Вояджер 3 (СИ) - Карачёв Алексей Александрович - Страница 47

Старый контейнер легко вышел из разъёма, блокираторы не работали. Новый, полный, так же без усилий встал на освободившееся место, послышался щелчок, экранчик отобразил надпись «В работе», но уже буквально через десять секунд та превратилась в «Пусто». Реактор был полностью заправлен, последовавшая через несколько минут команда диагностики показала его стопроцентный заряд. Оставалось лишь перевести системы «Веясанлана» в обычный режим и заново протестировать.

Когда я вышел из готового к полёту и приключениям корабля, Женька всё ещё возился в мастерской. Ада уже не лежала, а сидела на краю стола, свесив ноги. Из её затылка к непонятному прибору тянулся пучок проводов, глаза девушки были открыты и бездумно смотрели куда-то в сторону дверного проёма. Я не стал спрашивать про успехи, зачем интересоваться очевидным? Буквально полчаса назад Ада не подавала признаков жизни, а теперь разве что молчалива немного. И вообще отвлекать не стал, слишком серьёзным и сосредоточенным выглядел Евгений. Пойду лучше погуляю. Или посплю. Да, эта идея даже лучше.

Глава 21

— Сергей, просыпайтесь, просыпайтесь, — подзабытый голос домашнего искина выдернул меня из объятий Морфея.

Как же давно я не слышал её! Милую, строгую, обижающуюся, весёлую, грустную. Почему она приснилась мне именно сейчас? Целую вечность назад мы попрощались на пороге квартиры. Я знал, что не вернусь, и всё же пообещал искину, что однажды возьму её с собой в космос. Солгал. А она поверила, она всегда мне верила, она не могла по-другому, её так запрограммировали. Но кто бы мог предположить! Кто бы мог! Я попытался вспомнить увиденный буквально несколько секунд назад сон, однако его остатки уже успели улетучиться, оставив вместо себя лишь непонятное чувство утраты. Но и оно вскоре исчезло. Пора вставать.

Я потянулся в стазис-капсуле «Веясанлана» и открыл глаза.

— А-а-а! — мой испуганный крик был, наверное, слышен на пару парсек вокруг.

Она стояла, наклонившись надо мной, она молчала и абсолютно не двигалась, она не дышала, она внимательно разглядывала лежащего в капсуле человека. Она — это Ада. Её руки были заложены за спину, а в глазах читалось любопытство. Но не злое, уже виденное однажды, другое, как у ребёнка, только что открывшего для себя удивительную и восхитительную тайну. И всё же это была Ада, выживший из ума робот с Цереры.

Я инстинктивно вжался в мягкую обивку капсулы; бежать некуда, одна надежда на скафандр.

— Сергей, не бойтесь, это всего лишь я, — Ада внезапно «ожила», выпрямилась и отошла назад на пару шагов.

Говорила она голосом моего искина, того самого, оставленного на Земле.

— Кто — я? — в голову не пришло ничего умнее.

— Алиса.

— Алиса…

Я редко обращался к ней по имени, оно было стандартным, все женские искины по умолчанию почему-то назывались именно так. И мне оно не слишком нравилось, но сменить всё не доходили руки.

— Евгений попросил меня разбудить вас, извините, если напугала. Мне самой неловко. И… — тут девушка сделала паузу, — спасибо, что не забыли о моей просьбе.

Ну Женька, ну засранец! Резервные копии резервных копий, да?

— Где он сейчас? — у меня чесались руки надавать ему по морде.

— Предполагаю, что в лаборатории. По крайней мере, десять минут назад он был там.

— Подожди меня здесь, хорошо? — я вылез из капсулы, размял шею и хрустнул костяшками пальцев. — Это ненадолго.

— Ой, простите, — Алиса чуть испуганно и совсем по-человечески приложила ладошку ко рту, — я совершенно забыла передать вам ещё одно сообщение. Зачитать дословно? Оно не очень пристойное.

— Зачитай, — усмехнулся в ответ я.

— «А если будет ругаться или ещё чего там, то так ему и передай: „Серёга, ты балбес! Я же сам тебе Алису и устанавливал, и настраивал. И про резервные копии говорил, ты согласился“».

— Устанавливал, настраивал… А предупреждать кто будет? Пушкин?

