"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна - Страница 449

— Если бы у вас не выпала пломба, Лиза не пошла бы на собрание «Свободной России» и мы бы никогда не встретились! Так вот, да здравствует стоматология! — провозгласил Влад.

Они с папой пили коньяк, а Лиза с мамой красное вино.

— Лизочка, позволь мне напиться, — поцеловал руку девушке Влад. — Машину я сегодня больше не поведу, к твоим ведьмам мы доберемся и пешком, а по дороге хмель выветрится. Уверяю, тебе за меня не придется краснеть.

— Ну хорошо, — улыбнулась Лиза. Ей и самой хотелось напиться для того, чтобы заглушить какой-то пронзительно-яркий свет, бушевавший в душе.

Часам к шести вечера с праздничным обедом было покончено. Мама и папа сказали, что пойдут прогуляются, а Лиза с Владом удалились мыть посуду. Правда, они больше целовались и перебрасывались всякими намеками, но в результате посуду все-таки вымыли.

— И где твоя спальня? — обнимая Лизу, спросил Влад.

— Ты же пьян, — с напускной строгостью сказала Лиза.

Влад грустно глянул на нее:

— Кажется, с такой женой мне все же придется записаться в трезвенники. Будь добра, налей мне стакан воды.

Лиза повиновалась. Она протянула Владу стакан, тот пошептал над ним что-то и залпом выпил. Вздрогнул, словно от порыва морозного ветра. И тут Лиза увидела, что он абсолютно трезв.

— Лемурийская магия, — пожал плечами Влад. — Кое-что я умею не хуже ведьмы. Так где спальня?

— Вот. Она у меня очень скромная.

— Главное, что в ней есть кровать.

Снова полетело на пол розовое платье, снова были объятия, поцелуи и клятвы. Влад был неутомим и в то же время как-то не по-мужски нежен. Лиза могла поклясться, что видела слезы в его глазах…

Они лежали, прижавшись друг к другу, натянув простыни, и мечтали.

— А я смогу от тебя родить? — спросила Лиза.

— Конечно. Мое семя ничем не отличается от семени человека. И родится не лемуриец, а человек.

— Значит, наш ребенок не будет бессмертным?

— Я смогу сделать его бессмертным, как и тебя.

— Но как? Укусом вроде вампиров?

— Нет, милая. Давай пока не будем об этом.

— Влад, извини, мне надо в туалет.

Мужчина выпустил Лизу из объятий.

— Тебе не будет плохо, пока я буду… гм?

— Давай проверим, — сказал Влад. — Посмотрим, сколько метров вдали от тебя я смогу выдержать безболезненно.

— В квартире восемьдесят четыре квадратных метра, — на всякий случай сказала Лиза и вышла.

Она почти дошла до туалета, как у нее резко заболела голова, затошнило, руки и ноги покрылись липким потом. Лиза вбежала в туалет, и ее тут же вырвало. Ее страшно трясло, в глазах двоилось, в ушах нарастал гул, будто от рева самолетных турбин…

— Влад! — простонала Лиза.

Он уже был тут как тут.

— Лизонька! Тебе плохо?!

— Ужасно! Хотя… Сейчас гораздо лучше. Слушай, а ты какой бледный… Может, мы отравились чем, а?

— Нет. — Влад подождал, пока Лиза приведет себя в порядок. — Мы… Кажется, мы завязались.

— Что?

— Пойдем в гостиную, я попробую тебе объяснить.

Влад натянул джинсы, надел на Лизины дрожащие плечи банный махровый халат, сел на диван и пристроил Лизу у себя на коленях.

— Видишь ли, милая, — начал он, поигрывая прядью ее волос. — У лемурийцев в любви все не так, как у обычных людей. Когда мы встречаем Единственную, камень Лемурии начинает резонировать в такт сердцу, и, если любимая отходит далеко, становится плохо. Кстати, я сейчас, когда ты уходила, действительно плохо себя почувствовал. Голова закружилась, руки задрожали…

— Я понимаю.

— Но вот в чем дело. Если для любимой лемуриец тоже Единственный, она, даже человек или какая другая раса, завязывается на него. Ее нить жизни сплетается с его нитью жизни, и она тоже не может от него далеко отлучаться. Вот.

— То есть я завязана на тебя?

— Получается, что так.

— То есть ты — мой Единственный?

— Опять-таки да. А тебя это не радует?

— Радует, — тихо сказала Лиза. — Но как же мы будем отлучаться друг от друга?

