугать. По сравнению с обычным его поведением сегодня он просто душка. Ни тебе, "Я вас в СИЗО сгною за клевету!", ни "Ваше дело пандусы проверять и кормушки ставить!." В чём тут подвох?

— У меня к Вам предложение, к Вам и Александру. Давайте закопаем топор войны. Мы переведём вашу "Народную организацию" к нам в штат. Встаньте на должность консультантов по общественно важным делам. Представьте заголовки в наших новостях! "Живой и Затькин проверят администрацию изнутри!" или как Вам это, "Местные активисты… — перестал слушать этот бред. Понятно, купить хочет. Видно поняли, что заткнуть не выйдет. Но чувствую, это ещё не кульминация "щедрого предложения".

— Будете обозревать проблемы района, ну и принятые нами "благоприятные" для людей решения. — улыбнулся чиновник и поставил руки в стороны. Здоровый он всё-таки. Его черные, маленькие глазки прям блестели. Видно ожидает положительного ответа и закрытие всех мелких и не очень вопросов, которые мы с Сашей продвигаем всеми способами.

— А кто будет решать, что является проблемой и какие решения, "благоприятные" для людей? — спросил я с наивным лицом, уже зная ответ на свой вопрос.

— Слава! — по отечески произнёс он моё имя. — Ну ты же не глупый человек, наоборот, для своих двадцати шести довольно умён. Смог поступить на юридический. Закончил его с отличием. Родителям, вон, помогаешь. Как там поживает Светлана Николаевна? Знаю, у нее недавно был юбилей. — сказала эта падла мило улыбаясь.

"Ох не хорошо. Кажется, Сашка мы доигрались. Более толстого намека даже представить нельзя."

— О чем это я, ах да! Вспомнил! — ехидно оскалился он, пытаясь дружески улыбнуться. — Хороший оклад, — (стук) — Полный социальный пакет — (стук) — Некоторые бонусы от, как говориться, компании. — (стук) — Санаторий для родителей два раза в год. — (стук) продолжал он стучать пальцем об свой, без сомнений дорогой, стол после каждого пункта, словно забивая гвоздь в крышку гроба моей возможности уйти "нетронутым" — Очередь в садик для детей Александра продвинем. Мальчишки попадут в лучший образовательный комплекс города. У Вас знаю, пока детей нет, всего себя отдаёте работе, уважаю. Такие люди нам и нужны.

"Всё приплыли. Нужно попытаться оттянуть ответ на этот вопрос. По крайней мере озаботиться страховкой на всякий случай. Похоже, за нас взялись всерьез."

"Па-па-пам. Па-па-пабам. Па-па-пам-па-па" — зазвонил телефон в кармане чинуши. — Простите меня Александр, я на минутку, а Вы пока подумайте. Да, Пётр Михайлович… — встал со своего кожаного кресла боров и поправляя штаны вышел в соседний кабинет.

— Думай Слава! Думай! — перебрал я все возможные варианты. Соглашусь — станем собачками на коротком поводке пляшущим за крохи корма, ну может не за крохи, но все же, оправдывающими все "благоприятные" высеры наших хозяев. Откажемся? Нет. Напрямую отказ невозможен. Слишком явны намёки про родителей и мальчиков Сашки. Нужно что-то ещё!