"Фантастика 2023-176". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Хорватова Елена Викторовна - Страница 1319

Эльхант отошел и сел посреди каверны — два шага до стены, два — до края. Дождь шелестел по балкону, темно-серая стена воды стояла, будто прозрачный монолит. Обруч лежал на земле. Агач откинулся назад, чуть не ударившись головой о стену, лег, согнув шею, закрыл глаза и обхватил себя руками. Так он лежал долго, пока не промерз до костей, после чего вновь сел и решительно схватил обруч.

И вновь от золотого круга по пальцам, кисти, локтю, плечу прошла дрожь — но теперь слабее, будто эхо той, первой бури. Когда тело успокоилось окончательно и волны озноба перестали сотрясать его, Эльхант наконец смог рассмотреть обруч внимательнее. Никаких узоров, кроме одного, в виде креста с углублениями на концах. Септанта вознамерился было надеть круг на голову, но передумал. Положив его, шагнул к краю, вернулся, ткнул обруч ногой. Тот лежал на земле, слабо поблескивая золотом. Агач поднял Око, просунул руку и нацепил на плечо, будто ремень сумки. Опустившись на колени, достал из-под охватывающей торс ткани кожаный квадрат, расстелил его… материал совсем истрепался, угол с нарисованной фигуркой болтался на тонком лоскутке. Септанта расправил кожу и замер, вглядываясь. Провел пальцем по линии от одного сетчатого пятна до другого, нарисованного вверху. Сунул обратно, подхватив кэлгор, встал на краю. Дождь шел. Фигуры уже исчезли: путники достигли конца долины. Эльхант посмотрел на неровный каменный склон, тянувшийся от каверны дальше, на трещины и выступы, мокрые, скользкие от влаги, и решил, что спускаться, во-первых, опасно, а во-вторых, долго. Но медлить было нельзя — он полез вниз.

Если бы дождь не закончился, Лана ни за что не услышала бы шаги. А так она успела крикнуть: «Берегись!» — и тут же дюжина солдат забряцала оружием. Орхар, крякнув, схватился за цеп; Кучек грузно развернулся, поднимая серп на длинном древке. Амазонка первой расслышала шелест, потому что остальные с изумлением глядели на разрушенную громадину, напоминающую деревянную рыбу с прогнившими боками и переломанными ребрами, что лежала, вдавившись в склон. Сквозь дыры виднелись гроздья истлевших канатов, реи, переборки, ступени искореженных лестниц, доски и трава.

Оружие поднялось — и опустилось, когда Орхар выкрикнул:

— Ха, дукс!

Он сделал шаг навстречу фигуре, что соскользнула по заросшей мокрым папоротником земле вдоль проломленного тулова «рыбы». Ухмыляясь, солдат поднял руки, будто собирался обняться, но передумал и лишь произнес:

— Рад видеть в здравии, дукс-агач!

— Как ты выжил? — спросил Септанта, останавливаясь перед Орхаром и при этом искоса глядя на солдат, опустивших оружие. — Я думал, ты погиб вместе с остальными.

— Эльхант! — донеслось сбоку.

— У дупле схоронился, — пояснил Орхар. — Тамось дуб, под самой стеной этой, воющей, я в него…

Септанта хлопнул Орхара по плечу и шагнул навстречу амазонке, которая быстро поднималась по склону.

Лана остановилась в шаге от агача. Кучек, положив древко серпа на плечо, затопал к ним, давя папоротники.

— Что вы тут делаете? — спросил Эльхант.

— Мы искали тебя. Я поругалась с отцом. Его поступок был бесчестен. Мы… мы кричали друг на друга. Сегодня утром я ушла, сказала, что тебя надо отыскать, тебя или твое тело, в Корневище… Он послал за мной солдат и Кучека. Не чтобы задержать, а чтобы они шли со мной. Как ты оказался здесь?

— Где войско?

— Мы лишь этой ночью добрались до Горы Мира. Они там, — амазонка показала в сторону Предела Воды. — Начали подниматься по северному склону. Эльхант, ты должен знать: отец…

— Воевода послал меня в Корневище, потому что так велели друиды, — перебил агач. — Я уже знаю, оллам сам сказал мне. Я упал в колодец, дальше… — он быстро глянул на подошедших солдат. — Там подземные коридоры и река. Поток, текущий под Гору. Ну а здесь я выбрался и…

— Это что? — скрипнул Кучек. Толстая рука поднялась, указывая на обруч.

— Нашел под землей, — ответил Септанта и вновь обратился к Лане: — Значит, войско поднимается…

— Что еще случилось с тех пор, как я отправился в Корневище?