— А зачем нам отлучаться? Будем всегда вместе.

— А на работу как? Тебе в клинику, мне к Верейскому…

— Ну к Верейскому мы уже, кажется, решили, что будем ходить вместе. А в клинику я буду брать тебя с собой. Тем более что тебе два зуба надо пломбировать.

— Ох нет, надо что-то придумать другое! — в отчаянии вскричала Лиза. — Ты не понимаешь! Это же полная несвобода! До туалета не дойти!

— Понимаю, — грустно сказал Влад. — Все-таки ты не рада. Прости.

— Ты ни в чем не виноват. Послушай! А может быть, Юля Ветрова тут что-нибудь придумает? Она настоящая палочка-выручалочка!

— Это губернатор, что ли?

— Губернатор она по велению сердца, а так она ведьма, самая лучшая причем. И еще тетя ее, Анна Николаевна Гюллинг. Вдруг они нам помогут? Чтоб хоть на десяток метров можно было отойти.

— Спросим. Сегодня в полночь?

— Да. Кстати, ты сможешь вести машину. Ты же трезв.

— О да. Лизонька, почему ты такая грустная?

— Я боюсь.

— Чего?

— А вдруг нас разлучат? Какие-нибудь злодеи.

— Вот этого мы не должны допустить.

— Знаешь, когда я была умертвием, у меня были враги.

— Какие?

— Есть такая секта — «Пожиратели трупов». Они поклоняются женскому началу Тьмы, но заодно похищают умертвий и трупы и съедают у них сердце и печень. Самое интересное, что командует ими тоже умертвие. Она своих губит для того, чтобы поддерживать свое существование. Я как-то к ним попала… Есть один тип, Овидий его зовут. Так вот, он сначала противился тому, чтобы я восстала, и хотел у Юли Ветровой забрать мой труп…

— А тебя восставляла Юля Ветрова?

— Да. А потом этот Овидий напал на меня, когда я уже была мертва. Ну в смысле умертвием. Они хотели уничтожить меня…

— Теперь не посмеют. Во-первых, я с тобой, а во-вторых, ты живая. Кстати, ты в подробностях не рассказала мне, как произошло это чудо, что ты из мертвой стала живой.

— Мне было плохо мертвой, одиноко. И тогда я пошла в церковь, чтобы меня там окончательно отпели. Чтобы душа ушла. И когда меня отпевали, и произошло удивительное: душа не ушла, она вернулась в тело. И я зажила новой жизнью.

— А что за священник тебя отпевал?

— Отец Емельян из церкви великомученика Димитрия Солунского.

— Вот что, Лизонька. Мне, как лемурийцу, не положено в православную церковь заходить, так ты возьмешь у меня сколько надо денег и сходишь, свечки поставишь. В благодарность. И на храм пожертвуешь, ладно, милая?

— Конечно. Я, кстати, часто в том храме бываю.

Влад побаюкал Лизу в объятиях:

— Как же мне хорошо с тобой, родная!

— Влад, тебе не кажется, что ты немного сентиментален?

— Может быть. А что в этом плохого? И потом, сентиментальный, сентиментальный, а за тебя любому зубы выбью.

— Стоматолог ты мой!

— О, на самом деле у меня страшная профессия. Чего только не сделаешь бормашиной.

— Влад, прошу тебя!

— Все, все, умолкаю. Кажется, пришли твои родители. Идем одеваться.

Когда влюбленные оделись и сели пить чай с родителями Лизы, Влад сообщил, что отныне Лиза будет жить с ним.

— Понимаете, друг без друга нам физически плохо. Наши жизни связаны. Но навещать вас мы будем.

— Влад, а кто ваши родители?

— Они тоже лемурийцы, живут уже не одну тысячу лет. Мы еще помним времена, когда континент Лемурия был цел. Потом он ушел под вулканическую лаву, и его население рассеялось по всей планете. Нас немного, но мы стараемся никому не мешать.

За разговорами время приблизилось к полуночи. И тут Лиза сообщила родителям, что едет с Владом к ведьмам: Юле Ветровой и ее тетушке.

— Зачем? — удивились родители.

— Мы будем ворожить. А я нужна как практикантка. Влад, милый, ты не против, если я немножечко начну ведьмачить?

— Ну если немножечко, то не против.

В половине двенадцатого наши влюбленные уже ехали к дому Анны Николаевны. В весенних сумерках дом казался зловещим.