— Сергей, простите, это всего лишь запись, — отозвалась Алиса. — Настоящий Евгений где-то в лаборатории.

— Да-да, я с первого раза понял. А ты давай отвыкай от своих «простите, извините», ладно? И хватит уже выкать.

— Как пожелаете, ой, как пожелаешь. Ой! Хорошо, на ты, я запомнила.

— Да… А скажи мне, Алиса, от Ады у тебя что-то осталось в памяти? — от идеи вернуть ответку Женьке я вовсе не отказался.

— Всё, кроме самого слепка личности.

— То есть сымитировать ты её не сможешь?

— Я могу попробовать построить свои действия на основе анализа записей действий Ады, но это будет лишь похоже на неё, не более.

— Отлично, посмотри тогда архив, где она с нами общалась.

— Готово, — моментально ответила Алиса.

— А теперь вот что, — я мысленной улыбнулся от предвкушения небольшого веселья, или большого, тут как получится, — мы с тобой сделаем так: я выйду из корабля первым, а ты появишься через пять минут в образе Ады и произнесёшь несколько её самых жёстких фраз.

— А у Евгения не будет нервного потрясения?

— Нет, это же шутка, он засмеётся, — обманывать наивных искусственных девушек нехорошо, но на что не пойдёшь ради маленькой мести? — Мы все посмеёмся и ты тоже.

— Разве что так, — задумчиво произнесла Алиса. — Я согласна. Хорошая будет шутка.

— Тогда я пошёл. А ты выходишь через пять минут, не забудь.

— Не забуду, я ничего не забываю.

Дверь в мастерскую оказалась закрыта: ни единой крупицы света не проникало оттуда в лабораторию и не доносилось ни фонона звука. По спине пробежал холодок; там на «Веясанлане» со мной разговаривала вовсе не Алиса! Я резко развернулся, готовый увидеть несущееся на меня безумие. Но… ничего, всё было тихо, как и за минуту до этого. Вот только тишина стала другой, неспокойной, напряжённой, будто в ней появился опасный зверь, он затаился и ждёт подходящего момента.

Таймер обратного отсчёта побежал со скоростью света. Я не стал дожидаться, пока на циферблате покажутся нули, дёрнул дверную ручку вниз и на себя и в мгновение ока очутился внутри мастерской. Не бог весть какое укрытие, но времени на подготовиться и подумать будет чуть побольше.

— Ты чего шумишь? — недовольно буркнул Женька, приподымая голову. — Только-только задремал, и на тебе, шум, гам, беготня!

Он не умер от длительного перенапряжения, не погиб от неосторожного обращения с инопланетной техникой, и наконец, не был убит коварной Адой, так мастерски сыгравшей роль простушки Алисы. Он просто выключил оборудование и уснул прямо за столом в ожидании нашего прихода. Что стоило проверить параметры Женькиного скафандра? Времени затратить буквально секунду! И тогда не пришлось бы выдумывать всякое нехорошее про милого, доброго домашнего искина. Которая, кстати, сейчас появится и по моей просьбе будет изображать из себя злобную ведьму с Цереры.

— А где Алиса? — всё так же заспанно произнёс Евгений. — Я послал её за тобой, вы что, разминулись?

— Нет, не разминулись, она меня разбудила, сейчас должна прийти, пойду встречу, — лжи в моих словах не было ни капли, но и всей правды тоже.

— Ага, встреть, — согласился Женька, зевнул в кулак и потряс головой, прогоняя сон. — У нас намечается богатая программа.

Я не стал уточнять, какую именно программу он имеет ввиду, и почему она столь богатая, лишь молча кивнул и вышел из мастерской. Стоило поторопиться и предупредить Алису об отмене спектакля, идея о «розыгрыше» казалась мне теперь абсолютно нелепой.

— * * *! — цензурный комитет благоразумно запикал фразу, которую я выкрикнул, ведь обычными ругательствами в подобных обстоятельствах было не обойтись.

— Что случилось? — через пару секунд за моей спиной материализовался Женька. — * * *!

— Как тебе такое, а?

— Не ожидал, если честно.

«Веясанлан» исчез, растворился, перенёсся в другую часть галактики, от корабля остались только следы опор на пыльном полу. Исчез вместе с Алисой. Или всё же с Адой? «Я ничего не забываю». Пустота!