"Фантастика 2023-179". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Рау Александр - Страница 154

Гийом относился к этому равнодушно еще и потому, что очень сомневался, что Совет Графов утвердит Антонио Гальбу на этом посту.

Хорхе сломал дворянскую вольницу. За время его правления от королевских солдат, палачей, или магов погибло почти двадцать мятежных графов — наследники их вели себя очень тихо и покорно — и один герцог из трех. Косвенных наследников второго — де Таворы, министр Закона Пабло Катлано сумел объявить недостойными титула. В результате все оказались довольны: и молодая вдова — Мария, и король, ликвидировавший еще одну угрозу.

Третий герцог — Антонио Гальба сын, брат и дядя королей, — не вызывал у большинства грандов теплых чувств — он всегда и во всем поддерживал своего племянника Хорхе. Поэтому, остался единственным из крупных феодалов, кто сохранил часть прежних привилегий, к примеру, личную дружину. Его сторонниками были в большинстве своем бароны и мелкие дворяне, только выигравшие от усиления королевской власти.

Регентство — опасный период. Власти обычно идут на встречу дворянам, покупая их лояльность. Гальба же, наверняка, продолжит политику Хорхе. Графы выберут либо Рамона Мачадо, этот умеет быть нужным всем; либо Агриппу д'Обинье — полководец известный благородным нравом, не станет цепляться за власть, грабить и плодить фаворитов.

За такими размышлениями прошел путь до залы, где собирался Регентский Совет. Заседание началось раньше срока — двери уже были закрыты. Караул усилен. Гвардейцев втрое больше, чем обычно — весь коридор занят. И командует ими не простой корнет или поручик — а сам Эстебан Гангора — правая рука маршала д'Обинье, числящийся гвардейским лейтенантом без роты.

— Доброе утро, сеньоры, — маг поприветствовал солдат, услышав в ответ нестройный гул.

Чародей намеревался толкнуть тяжелые створки, но две алебарды сомкнулись в опасной близости от его лица.

— Извините, Гийом, вы не имеете права присутствовать на Совете, — непреклонно заявил Эстебан Гангора — нелишенный обаяния молодой рыцарь с длинными рыжими усами.

— Шутите? Запретить мне это может только король. А его сейчас, к несчастью, нет.

— Ни коим образом. Это приказ Первого Министра — герцога Гальбы, — боковым зрением маг заметил, как напряглись солдаты.

Конфликта здесь не хотели, но уступать не собирались.

— Гальба еще не регент. А даже если бы и был им, то служить я обязывался только Хорхе.

— Король умер, — с сожалением возразил Эстебан.

— По закону, по закону Камоэнса, — уточнил Гийом, — все обязательства перед монархом действуют еще два месяца — сорок дней — после его смерти. Любое обязательство взаимно. Пропустите меня, Эстебан.

— Не могу, — рыцарь встал рядом с магом, — Ваше присутствие там не желательно.

— Пропустите, или нарушите королевскую волю, — маг упер руки в боки, топорща нарядную мантию яркой зелено-желтой расцветки, — Я все равно войду. Я должен там быть. Мы дрались вместе, вы знаете меня, Эстебан. Подумайте хорошо.

Друг и товарищ Агриппы д`Обинье отступил назад. Алебарды разошлись, пропуская мага к двери. Гийом не обольщался успехом. Эстебан Гангора не испугался, просто увидел, что оснований для драки нет, и не стал лить кровь камоэнсцев из-за политической интриги.

Створки открылись бесшумно. Главные министры, а так же Ангела и Блас Феррейра, сидели за прямоугольным столом на возвышении. Внизу им внимали четыре десятка аристократов и высших чиновников из третьего сословия: командиры полков и губернаторы провинций, высшие дипломаты, законники, второстепенные министры и руководители палат: дорог, лесов, почты, мер и весов. Среде них был и Гонсало де Агиляр.

Все обернулись.

— Приветствую вас! — Гийом поднял руку, — Вижу, стула для меня нет, пошлите слугу. Герцог, не волнуйтесь, я в своем праве — спросите у Катлано, он знает все законы.

Всеобщее молчание не смутило мага, к злобным взглядам он привык.

Во главе стола слева на право сидели трое: Гальба, Ангела и Блас Феррейра, последний по законам обретал важную власть, сменить его до достижения наследником совершеннолетия мог только Совет Графов.

