"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна - Страница 206

– Мы и сами хотим найти убийцу, который совершенно безнаказанно убивает и калечит фей, – сказала тетя. – Это противозаконно, это бесчеловечно, в конце Концов!

– Феи всегда стояли вне человеческих законов, – отчеканила Герцогиня. – Для людей феи были кем-то, кто ниже их по развитию.

– Так было не всегда! – воскликнула тетя.

– Да. Мы просто хотим вернуть себе то, что отняли у нас века.

– Это уже политика, – сказала тетя. – А ведьмы стараются не касаться политики.

– Да, я знаю, – кивнула Герцогиня. – Но мы и не просим вас заниматься политикой в пользу фей. Мы просим об одном: найдите убийцу и передайте его нам. Ибо от человеческих наказаний оно легко ускользнет…

– Почему вы говорите «оно»? – спросила тетя. – Ведь это «она».

– У этого существа множество лиц. Некоторые феи, которым посчастливилось выжить, говорят о нем вообще как о животном.

– Нам бы хотелось поговорить с этими феями, – начала я, но тетя меня прервала:

– Не сейчас. Ночь уже на исходе. Все нормальные феи спят. А тебе к тому же с утра на работу…

– Да, о работе, – подняла руку Герцогиня. – Как удачно то, что вы работаете в корпорации «Медиум», Юлия. Старайтесь больше наблюдать и замечать. Все феи, которые также работают в корпорации «Медиум», будут сотрудничать с вами. Но не забывайте: они напуганы. Они очень напуганы повторяющейся чередой смертей. Они летели из Голубой страны в Оро вовсе не за смертью. Они верили… нет, до сих пор верят в свою удачу и счастье. Помогите им сохранить эту веру, Юлия.

– Что ж, не только Юля будет заниматься расследованием, – быстро сказала тетя. – Я хоть и не работаю в корпорации, но у меня появилась одна идея. Я поселю под своей крышей несколько фей, например, трех. Буду заниматься с ними музыкой. И вообще дам объявление, что обучаю фей музыке, танцам и хорошим манерам. Убийца не сможет пройти мимо такого объявления и будет кружить у нашего дома. Единственная проблема – поставить хорошую защиту, чтобы убийца не ворвался в тот момент, когда мы не будем подготовлены к его встрече.

– А у вас проблемы с защитой? – спросила Герцогиня.

– Похоже, что да, – сказала тетя. – Получилось так, что защита, которую я ставила, несколько раз нарушалась. В последний раз – когда сестры-феи привели ко мне в дом Май. Я не знала, что феи способны так легко преодолевать магическую защиту типа «изюм».

– Придется нам открыть вам, Анна Николаевна, еще одну нашу тайну, – сказала Герцогиня. – Но обещайте, что не выдадите нас.

– Обещаю, если только это ничем не грозит Оро, – заверила тетя.

– Нет, поверьте, ни Оро, ни даже Толедо это ничем не грозит. А также Общей Ведьмовской Сети, – с легкой улыбкой сказала Герцогиня. – Давайте выпьем еще вина, и я отведу вас поглядеть еще на одну тайну фей.

Мы наполнили кубки и выпили. Вино фей сделало из меня пятнадцатилетнюю девочку. Понимая, что пятнадцатилетней девочкой выглядеть в царстве фей несолидно, я решила глубокомысленно помалкивать и ни в коем случае не хихикать. Иначе меня сразу раскусят и поймут, что никакая я не сильная ведьма, а простой несмышленыш.

Все поднялись из-за стола. Май будто случайно взяла меня под руку (она-то видела, что я пошатнулась). Великая Герцогиня кликнула охрану – не для того, чтоб охранять себя от нас, а для того, чтоб охранять нас. Мы слишком ценные гости, пояснила она.

В сопровождении четырех охранниц мы покинули замок Герцогини. Процессия наша выстроилась таким образом: впереди две охранницы в бронзовых латах и с факелами в руках, следом три ипостаси Великой Герцогини потом моя тетушка, наконец я с поддерживающей меня верной Май и две замыкающие охранницы. Хорошо, что улочки Забытого города были безлюдны, точнее, бесфейны, а то бы мы наверняка вызвали общее изумление. Особенно я. Мое ребячество проявлялось в том, что я постоянно меняла свет (именно свет, а не цвет!) глаз. То сверкала золотым блеском, то мои глаза наливались пурпурным огнем, то изжелта-зеленой бледностью. Май смотрела на это безобразие и тихо испуганно ахала. А я успокаивала ее несвязными выражениями типа «фсенрмно» и «фсептём». И я ведь не пьяная была! Ну не пьяная же!

