Хозяйка Проклятой Пустоши. Книга 2 (СИ) - Белецкая Наталья - Страница 16

– Возможно, не надо отбиваться? – чуть улыбнувшись, спросила Тониа.

– Да, может быть, – грустно признала я. – Дэлор потешит свое самолюбие, и вскоре его внимание перекинется на другой объект, и от меня он отстанет. Но я так не могу. Да, мне он нравится, но Дэлор не создан для серьезных отношений.

– Почему ты так думаешь? – поинтересовался Дхан.

– Потому мой бывший муж на Земле был таким же. Как легкомысленная бабочка – то на один цветок сядет, то на другой, то на третий. Красивый, конечно. Даже полезный – пыльцу переносит, но привязываться к нему нельзя, как и привязывать его самого: все равно улетит.

Настоятели переглянулись.

– Вы, наверное, хотите узнать, почему я так откровенна? Просто вижу, что вы занимаетесь сводничеством. Признаю, что генерал нам нужен. Он опытный полководец, прекрасный боевой маг, который либо уже избавился, либо вот-вот избавится от клятвы верности королю Элдорана. Если я что-то вроде повелительницы крохотного государства, то он вполне может стать повелителем. Это лучший вариант, как ни посмотри, но Дэлор не тот человек, чтобы хранить верность одной. Такой характер. А я такого мужа не потерплю.

Несмотря на то, что я старалась говорить спокойно, в горле стал ком. Слишком сильна боль от предательства.

– Маша, ты слишком забегаешь вперед, – всплеснула руками Тониа.

– Не забегаю. Я уверена, что вы все трое уже думали об этом. Так вот, не надо нас сводить. Мы с Дэлором никогда не будем вместе.

После этого заявления, настоятели пообещали не вмешиваться в мою личную жизнь и не пытаться свести меня с кем бы то ни было. Мы обсудили подготовку к экспедиции в Пустошь и решили постепенно перетаскивать через стационарный портал необходимые вещи. Багажа у нас скопилось много, придется делать несколько ходок. Пока позволить себе лошадей и повозки или другой транспорт мы не могли.

Дхан уже после беседы подошел ко мне и извинился за сводничество. Он пообещал, что сам поговорит с Дэлором насчет экспедиции в Пустошь. К сожалению сам теневик, скорее всего, не сможет вернуться в пещеру, дело с похищением магов оказалось запутанным и опасным, и ему надо будет постоянно держать руку на пульсе, а из Пустоши это делать не так просто.

Дэлор, как оказалось, уже почти добрался. Карета, в которой он вез заключенных, ожидала своей очереди на въезд в городок. Я открыла портал прямо в ней и быстро пересказала новости. Дэлор сообщил, что везет магов к своему приятелю – Себастьяну ди Фелмо. Как оказалось, тот занимался расследованием «смерти» генерала и хотел пообщаться с исполнителями.

Что будет с подручными Исхрема, и как Дэлор собирается договариваться со стражниками у городских ворот, я спрашивать не стала. Раз едет, значит, у него есть какой-то план.

Остаток дня прошел в заботах. Тониа хотела разместить детей Йонена в здании школы (на втором этаже там находились комнаты учеников), но Луара заявила, что останется со мной. Она вместе с братом пришла в мою комнату и уселась на диван с решительным видом.

Тониа растерялась, но я махнула рукой. Пусть остаются у меня. Спальня большая, можно разместить еще две детских кроватки. Кроме того, у Луары уже открылся ментальный дар, её желание – это не каприз, и девочке действительно плохо среди эмоций чужих людей. Я же поучаствовала в её освобождении, помогала лечить Шуаза и, видимо, вызывала у Лу доверие и ощущение защищенности. По крайней мере, так объяснила мне Тониа.

В общем, вечером я рассказывала сказку про Золушку Шуазу, Луаре и Таяне. Сестра Ниилит уже знала эту историю, но это не мешало ей слушать с любопытством. При взгляде на уснувших детей во мне поднялось какое-то щемящее нежное чувство радости и умиротворения. Своих карапузов у меня не было, сначала некогда, а потом авария и выживание – в общем, все сложно. Но нерастраченная нежность затаилась в душе и сейчас изливалась на чужих детей. Может быть, именно это ощутила Луара?

