"Фантастика 2023-178". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Первухина Надежда Валентиновна - Страница 167

– Кто?

– Мой бывший муж Игорь, – чуть торжественно объявила Ирина. – Он поклялся отомстить тебе за то, что ты его превращала в стиральную машину.

– Да ладно тебе…

– Я точно говорю! Я один раз подслушала его разговор с друзьями. Он просто клялся, как настоящий террорист, что тебя убьет, а меня покалечит. После этого я бежала из квартиры в другой район города, живу у родственников. Я давно хотела тебя предупредить, что мой бывший совсем спятил и ищет тебя, чтоб убить.

– И каким же образом он собирается меня убить? – спросила Юля у Ирины. – Ты не в курсе?

– Конечно, в курсе, – зашептала Ирина. – У него дробовик.

– Дробовик?

– Да. От деда остался. Хранится, конечно, нелегально, сама понимаешь.

– Тогда не сходится.

– Что не сходится? – Глаза у Ирины сделались круглые и блестящие.

– В меня сегодня стреляли. Только не дробью, а пулей. Или пулями. Так что за мной охотится кто-то еще и помимо твоего бывшего мужа.

И Юля принялась смеяться. Смеялась она негромко и как-то автоматически. А отсмеявшись, сказала:

– Вот видишь, Ирина, как плохо быть злой ведьмой! За тобой начинают охотиться все кому не лень. И как выжить в такой обстановке? Как подругу при этом познакомить с шикарным женихом-вампиром?

– Святые угодники!!! Юля, тебе надо где-то спрятаться.

– Наивно.

– А перед этим пойти в милицию и написать заявление о покушении.

– Еще наивнее. Ирина, того, кто на меня покушается, милиция разыскать не сможет. Нет, твоего муженька с дробовиком они еще, возможно, и поймают, но это не настоящий убийца. Настоящий убийца, он…

– Что?!

– Он из мрака, – передернувшись, сказала Юля. – Из мрака и крови невинных… Он дышит адом. Послушай, Ирина…

– Да?

– Выведи меня из библиотеки черным ходом. У вас ведь есть?

– Конечно.

– У библиотеки меня ждет тетя со своей тачкой. Я хочу убедиться, что с ними все нормально.

– Понятно. Ну, я думаю, твоя тетя себя в обиду не даст.

– Как сказать.

Ирина вывела Юлю из библиотеки через служебный выход. На заднем дворе библиотеки рос густой кустарник; акации, тополя, клены толпились, словно поклонники на концерте перед сценой. Словом, можно было проскользнуть незамеченной.

– Пока, – сказала Ирине Юля. – Спасибо тебе. Я еще найду тебе жениха.

– Женихи – это все ерунда. Береги себя.

– Постараюсь.

Юля обошла библиотеку с тыла и вышла к стоянке. Еще издалека она заметила тетин «БМВ» с его знаменитым на весь Щедрый цветом «взбесившийся красный». Тетя стояла у машины со стороны сиденья водителя.

– Анна Николаевна! – махнула рукой Юля, находясь в каких-то пяти метрах от машины.

– Юля! – обрадовалась Анна Николаевна. – Скорей в машину, не медли на улице, едем домой!

И Анна Николаевна села в машину, включила зажигание…

Юля сделала шаг…

И увидела, как «взбесившийся красный» будто вспух изнутри и разорвался багрово-желтым облаком огня.

Взрыва Юля не услышала – ей заложило уши. Но взрывной волной ее отнесло на несколько метров и забросило в кусты дикой малины.

Покореженный «БМВ» взлетел в воздух, перевернулся и рухнул на асфальт, разбрасывая огненные лоскуты. Послышались крики и позже какой-то вой. Стало понятно, что это воют сирены пожарных, милиции и «скорой помощи».

Но этого Юля не слышала. Ее сознание снова милосердно отключилось. На девушку навалилась тьма, повелевающая не дышать, не видеть, не слышать.

– «Тетя», – только и успела подумать Юля.

…Она стояла по колено в пепле. Черном, жирном, холодном пепле. Потом она поняла, что этот пепел – ее собственный, что она сгорела, сгорела вместе с тетей в машине. Ведь взрыв был чудовищным, он никого не мог пощадить. И теперь она стоит по эту сторону смерти и не может ни заплакать, ни взмолиться о пощаде. Ведь смерть – это полное молчание. А еще – отсутствие всяких ощущений. Только пепел. Пепел побеждает всегда.

