Вечный попадос 3 (СИ) - Котович Виктор - Страница 35

— Не женщина — зверь! А я-то, наивный, всегда считал, что они милые…

— Я всë слышу, — недовольным голосом извещает Кира. — Слишком много слов. Брысь отсюда.

Дрейк страдальчески морщится, машет на прощание и тает в местном густом воздухе.

Мы с Кирой остаëмся наедине. Она поджимает губы и старательно прячет от меня взгляд.

— Прости, — говорит неожиданно. — Это была моя ответственность.

Настораживаюсь:

— Ответственность? О чëм ты?

— О том, что ты не должен тут находиться. Лучше бы ты тогда умер, честно.

Из уст симпатичной девушки эти слова звучат как удар по печени. Но не причиняют боль, а просто бесят.

— Не знаю, что ты имеешь в виду, но для меня выжить всяко лучше, чем умереть, — отвечаю резче, чем собирался. — И что по этому поводу считают всякие непонятные личности…

— Тебе плевать, — кивает с усмешкой Кира. И сразу же становится серьёзной. — Вот только знай: то, что с тобой происходит — только начало. Дальше будет хуже и хуже. Само твоё существование — ошибка вселенной. Исправить которую никак не получается…

И эта самая Кира сперва показалась мне симпатичной? Какой бред! Настолько отбитая дама точно не в моём вкусе.

— Ну ты поплачь, — советую ей, — авось полегчает. Успеха желать не буду: как оказалось, наши цели полностью противоположны. Надеюсь, мы с тобой больше не встретимся. Дрейку привет.

С этими словами разворачиваюсь и ухожу вслед за сокомандниками. И только через пару десятков шагов соображаю, что по-настоящему на краю гибели за всё это время я был лишь однажды: в тот день, когда попал в этот мир.

Как там было?

Удар молнии. Я внутри игры. Щелчок затвора. Бездонное чёрное отверстие, в глубинах которого закипает пламя. Ослепляющая вспышка и выстрел, которого я уже не слышу…

Неужто Кира что-то об этом знает?

Похоже на то.

Другой вопрос — так ли уж надо знать об этом мне?

Надо, надо, — подсказывает чувство самосохранения. Если кто-то на самом деле мечтает меня прикончить, лучше уж встретить этого гада лицом к лицу.

Страшно хочется вернуться и расспросить Киру как следует. Но после моих финальных слов это как-то неловко. Да плевать! Тут у меня вопрос жизни и смерти!.. Или как-то связаться со Змеиным богом? Вот только контактов его у меня нет…

Мои метания прерывает Найт.

— Они уже в другом месте, — материализуется воин рядом со мной. — Да и тебе сейчас не до этого.

Киваю:

— Ты прав. Нам нужно завершить исследование.

Найт отрицательно качает головой:

— Нет. Вам нужно как можно скорее выходить из Симулякра.

— Почему?

— Потому что наше вторжение больше не секрет. Вопрос времени, когда силовики Оси Единения сюда доберутся.

Ненадолго задумываюсь. Наконец осторожно спрашиваю:

— А что, мы сейчас делаем что-то плохое?

Найт морщится:

— Это смотря с какой точки зрения оценивать. По законам вашего мира всë в порядке. По законам Оси…

Он не договаривает, но выражение его лица говорит само за себя.

— И чем же нам грозит дальнейшее пребывание в Симулякре?

— Именно вам — скорее всего, ничем. Вы ведь к Оси не имеете отношение, да и полной информацией не владеете. Но сам Симулякр скорее всего отключат.

— И когда это произойдёт?

Найт пожимает плечами:

— Кто знает? Может, через год. Может, через сотню лет. Делопроизводство в Оси — процесс не быстрый. Но также вполне вероятно, что счёт уже идёт на часы. Это зависит от многих факторов.

— Ясно.

Резко прибавляю шагу. Найт меня догоняет.

— А после выхода, — говорит он на ходу, — мы устроим большое совещание со всеми, кого это касается. Если ждать и выбирать больше нельзя, значит, будем работать с тем, что есть.

Не очень понимаю, что он имеет в виду, но согласно киваю.

— Сначала мы всё тут завершим, — сообщаю, как само собой разумеющееся. — А потом займёмся этими твоими Осями и совещаниями.

В ответ на мои слова Найт возмущённо сопит:

— Я же говорил, что это очень важно. Судьба вселенной на кону!

