Вояджер 2 (СИ) - Карачёв Алексей Александрович - Страница 47

Почему-то помнилось, что меня несли долго, час, не меньше. На самом деле расстояние между кораблями, по прикидкам, едва превышало километр. Оценить размеры «Веясандара» я успел, ещё гуляя по Луне в прошлой жизни. Списать на обман зрения не получится. Не окольными же путями меня несли, будто специально удлиняя маршрут? Да вон и следы видно.

Дно кратера было покрыто травой высотой примерно по колено. Деревьев и кустарников здесь не росло. И что мне это даёт? Очень интересное предположение: «Вояджер-2» либо столетиями лежал здесь под прикрытием невидимости, либо очутился тут недавно. Ну не могли же мадрибцы пропустить такой артефакт! Это не схрон орденцев в густом вековечном лесу, это — открытое всем ветрам пространство. За сотни лет даже случайно можно было упереться в невидимое препятствие. Кратер очень приметная вещь, чтобы его не изучать. Да хотя бы для определения природы появления. Ага, от падения корабля.

Наверное, после посадки «Жемчужины» здесь должна оказаться запертой в ловушке куча всяческого зверья, но куцые автономные возможности скафандра не показывали ничего такого, теплее, чем окружающее пространство. Странно. Будто «Вояджер-2» специально распугивал животных, как поступают люди с крысами, используя ультразвук. В копилочке пополнилось.

Надеюсь, что найти место падения будет несложно. Во-первых, там отсутствовала трава — ну должен же я был её заметить, когда появился Иштвар, во-вторых, десятки трупов мадрибцев дадут ещё более точный ориентир. На последнее я не сильно рассчитывал, так как скорость заражения заметно отличалась в большую сторону по сравнению с основной эпидемией. Судя по всему, счёт шёл на часы. И тогда тела мадрибцев могли исчезнуть буквально через час, а не спустя несколько месяцев.

Ну и в-третьих, искать надо ровно над той большой дырой в потолке. Большой рваной дырой на белоснежном теле «Жемчужины».

На всякий случай я всё же повысил уровень защиты у скафандра. Вдруг животных нет не по непонятной таинственной причине, а оттого, что кто-то опасный живёт под землёй, охотясь на слишком громко ступающих жертв. Бояться надо за самого себя, а мёртвые не ходят. Кроме зомби, конечно.

Шёл я не особо торопясь — бег уже ничего не изменит и ничем не поможет. «Вояджер» медленно увеличивался в размерах. Примерно на середине пути я остановился и обернулся назад, чтобы оценить взаимные размеры кораблей. Что ж, моя малышка была раза в три-четыре меньше этой огромной сигары. Четырёхсосисочная теория себя не оправдала: внутренности скрывались под ничем не примечательным цилиндром. «Вояджер-2» не хотел походить ни на один из известных мне кораблей. У меня даже возникла идея, что если теория о соединении верна, то к этой палке отлично подойдёт наконечник в виде «Веясандара». Такое космическое разящее копьё. Символично.

Дыра в потолке, очевидно, была размером с мой корабль, который лежал почему-то в стороне, а не ровно под ней, если бы просто упал сверху. Хм, неужели Гарза каким-то образом без драйверов смог подключиться к двигательной установке? Нет, ответ, скорее всего, более простой: это действия второго корабля. Но тогда почему же внизу под дырой нет травы?

На голой проплешине лежали тела. Ещё плохо различимые с большого расстояния, но они точно были и никуда не исчезли и не разложились. Конечно, понять, сохранилось ли хоть что-нибудь от Женьки, невозможно. Но чем ближе подходил, тем сильнее было желание побежать. И несмотря на его абсолютную бессмысленность, я всё же поддался эмоциям и стартанул, словно на стометровку. Подземный житель так и не появился.

Вбежав на проплешину, я едва не упал, запнувшись о некстати подвернувшееся тело мёртвого мадрибца. Тот умудрился приземлиться прямо на границе травы и пустого пространства. Буквально полметра в сторону и была бы для заражённого отличная мягкая подстилка. Всё равно не помогло бы — высота до дыры в «потолке» приличная.

Чертыхнувшись для порядка, я начал осматривать ровный, лишённый растительности круг, хорошенько усыпанный телами. Мадрибцы, мадрибцы, мадрибцы… Двадцать шесть. Женьки среди них нет. Что ж, этого стоило ожидать. Я ещё раз оглядел место нашего падения, на всякий случай, удостовериться. Ну мало ли что. Ничего. Затем прошёлся по периметру в надежде, что мой друг упал в траву. Одежда-то должна сохраниться.