Следующий день начался необычно: Тониа собрала нас на молитву, решив, что лучше делать это организованно. Йонен пока оставался в обрядовой комнате, мы не знали, как у него дела, ведь общаться во время ритуала запрещалось. В небольшой зал для молений пришли все, кто знал Йонена, даже Ниилит и Таяна. Обе понимали, что ищейка разыскивал их по приказу, от которого не имел права отказаться. Мне кажется, все молились искренне, желая Йонену поскорее освободиться от кабальной клятвы. Надеюсь, это поможет.

Через два дня мы планировали отправляться в Пустошь. Дхан, как и обещал, поговорил с Дэлором относительно экспедиции и пригласил посетить монастырь.

– У нас маны в кристаллах не хватает постоянно, вот пусть поживет тут два дня, заодно и зарядит, – добавил теневик.

Генерала поселили в подвале школы. Там была пара вполне уютных комнат, в которых раньше жили учителя, но после постройки третьего этажа школы, они переселились наверх. Вход в подвал был отдельный, и настоятели надеялись, что Дэлор не привлечет много внимания. Ему посоветовали носить плащ с отводящим взгляд артефактом. Все же наш генерал был довольно известным человеком. В новых учебниках по истории даже имелся его портрет, правда, выглядел он на нем не очень похожим на себя, но мало ли? Вдруг кто-то узнает?

Сам процесс заселения Дэлора я не застала, в это время меня гонял по полигону Гаспар. Во время тренировки он превращался в натурального зверя, но в этот раз переплюнул сам себя. Вечером я приплелась без сил и рухнула в кровать.

На утро болело все тело. Зная, что самый лучший вариант прийти в себя после ударных нагрузок – это посидеть в целебной воде, я решила посетить купальни. Солнце пока только недавно показалось из-за горизонта. Монахи обычно вставали позже, поэтому я взяла полотенце, сменную одежду, нацепила халат (вполне приличный) и, морщась от боли в мышцах, побрела в сторону купален.

Дойти мне не дали. На одном из поворотов в меня чуть не врезался Илек. Его глаза горели, парень явно был чем-то сильно встревожен.

– Что случилось?! – рявкнула я, сразу как-то просыпаясь. – Йонен?

Дежурные теперь сменялись возле комнаты для ритуалов. Бывало, что после непрестанных молитв, люди выходили из обрядовой комнаты с трудом. Все же несколько дней не есть и не спать – это довольно суровое испытание для организма, поэтому рядом всегда находился монах. Он мог позвать лекаря или помочь чем-то еще.

Поскольку настоятели не хотели лишней огласки, возле двери посменно караулили Илек и Сайден.

– Там! В комнате для обрядов!

– Что там?

– Я не знаю, но из комнаты бьет свет! Он очень яркий. Дверь закрыта, но все равно слепит так, что в глазах у меня до сих пор разноцветные круги! Что это такое?! – парень с надеждой уставился на меня.

– Не знаю! Около обрядовой комнаты кто-то остался?

– Нет!

– Ладно, сообщи настоятелю, а я к Йонену. Бегом!

Илек сорвался, как с низкого старта. Вот это скорость! Надеюсь, он никого не собьет. Но что же случилось в обрядовой комнате? Если Илек, который большую часть жизни провел в монастыре, так сильно обеспокоен, значит, яркий свет в ритуале не предусматривался. Что-то пошло не по сценарию. Надеюсь, Йонен не ослеп.

Когда я подошла к обрядовой комнате, то никакого яркого света не было. Все выглядело, как обычно. Я прислонила ухо к двери, стараясь уловить какие-то звуки из комнаты и понять, что делать дальше, но ничего подозрительного не услышала.

В порядке ли Йонен? Не навредил ли ему свет? Может нужно выбить дверь? Вдруг он там лежит беспомощный и ослепленный, а я тут стою и теряю время? Еще это полотенце и вещи в руках мешаются. Где там Илек с Гаспаром?

Вдруг дверь распахнулась. На пороге стоял Йонен. Лохматый, с горящими глазами, слегка покачивающийся в одежде, которую, кажется, надевал в ужасной спешке: пуговицы были застегнуты криво, либо не застегнуты вовсе, одна штанина слегка задралась.

– Йонен! Ты в порядке? – обеспокоено спросила я, подставляя плечо, чтобы поддержать мужчину. – Как ты себя чувствуешь?