— Эй-но, дуксы, а пойдемте-ка вон туда… — подал голос Орхар, показывая на деревянную громаду. — Наново каплить принялось, чего мокнуть?

— Овейн, Нид, охраняйте, — велела амазонка, ныряя в один из проломов.

Голем остался на склоне, двое эльфов спустились, шелестя папоротником, остальные последовали за амазонкой.

Все солдаты присели возле пролома, Эльхант же, не оглядываясь, пошел дальше, перешагивая через обломки и перебираясь через кучи земли. Здесь было сумрачно, серый полусвет сочился из прорех и щелей. Отойдя на такое расстояние, чтобы солдаты не услышали голосов, Септанта обернулся — Лана шла следом.

— Что произошло, пока меня не было? — повторил агач.

Амазонка остановилась, глядя ему в глаза. Дождь наполнял обширное пространство тихим стуком и шелестом.

— Мы прошли через три выжженных селения, — ответила Лана негромко. — Но не увидели ни одного трупа. Их всех утащили, унесли под землю или…

— Или оживили. Вернее, превратили в мертвоживых солдат.

— Да. Наверное. Мы не знаем. Полдюжины филидов присоединилось к нам в дороге, но друиды так и не появились, ни одного…

— Они все мертвы. Тот, кто правит мракобестиями, появился из жертвенного колодца. Он…

— Орхар рассказывал… И Брислан тоже?

— Даже он не смог справиться с Повелителем Праха. Друиды хотели принести меня ему в жертву, они решили, что это — Мадред.

— Но это был не он? Септанта качнул головой:

— Не знаю. Может быть. Какая разница?

— Какая разница? — Лана с удивлением воззрилась на него. — Вечный! Как мы можем противостоять…

— Противостоять можно всему. Всем. Нет, я не думаю, что он Вечный. У него два глаза. И Лучшая Песня сказал, что это не так, потому что…

— Лучшая Песня? Так он… Что делал старец в Корневище? Эльхант, что там произошло?

Септанта помолчал, глядя мимо ее плеча, затем сказал:

— Драэлнор появился во время Map Ани. Он теперь… он в виде музыки, которую видно, потому что она испускает свет. Я… Хорошо, тебе расскажу. Я упал в колодец, в нем была паутина. Портал, понимаешь? Такой… такое колдовство, при помощи которого старшие друиды и возникают нежданно в разных местах. Лучшая Песня спустился за мной. Через паутину я попал под Гору. Драэлнор дал мне рисунок, на нем — пещеры, туннели и порталы. Он сказал, что, возможно, детей деревьев может спасти Кольцо… или Око, не знаю, как его называть, — агач коснулся обруча на плече. — Оно…

— Это — Кольцо золотое? То, которое Артар… — Лана с изумлением пригляделась к обручу, протянула руку, чтобы дотронуться, но Эльхант взял ее запястье и отвел в сторону.

— Все это… все это невероятно, — произнесла она растерянно. — И как Око поможет нам?

— Не знаю. Драэлнор лишь надеется на это. Сказал — другого пути нет. Он собирался что-то разведать, пока я буду внизу. Теперь мне надо к нему — и побыстрее.

— Но как ты собираешься найти его? Где он сейчас? Ведь он прятался от всех.

— Лучшая Песня сказал — у Коры. Там есть приток, в излучине стоит его хижина.

— Но до Коры далеко!

— На поверхности тоже есть порталы, — возразил Септанта. — Один из них где-то рядом. По рисунку можно приблизительно понять где. Сейчас мы у разрушенного летающего корабля, на котором сюда попали живущие под землей карлики. Они называют себя гномами, это племя… не важно. Они помогли мне добраться до Ока, рисунок когда-то давно сделал один из них. Портал — дальше. Я иду туда, а вы возвращайтесь к воеводе.

— Пойдешь один, с Оком, через земли, кишащие мертвоживыми? Даже если до портала недалеко — все равно слишком опасно. Это неразумно, Эльхант.

— Один я смогу незаметно…

— Нет. Я пойду с тобой.

Это было сказано таким голосом, что Септанта внимательно посмотрел в лицо Ланы. Потом оба они глянули вниз — все это время, с того мига, когда амазонка попыталась коснуться золотого обруча, а он не позволил, агач продолжал сжимать ее запястье. Закусив губу, Лана попыталась высвободить руку, но Эльхант не отпустил. Какое-то время они стояли, не шевелясь, потом он шагнул к ней, обнял и наклонился, коснувшись губами ее губ.