Гийом расположился со стороны Бласа, между Рамоном Мачадо и Катлано, напротив Агриппы д'Обинье и главы Посольского Двора Архенасолы.

Ангела — необычайно серьезная, хмурая и молчаливая — радостно улыбнулась чародею. Он ее не бросил.

— Продолжайте, герцог.

— Откройте окно — воняет! — демонстративно распорядился тот, однако, на этом и остановился.

— Я уже тридцать лет участвую в управлении Камоэнсом, знаю каждую мелочь и каждую сволочь в королевстве, — грубый бас Антонио Гальбы громко разносился по всей зале, — Я не щадя сил и средств помогал любимому племяннику и сюзерену — Хорхе. Клянусь так же верно служить и его сыну — внуку моему. Лишь я могу держать в порядке всех знатных гадов, что уже не раз поднимали головы, я — тот, кто даст отпор Стивену. Этот сукин сын уже возомнил, что с Хорхе умер и весь Камоэнс.

— Мы знаем, Гальба, — улыбнулся Агриппа д'Обинье, отметивший странное спокойствие мага, обычно ярого критика герцогских задумок.

— Хорхе умер. Но глупая лошадь не остановила нашу жизнь, — герцог бросил тяжелый взгляд на мага, — Я быстро наведу порядок. Первым делом — повысим жалование войскам, алькасары после разорения Тронто могут кинуться на нас.

— Эти шакалы быстро привыкают к легкой добыче, — маршал не мог не вставить пару слов о наболевшей теме.

Рамон Мачадо прежде защищавший каждый королевский золотой так, словно платил из своего кармана, кивнул и сделал пометку пером на бумаге.

— Следует так же разобраться с беженцами из злополучного Тронто, — продолжил герцог, — Разместить на королевских землях, записать в подданные.

— Господарь Тронто требует вернуть крестьян, — доложил старик Архенасола.

— Пусть поцелует… — разговорившись, герцог забывал о достоинстве, присущем особе королевской крови, — В общем, знаешь, что написать. Так же отправим новую экспедицию за Жаркий Берег, мой сын Пабло займется ее организацией.

Гальба-младший встал и поклонился, он хоть и очень быстро вспомнил, каково это быть камоэнским грандом, но нужды туземцев забыть не успел.

— Еще нужно назначить нового королевского мага. Гонсало де Агиляр — мой выбор, представлять его вам нет смысла. Ему пройдется разгрести накопившийся мусор, найти убийц товарищей.

Гийом с прежней невозмутимостью слушал Гальбу, изредка бросая осторожный быстрый взгляд на принцессу. Ангела молчала.

— Так же довершим дело со сватовством. Траур, трауром, но его можно переждать и в Далате. Нечего зря гонять послов короля Николы Марковича.

— Венчания не будет! — Ангела храбро перебила будущего регента.

Присутствующие изумленно уставились на нее, забыв о приличиях. Принцесса раньше так открыто не демонстрировала свой твердый характер.

— ЧТО?! — зарычал Гальба.

— Не будет. Я не хочу, — Ангела выдержала его испепеляющий взгляд.

— Да как ты смеешь, девчонка! — возмутился он.

— Следите за словами, герцог! — Гальба дернулся, как от удара хлыстом. Гийом раньше не видел любимую такой: яростной и сильной.

— Я — принцесса Камоэнса. Я сама, а не вы, решаю мою судьбу.

— Хорхе отдал тебя, Марку. Его воля закон. Венчание…

— Я не вышла бы за далацийского принца. Мы с королем разругались перед его смертью, как раз из-за этого вопроса. Не пытайтесь навязывать мне свою волю, Антонио Гальба, — принцесса говорила медленно и четко.

Министры, военные и чиновники, затаив дыхание, ждали развязки конфликта.

— Ничего, я тебя обломаю, — мрачно пообещал герцог.

— Даже и не мечтайте. Вы еще не регент. Даже не временный. Я имею больше прав быть им больше, чем вы!

Заявление принцессы повергло всех в шок. Женщина регент?! Гийом послал Ангеле мысленный посыл: «Любовь моя. Ты просто чудо. Удивила. Не сдавайся».

Принцесса не обернулась к нему, но рука ее, лежащая на столе, сжалась в кулачок.

— В законе не указан пол регента. Ограничений нет, — выдал свой вердикт законник Катлано, проигнорировавший взбешенного герцога.