– Я в аду, – беззвучно сказала она и тут увидела, как пепел принимается кружиться, словно в аду заработал мощный вентилятор. Пепел кружится все сильнее и образовывает из себя фигуру – того самого загадочного противника в плаще, у горла блестит брошь в форме знака бесконечности.

Существо распахивает плащ, и Юля видит меч. Даже здесь, во мраке ада, видно, как по мечу скользит багряный свет.

– Сразись со мной и умри, – шипит чудовище.

– Я уже умерла, – говорит Юля, и тут…

Нет, этого не может быть.

Ведь мертвые ничего не слышат!

А Юля слышит. Она слышит спокойную и нежную песню флейты. Под эту песню хочется и плакать и смеяться, эта невыносимая для сердца мелодия ласкает не только слух. Она заставляет поблекнуть и исчезнуть чудовище с мечом. А пепел, взметнувшийся было, успокаивается и выстилает в пустоте узкую тропинку, чуть светящуюся, словно асфальт после дождя.

И Юля понимает, что ей надо идти.

Она делает шаг…

– Тише, – слышит она шепот и не может узнать, кто шепчет. – Похоже, она приходит в себя.

Шепот прав. Юля действительно приходит в себя. Ад отступает. Юля открывает глаза и словно приказывает ожить всем своим ощущениям. Ощущения, посуетившись, доносят ей вот что.

Юля лежит в совершенно незнакомой комнате, по всему – гостиной, на диване. Напротив дивана большое панорамное окно, и можно видеть, как закатное солнце проводит своим багровым лезвием по кронам деревьев. Закат. Сколько времени прошло с тех пор, как взорвалась машина?

Взрыв снова оживает в Юлиной памяти. От этого она вздрагивает и садится на диване. Этот резкий переход из горизонтального положения в почти вертикальное не проходит для Юли даром – боль просверливает ей шею и голову.

– Но если болит, значит, я еще жива, – едва слышно бормочет Юля. И слышит:

– Юля, не вскакивай, ты еще слаба.

– Я в порядке, – сказала Юля и подняла разваливающуюся от боли голову.

Перед нею стояли Данила и Катя. У Данилы в руках была флейта (так вот откуда лилась божественная мелодия!), а фея держала стакан с какой-то жидкостью. Катя подошла к Юле, пристроилась у ее ног и протянула стакан:

– Выпей, это придаст тебе силы. Это лекарство.

– Амфетамин растворимый? – нашла в себе силы пошутить Юля. – Ничто другое меня сейчас на ноги не поднимет.

– Это живая вода, – серьезно, даже чересчур серьезно сказала фея Катя. – Из родника, о котором знаем только мы, феи.

– Такой водой оживляли покойников в сказках?

– Да. Пей.

– Но я же не покойник!

– Ты ничем не лучше покойника, – вмешался в разговор Данила и тоже присел перед Юлей на корточки. – Ты бы себя видела. Поэтому пей давай.

Юля взяла вялыми, непослушными руками стакан и сделала глоток. Вода оказалась удивительно вкусной, и Юля махом осушила стакан. И поняла – ей действительно легче, из головы исчез отбойный молоток, который до этого методично раскалывал черепную коробку на куски. Сознание прояснилось, стало свободнее дышать и вообще воспринимать мир.

– Спасибо, – сказала ведьма Юля фее Кате. Та удовлетворенно кивнула.

– Я тебе еще травяные примочки на синяки сейчас сделаю, – заторопилась фея. – Все пройдет моментально.

– Синяки подождут, – сказала Юля. – Где я?

– У меня дома, – ответил Данила. – Мы с Катей перенесли тебя. Ты была без сознания.

– А твой дом недалеко от библиотеки?

– Да. В квартале.

– Тогда я быстро дойду.

– Юля, куда ты собралась?

Юля посмотрела на Данилу больным взглядом:

– Там же тетя погибла, Данила! Я должна видеть это место. Я хочу.

– Там сейчас полно милиции, все оцеплено. Никто тебя близко не подпустит.

– Моя тетя погибла, да? – Юля говорила и не могла удержать слез – они лились и лились сплошным Ниагарским водопадом. – Моя тетя погибла из-за меня.

– Юля, успокойся.

– Я спокойна. От нее хоть что-нибудь осталось?

– Там работает экспертиза, но ты же понимаешь… Взрыв был такой мощности…

– Я понимаю. Этот взрыв должен был достаться мне. А достался ей.