— С ошибки этой самой вселенной спрос невелик, — хмыкаю, припомнив слова Киры. Интересно, что она имела в виду? — У тебя, Найт, свои цели. У меня — свои. И есть определённые обязательства, которые я должен исполнить в определённый промежуток времени. Я не собираюсь подводить людей, с которыми договаривался куда раньше, чем с тобой. Даже ради спасения вселенной.

Найт, судя по виду, задумывается. Наконец произносит:

— Я понял тебя, Олег. Делай, как считаешь правильным. Возможно, только так и нужно.

Фигура воителя исчезает, знаменуя окончание разговора. А я прибавляю шагу. В голове играют в чехарду надёрганные отовсюду факты и самые нелепые предположения. Одно могу сказать точно: события вокруг меня начали разворачиваться с бешеной скоростью. Уже не поспеваю за ними.

Я-то считал, что самая большая моя проблема — миллиардный долг. А это были ещё цветочки: дальше как назло всё повылазило. И Легион неизбежности, и Ось Единения, и неведомый убийца в придачу.

Весёлая у меня жизнь, и приключения интересные, ага.

Сокомандников я вижу издалека. Они стоят друг напротив друга, Куджо упирает руки в бока, а Папка сложил их на груди. Лица у них такие серьёзные, что аж подходить страшно.

—…Может, вам тогда вообще без меня лучше будет⁈ — доносится до меня раздражённый голос Куджо.

— О чём ты? — торопливо подгребаю к друзьям. Не хватало ещё, чтобы Нейрофронт распался сразу после ротации. Не выйдет, друзья, у дяди Джеймса на вас большие планы!

Вместо ответа Куджо раздражённо фыркает и отворачивается.

— Да она вообще сегодня какая-то странная! — жалуется Папка. — Не с той ноги встала что ли?

— Я думаю в ближайшее время завязать с Симулякром, — не глядя на нас, вдруг произносит девушка. — Я и сегодня-то пришла только потому, что мы с вами много вложили в эту победу.

Папка порывается что-то сказать, но я останавливаю его движением руки.

— Случилось что-то серьёзное? — спрашиваю как можно более спокойным тоном. С людьми на взводе только так и надо общаться.

Куджо бросает на меня быстрый взгляд.

— Ничего особенного, — произносит раздражëнно. — Просто для всех нас так будет лучше. Уж поверьте, я знаю, о чëм говорю.

— Можешь рассказать подробнее? — снова останавливаю желающего что-то сообщить Папку. — Вдруг мы сможем тебе помочь.

Куджо горько вздыхает:

— Думайте лучше о себе. А со своей судьбой я сама разберусь.

— Судьбы не существует, — всё-таки вклинивается в наш разговор как никогда серьёзный Папка. — Мы сами решаем, что нам делать. Или не делать.

— Ты прав, — улыбается Куджо. — Но для меня всë совсем не так. Я ничего не решаю.

— То есть, сама ты уходить отсюда не хочешь? — клещом вцепляюсь в главное.

Девушка отрицательно качает головой, затем спохватывается и чуть ли не рычит:

— Да какая разница, чего я хочу! Я должна делать, что сказано, иначе здесь я больше не появлюсь. А я не собираюсь никому причинять вред! Лучше уж совсем уйти.

— Кто-то заставляет тебя вредить другим?

На мой вопрос Куджо реагирует неожиданно — громко смеëтся.

— Ишь ты, какой умный! Почему бы тебе в таком случае, Олег, не посмотреть по сторонам? На тех, например, кому наш Нейрофронт поперёк горла? Много интересного узнаешь.

Устало массирую переносицу.

— Было бы куда проще, если бы ты рассказала обо всём прямо.

Куджо мгновенно сникает.

— Не могу, — тихо произносит, уставившись в землю. — Это бы означало, что я выбрала чью-то сторону. Но я не могу никого предать.

Папка сжимает Куджо плечо.

— Если кто-то заставляет тебя делать то, что ты не хочешь, ты не обязана его слушаться! — пылко убеждает он.

Куджо высвобождается из его захвата.

— Семья есть семья, — только и говорит она.

Получается, её семья имеет что-то против Нейрофронта? С чего бы? Я в этом мире толком ни с кем и не знаком… Или кто-то из врагов бывшего владельца этого тела? А вдруг Куджо знает меня в реальной жизни? А точно ли наша с ней встреча в Симулякре была случайной?