Мы прошли улицу, переулок и оказались в небольшом тупичке, заложенном ветхой кирпичной стеной. По правую сторону от стены кренился весьма симпатичный домик, выстроенный, как мне показалось, из бамбука. Над дверью висел красный китайский фонарик.

– Постучитесь, – велела Герцогиня одной из охранниц. – Только деликатно. А то знаю я вас, как вы грохаете…

У охранниц немедленно сделался вид несправедливо обиженных. Одна из них аккуратно постучала в фанерную дверь, на которой темнел непонятный завиток. Что-о? Протрезвись, Юля! Это не непонятный завиток, это иероглиф «добро пожаловать»! Дело, кажется, проясняется…

После того как охранница постучалась, с минуту было все тихо. Затем над нашими головами налился ярким светом шелковый фонарик с золотистой вышивкой.

Дверь отъехала в сторону. За ней… Да, я ожидала чего-то подобного. На это они все мастера.

Помещение изнутри было куда больше, чем снаружи. Оно освещалось цепочками золотистых фонариков, протянутых под потолком. Было светло как днем и пахло мандаринами.

Мы все, за исключением охранниц, вошли и заоглядывались по сторонам.

– Великий Ли Пин, явись нам! – воззвала Великая Герцогиня.

С потолка посыпались розовые лепестки.

– Волшебник! – благоговейно прошептала Май.

И тут в воздухе возник первый иероглиф. Был он алого цвета и приятно светился.

– Смиренный», – прочла я. – Это иероглиф «смиренный».

Иероглиф исчез. На его месте появился другой – голубой как небо.

– «Мастер», – сказала я, напрягая память и вспоминая уроки Чжуань-сюя. – «Мастер драконов».

Иероглиф растворился легкой дымкой. За ним появился следующий – цвета лаванды.

– «Стыдится» или «стесняется», – немедленно сказала я, потому что этот иероглиф был мне хорошо знаком. – У этого иероглифа двоякое значение. Примем за основу «стесняется».

И тут в воздухе начертался с легким шипением последний иероглиф. Был он серебряного цвета, и по нему пробегали радужные сполохи.

– «Небесные чиновницы», – прочла я. – Так переводится этот иероглиф. Но я знать не знаю, кто. такие эти «небесные чиновницы».

– Плохо ты изучала литературное наследие Китая, – с Упреком сказала тетя. – «Небесными чиновниками» называли богов, героев, а также высокоодаренных людей.

– Почтеннейшая совершенно права, – раздался из воздуха звонкий, чуть дребезжащий голос. – Да уподобятся ее мысли Источнику Восходящей Луны, а деяния – водопаду Хуангуошу!

– Я была как-то на водопаде Хуангуошу, – прошептала тетя. – Божественное зрелище.

– Учитель! – меж тем воззвала Герцогиня. – Явитесь нам, ибо мы пришли не соревноваться в гордыне, а просить вашего совета.

– Медведь пришел к ворону просить совета, – раздался все тот же дребезжащий голосок. – «Зачем тебе совет, ты и так слишком велик», – сказал ворон медведю.

– Учитель! – терпеливо сказала Герцогиня в третий раз. – Твои смиренные рабы просят тебя.

И тогда он возник из пустоты. Нет, это была не магия, это было что-то иное, чего я определить не могу. Он выглядел как согбенный годами старик и одновременно – как прекрасный сильный юноша и в тот же миг – как младенец со сверкающими мудростью глазами. В руках он держал палочки для гадания.

– Даос, – выдохнула я. – Настоящий даос. Святая Вальпурга, спаси и сохрани нас!

Старец (старческого в его обличье все же было больше) живо обернулся ко мне:

– Ты, юная и прекрасная, как принцесса провинции Гуйчжоу, зачем просишь свою святую о защите? Ты должна сама стать защитой. Не проси напиться, напои сама!

Наши глаза встретились, и мне показалось, что я нахожусь под тем самым Всевидящим оком. Хотя нет, чушь, конечно. Просто это даос. Монах, в совершенстве овладевший древними китайскими духовными практиками. Он может останавливать реки взглядом, словом воспламенять дерево, прикосновением пальца убивать или исцелять. Посох в его руке – это и разящий меч, и стило для написания древних иероглифов. Даос может летать по воздуху, но не так, как мы, ведьмы. Он может делать все, что делают маги, но при этом он не маг. Вот в чем чудо… Говорила я себе: съезди в Китай, поучись тому, как умные люди живут! Ну ничего, может быть, еще съезжу.