"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Хорватова Елена Викторовна - Страница 552

Тысячу лет назад один из придворных магов орибанского царя Шасты случайно открыл, что кровь дракона в смеси с некоторыми веществами может продлевать жизнь человека на десятки лет и излечивать тяжелые болезни. Вскоре об этом стало известно по всей империи. Смотри!

Над столом завертелся бледный шар, в котором одна за другой менялись картины. Крепкие загорелые люди в чешуйчатой броне грузят на телеги, запряженные могучими конями, огромные копья со стальными зазубренными наконечниками, тяжелые мотки тетив, детали метательных машин. В этой толпе до зубов вооруженных людей угадываются представители разных рас – смуглые и черноволосые орибанцы и геламцы, светловолосые лаэданцы и роширцы, коренастые гномы, даже сиды с их странной таинственной красотой. И на всех языках мира звучит одно и то же слово: «Драконы!»

– Драконы были неуязвимы для оружия охотников, их защищали скорость, сила, живучесть и прочная чешуя, а еще мощная магия, – говорил Маджари, – но вот их потомство оказалось для охотников легкой добычей. Маги выяснили, что кровь драконыша еще более целебна, чем кровь взрослого дракона и платили за нее огромные деньги…

Хейдин и без пояснений азорийца мог видеть в шаре эту «охоту». Вооруженные охотники с азартными криками били только что вылупившихся детенышей тяжелыми цепами по головам, сокрушали секирами чешую и ребра, чтобы добраться до сердца, ибо, как говорили им маги, именно в самом сердце скрывается лучшая часть драконьей крови. Разоренные гнезда, разбитые яйца, изуродованные тела драконышей, забрызганные кровью и мозгом скалы и камни – и горящие алчным безумием глаза охотников, уже подсчитавших в уме стоимость добычи, те многие сотни золотых имперских ноблей, что заплатят им за их кровавые трофеи.

– Неужели драконы не пытались защищаться?

– Пытались. Они уничтожили не одну ватагу охотников. Но ты знаешь, Хейдин – люди умеют ждать своего часа. Людей, ищущих крови дракона, были тысячи, а драконов – мало. Последний дракон был убит в горах Иллииа на севере Таории через сто пятьдесят лет после начала этого безумия, лет пятьсот назад. Но люди были наказаны за это преступление; со смертью последнего дракона магия Огня и Золота исчезла, и кровь дракона перестала исцелять. Более того, для людей она стала страшным ядом. Равновесие Сил рухнуло.

Исчезновением драконов воспользовались те, кто не получил при разделе Сил магических способностей. Черная магия "заполонила империю. Народы больше не соблюдали ограничений. Начались Северные войны между сидами и людьми. Люди применили против сидов «полную войну», начали беспощадно вырубать и жечь леса. В ответ сиды вывели каний, псов-людоедов. Люди заставили гномов ковать себе оружие, сиды же натравили на гномов диких карликов-горглинов. Война охватила всю империю, в ней погибли тысячи и тысячи жизней, целые области пришли в запустение.

– А где были Воины Свитка?

– Они пытались помочь. Но все их внимание было привлечено к порождениям Темного мира – тем, кто воспользовался исчезновением Равновесия. Появились новые виды магии, самым страшным из которых стала Магия Луны и Крови. Она породила вордланов и прочих страшилищ. Орден сражался с тайными братствами черных магов, и эта борьба шла годы и годы. Мы покончили с нечистью, но это стоило нам таких потерь, что Воины Свитка потеряли все свое былое могущество.

Хаос был остановлен, хотя былой гармонии возродить так и не удалось. Вордланов, тэргов. чудовищных животных, все эти порождения злобного разума и магических экспериментов удалось частью уничтожить, часть загнать в такие глухие места, где они передохли сами. Еще несколько десятилетий Воины Свитка с грехом пополам охраняли мир от потрясений. Но случилось то, чего никто не мог ожидать…

Глава вторая

Любопытное утреннее солнце заглянуло за тяжелые пурпурные занавеси в огромную роскошную опочивальню императора. Шендрегон Первый, Двадцать Восьмое Воплощение Света, девятый император Запада и наследный принц Востока, проснулся. В следующую секунду справа от императора с улыбкой на губах открыла глаза золотоволосая Тасси, а слева сладко потянулась чернокудрая Вирия. Обе девушки проснулись давно, но хороший топ требовал от них продемонстрировать императору, что они не только спят, но и просыпаются вместе с ним.