Нашёл ещё один труп мадрибца. Погоди-ка, что-то он странно лежит, из травы видать только пузо. Быстрым шагом я подошёл к птичке. Женька! Это надо же так было совпасть: заражённый упал точно на моего друга! Я ухватил мадрибца за ноги и оттащил в сторону. Сердце колотилось. Он не исчез, не растворился. Лежит себе отдыхает.

И правда, на первый взгляд, Женька не выглядел мёртвым. Прошло, пустота знает, сколько часов, а он как будто просто спит. Обычный цвет лица, ни следов порезов, гематом, ран и крови — запёкшаяся на комбинезоне не в счёт. Я встал на колени, приложил правое ухо к Женькиной груди и прислушался. Бьётся! Сердце бьётся! Выходит… выходит, он тоже полностью регенерировался. Не разложился на составляющие, как и должно быть. Должно ли? По крайней мере, развитие событий хоть и отличалось быстротой, но в общих чертах совпадало с прошлым применением синей жидкости. Что-то изменилось: то ли средство немного другое, то ли ещё нечто мне неизвестное.

Я попытался разбудить Женьку, но тот никак не реагировал. Вот тебе и ещё одна особенность. Восстановилось тело, а как с мозгом? Умер? Способна ли регенерация остановить процесс разложения столь хрупкой вещи? Что если сейчас там, под черепной коробкой, лишь имитация, способная поддерживать только основные функции организма, но мёртвая с точки зрения наличия разума? Ну вот зачем сразу о плохом? Притащу в стазис-капсулу, а там посмотрим. Впрочем, а я сам, когда очнулся в темноте, в каком был состоянии? Ответить могут только арайцы, но их тут не наблюдается.

Выбор, куда нести, не стоял. Придётся возвращаться обратно, там, по крайней мере, ситуация более-менее ясная. «Веясандар» же хоть и лежал вверх тормашками метрах в ста от меня, но за его рабочее состояние я абсолютно не был уверен. Можно, конечно, предположить, что системе искусственной гравитации всё равно, в каком положении находится корабль, однако радиомолчание лишь подтверждало теорию о полном отсутствии энергии на борту. Слава пустоте, не тотальное уничтожение, глядишь, удастся подзаправить. Да уж, мы только и хотели добыть топливо после попадания сюда, но, видимо, судьбе понадобилось нас перед этим основательно помучить. И конца и края приключениям не видно.

Я глянул на Женьку, потом на «Веясандар». Желание унести друга на второй корабль прямо сейчас боролось с желанием проверить «Вояджер». А ну как там Гарза просто «забаррикадировался» от внешнего мира и никакого отключения энергии нет?

Вокруг стояла мёртвая тишина. Ветра нет, станция не гудит, корабли молчат, мадрибцы не спешат вгрызаться в горло, корфу тоже где-то подзастряли. Про животных уже упоминал. За то время, пока я лежал в стазис-капсуле, ровным счётом ничего не произошло, за исключением регенерации Женьки. Станция не взорвалась и вряд ли сделает это в ближайшие полчаса. Заражённые мадрибцы тупо разобьются, если рискнут повторить свои предыдущие попытки снова научиться летать.

Ну разве что сюда пробьётся десант корфу. Я посмотрел наверх. Высоковато, но боевые скафандры ящеров вряд ли уступают по эффективности виденным мною у команды Самерха. Спустятся без проблем. Но в ближайшие ли полчаса? Мне нужно нормальное оружие. Подобранный Женькин пистолет годится только против незащищённых или слабобронированных целей. Жив там Гарза или нет — это ещё по воде вилами писано, а хороший автомат может понадобиться в самое ближайшее время. И как раз такой есть на «Вояджере».

Если придётся запускать процесс восстановления Женьки в стазис-капсуле второго корабля, то нужно будет обороняться в случае нападения. Скафандр военного образца — дело хорошее и даже замечательное, но и у него ресурс ограничен: долго отбивать широкой грудью летящие пули не удастся, а надеяться только на пистолет или на запертую дверь в случае военных идея заведомо провальная. Это вам не гражданские с «Аресты». У десантников наверняка есть что-нибудь зверски мощное для преодоления препятствий.