Злобный рыцарь (СИ) - Барышева Мария Александровна - Страница 92

- Какого хрена тебе надо?

- Вообще никакого, - Сергей отпустил Тимку, который, взъерошившись, отскочил к своей сестренке, и развел руками, в которых ничего не было, хотя Костя прекрасно понимал, что под полами неизменного черного френча Сергея могло скрываться что угодно. - Так, решил поздороваться, при Андреиче-то это особо не сделаешь. Видел, как вы за ручку дорогу переходили - так умилительно!.. - он примирительно вскинул развернутые ладони. - Ладно, ладно, дядя Сережа шутит!

- Шел бы ты со своими шуточками! - Костя отвернулся к своему флинту, нервно подпрыгивавшему на бордюре, и забросил скалку на плечо. - Мне не до тебя!

- Да, вообще-то мы разговаривали... - подал было голос Тимка.

- Ты, кстати, тоже уйди! Достал своей нелепой болтовней! Мне не облегчают жизнь всякие унылые придурки, которым постоянно не терпится рассказать мне о том, какие они унылые придурки!

- А вот это ты зря, - заметил Сергей, снова ловко хватая за плечо начавшего было обиженно отворачиваться художника и придвигая его обратно к Денисову, после чего наклонился вперед и продолжил заговорщическим шепотом. - Я сейчас каждому из вас скажу умную вещь. Ты, рыжий, если не научишься плевать на все, особенно на собственные переживания, или хотя бы делать вид, долго тут не протянешь! А ты, Костя, после моих слов, постарайся не глазеть активно по сторонам. Тебе, кстати, следует поблагодарить этого унылого придурка. Потому что он до такой степени унылый придурок, что даже ты не выдержал и наклонился, чтобы сгрести его с дороги, когда он упал - и это единственная причина, по которой шедший за тобой тип промахнулся и не воткнул обломок чего-то там тебе в затылок!

Тимка, не сдержав возгласа, попытался повернуться, но Сергей придержал его, продолжая смотреть на Костю. Денисов, не меняя позы, скосил на него глаза - хранитель все так же дурашливо ухмылялся, и понять по нему степень серьезности сказанного было невозможно.

- Сейчас придумал? - одними губами произнес Костя. - Или репетировал?

- Не трепыхайся и не вращай башкой! - велел Сергей художнику, продолжая ухмыляться, и, достав сигарету, придвинулся к Косте вплотную. - Мужик в красной спортивке, возле столба, где маршрутки тормозят. Похоже, кроме меня его маневр никто не заметил... Только не вздумай на него таращиться!.. Флинта его поблизости точно нет, да и по ухваткам видно - стаж большой, без поводка скорей всего. Но не профи. Профи бы уже свалил, ждал другого момента. Хотя время выбрал правильное - утро. Флинт у тебя рабочий, до вечера не заснет, так что при серьезном ранении можешь не успеть восстановиться.

Костя, сделав раздраженную гримасу, наклонился и выглянул за бордюр - не едет ли автобус, а отклоняясь обратно, незаинтересованным взглядом обвел остановку. Возле столба действительно стоял хранитель в красном спортивном костюме и красной бейсболке. Он увлеченно разговаривал с другим хранителем, облаченным в белый смокинг, и на Костю ему, судя по всему, было глубоко плевать. Денисов хмыкнул и скептически посмотрел на Сергея.

- Всерьез решил, что я поведусь?

- Я тебя предупредил, - пожал плечами хирург, ловко провернув сигарету в длинных пальцах. - И учти - он может быть не один.

- И с чего бы тебе меня предупреждать?

- Мне все равно было нечем заняться, - Сергей сунул сигарету в зубы и осклабился. - Ну, пока, детвора!

Он направился к своему флинту, скучавшему возле газетного ларька, по дороге отвесив шлепок какой-то хранительнице, попытавшейся треснуть его в ответ табуреточной ножкой по спине.

- А вдруг он не врет?! - испуганно прошелестел Тимка рядом с денисовским ухом. - Вдруг он...

- Вон наш автобус, - Костя раздраженно отпихнул его. - Да отстань ты!

- Такими вещами не шутят!

- Мог бы уже сообразить, что он шутит любыми вещами.

- Может, сообщить в милицию?.. Ну, то есть, в какую-то службу...