– О государь! – Тасси умела говорить замирающим от восторга голосом, ибо до того, как попасть в Красный Чертог, была актрисой. – При свете зари вы еще прекраснее, чем при лунном свете!

– Государь, вы божественны! – добавив в голос страстной хрипотцы, промурлыкала Вирия. – Как светятся в лучах солнца ваши золотые волосы! Прикосновение к вам наполняет мое сердце восторгом.

Шендрегон сложил губы в снисходительную улыбку. Он и без девушек знает, что красив. Даже ручной леопард, привязанный к золотому столбику в углу комнаты, это знает. Наложницы хотят ему польстить – это их обязанность. Они обе хорошо вышколены, эти красотки. И воспитаны. Наверняка им уже попались на глаза стихи придворных поэтов, в которых его сравнивают с богом, на все лады воспевают золотые кудри императора, голубые очи императора, божественное лицо императора и не менее божественную стать императора.

Что ж, они правы. Единый возлюбил императора Шендрегона, как никого. Он дал ему все, что может иметь человек. Император молод, прекрасен, здоров и правит самой могущественной державой, какая когда-либо существовала под солнцем. В его армии пятьдесят тысяч воинов, его сокровищницы полны золота, с ним снят самые красивые женщины со всего мира.

– Что снилось Украшению Мира? – проворковала Тасси, приподнявшись на локте.

– Ты, – Шендрегон стащил с девушки атласное расшитое золотом одеяло, обнажив ее восхитительные формы. – Воистину, нам даровано блаженство, когда мы видим тебя.

– А меня мой повелитель разве не рад видеть? – Вирия сама скинула с себя покрывало, соблазнительно заводя руки за голову и улыбаясь.

– Мы всегда рады тебе так же, как и твоей подруге, моя сладкая. Мы довольны вами обеими. И нам очень трудно решить, какая из вас красивее. Вы славно развлекли нас этой ничью.

– Повелитель хочет еще чего-нибудь? – Тасси как бы невзначай положила руку на низ живота Шендрегона.

– Мы посмотрели бы спектакль, где две актрисы предаются любви. Нам нравится наблюдать за линиями ваших тел.

– К услугам императора, – Тасси обошла ложе и легла рядом со своей товаркой, которая тут же заключила ее в объятия.

Шендрегон, сменив ложе на большое кресло, наблюдал за любовной возней двух девушек, которые стонали и вскрикивали так преувеличенно громко, что ручной леопард в углу поднял морду с передних лап и недовольно заворчал. Но императору зрелище нравилось. Девушки были восхитительны. Среди его наложниц немало красавиц, но Тасси и Вирия почему-то особенно нравились Шендрегону, особенно когда они вместе – такие разные, как день и ночь. Ослепительная синеглазая блондинка Тасси и грациозная темноглазая и темноволосая Вирия. Кого из них предпочесть? Какая из двух будет первой?

– Скажи нам, Тасси, – сказал он, отвернувшись от девушек, чтобы поиграть с леопардом, – ты любишь нас?

– Так, что и не выразить, повелитель, – ответила несколько сбитая с толку неожиданным вопросом девушка.

– А ты, Вирия?

– Как небо и солнце, повелитель.

Шендрегон заметил, как дрогнули голоса обеих наложниц. Они испуганы, ясное дело. Даже не глядя на них, он это понял.

– Мы не угодили нашему повелителю? – первой опомнилась Тасси.

– О, нет! Ваша игра доставила нам массу радости. Мы лишь хотим знать, насколько вы нам преданы.