- Чего? - Костя едва сдержался, чтобы не расхохотаться. - Слушай, ты тут как первый день! Еще не понял, что наши смерти здесь никто не расследует?! Всем плевать!

- Но как так можно?!

- Я поехал, - Костя двинулся следом за рыжим пуховиком, уже взбиравшимся по автобусным ступенькам, - а ты можешь остаться тут и поразмышлять об этом!

Мечтательность на лице Тимки почти растворилась в негодовании, и, судя по его сузившимся глазам, он бы с удовольствием так и поступил, но его флинт, распрощавшись с подружками, прыгнул в автобус, тем самым лишив художника этой возможности. Аня пробралась на свободное местечко у окошка почти в самом начале салона, и Костя устроился рядом на спинке сиденья, с усмешкой глянув на своего раздраженного спутника, которого вместе с сестренкой почти сразу же затерли где-то в середине. Он вытянул шею, выглядывая на остановке краснокостюмного флинта, но не нашел. С легкой тревогой Костя огляделся. Салон уже был битком-набит флинтами и их хранителями, все гомонили, толкались, зоосопровождение флинтов лениво грызлось между собой, а в хвосте автобуса, судя по характерным звукам, происходили легкие боевые действия. Костя снова уставился в окно, и стоявший на уплывающей остановке рядом со своим флинтом Сергей, ухмыльнувшись, послал ему напутственное крестное знамение.

- Вот козел! - буркнул Костя. Тут вид из окна рассекся свесившимися с крыши чьими-то длинными ногами, и смотреть в окно стало неинтересно. Костя внимательно изучил салон - на стоявших поблизости флинтах никаких порождений не наблюдалось, хранители не обращали ни на него, ни на Аню ни малейшего внимания, и Денисов успокоился окончательно. Как всегда фыркнул при виде бумажки, привязанной к поручню за сиденьем водителя, на которой кривыми буквами было написано предупреждение:

Зглазы и драки в афтобасе строга заприщены

На ветровом стекле раскачивалось малиновое плюшевое сердце, снабженное ручками, ножками и довольно-таки жутковатой большеглазой физиономией. Продолжение привычного утра. Костя уже знал этот автобус и знал водителя - тощего усатого флинта, не снимающего солнечных очков даже ночью. А вот его хранитель, сидевший в соседнем кресле, был ему незнаком. Костя привык видеть на этом месте крикливого низкорослого парня в чекистской кожанке и фуражке, который большую часть поездки торчал в окне и ругался со всеми, до кого только мог докричаться. Новый же хранитель - темноволосый, чуть полноватый молодой мужчина - сидел ровно, собранно и в окно почти не смотрел. Судя по его одежде, больше всего напоминавшей скроенную и сшитую в усмерть пьяной швеей ночную рубашку, хранитель был мальком, и Костю удивило его спокойствие. Он знал, как ведут себя мальки, видел каждый день, да и забыть свою первую неделю в новом мире было невозможно. Но за спокойствием хранителя водителя чудился стаж - он не глазел по сторонам, ни дергался от малейшего звука в салоне, он вел себя так, словно давным-давно привык к происходящему вокруг. Как-то это не стыковалось. Хранители, переброшенные на новую должность, не теряли навыков одеваться.

Мысленно пожав плечами - в конце концов, какое ему дело?! - Костя снова принялся глазеть то на попутчиков, то на переливающиеся порывы ветра за окном. Автобус сильно тряхнуло, и он недовольно повернулся. Кресло хранителя опустело - теперь он был за спиной водителя и, прислонившись к нему и приобняв, что-то нашептывал ему на ухо. В салоне кто-то выругался в адрес водителя и его хранителя, но шепчущий никак не отреагировал и даже не обернулся. Денисов глянул туда, откуда донеслось ругательство, и тут неподалеку от него воздух между двумя флинтами-женщинами, раздраженно смотревшими друг на друга и почти беззвучно шевелящими губами, задрожал и начал стремительно сгущаться, образуя бешено вращающийся дымный серый клубок размером с боулинговый шар. Клубок почти сразу же метнулся к более стройной женщине-флинту, на лету покрываясь шерстью и открывая блестящие злобные глазки. Из серого вытянулись когтистые птичьи лапы, проросли широкие ладошки, под глазами алчно распахнулся черногубый рот с квадратными зубами.