Демонология крови (СИ) - Розов Александр Александрович "Rozoff" - Страница 65

— Я вообще сейчас не понял, — признался консультант по ЯД.

— У Фила был огромный перерыв в сексе… — невозмутимо пояснила Аслауг, и добавила просто для ясности, — …До сегодняшнего дня.

Юлиан Зайз снова улыбнулся и констатировал:

— Тогда действительно нечего стесняться.

— Уф… — профессор Уэллвуд шумно выдохнул, — …Кажется, я начал понимать значение фразы: «хиппи времен Beatles это пуритане по сравнению с аргонавтами».

— Отлично! – Юлиан хлопнул в ладоши, — А как насчет упражнения на эрудицию?

— Выкладывай! – лаконично предложила Аслауг. И тогда он выложил свои отрывочные размышления: начиная от морских цыган и заканчивая первобытной кругосветкой. Это вызвало длинную задумчивую паузу за столиком в дансинге. Профессор даже хлопнул рюмку чего-то крепкого. И это оказалось весьма кстати, чтобы смело озвучить мысль:

— Знаете, друзья, по-моему, идея кругосветки в эру до оледенения объясняет так много парадоксов, что ее надо рассматривать всерьез.

— Это какие парадоксы? – полюбопытствовала Аслауг.

— Это, — пояснил он, — парадокс доантичных карт мира с изображением Антарктиды, это парадокс сходства первобытного пиктографического письма в регионах вдоль полосы возможной кругосветки, и это общность генетических фрагментов у людей, домашних животных и культурных растений. И еще всякое по мелочи. Проблема же самой теории устойчивого кругосветного маршрута той эры лишь в одном участке: через Атлантику.

— Через Атлантику с выходом в Тихий океан, — уточнил консультант по ЯД.

Филипп Уэллвуд утвердительно кивнул.

— Да, разумеется, через Атлантику с выходом в Тихий океан. Это важно. Вопрос: каким образом первобытные тростниковые парусники двигались против Циркумполярного и Бенгельского течений? Ответ, на мой взгляд, таков: они двигались не против, а по. Это маршрут с запада — на восток. А с востока — на запад маршрут шел по северному хвосту Бенгельского течения вдоль Намибии, Анголы и Конго. Далее по Южному пассатному течению, мы поворачиваем из Гвинейского залива на запад, и достигаем Бразилии. Там маршрут ветвится. Можно пойти вдоль берега на юг по Бразильскому течению, откуда переход через Магелланов пролив в Тихий океан сложен, однако не безнадежен.

— Реальный вариант, хотя длинный, — оценил Юлиан, — это похоже на схему маршрутов европейских каравелл в Карибское море на запад по Северному пассатному течению, а обратно на восток по Гольфстриму и Северо-Атлантическому течению.

— Да, я применил эту аналогию, — сказал профессор, — и есть еще нечто: на бразильском ветвлении можно пойти на север, по Гвианскому течению. По дороге окажется сначала дельта Амазонки, судоходной до самых Анд, затем Карибское море. Панамский канал, разумеется, еще не построен, но по реке Сан-Хуан можно пройти до озера Никарагуа и переместить лодки волоком до Тихого океана. Там перешеек 20 километров. И кстати, возвращаться из Карибского моря им приходилось Северо-Атлантическим маршрутом, отсюда объяснение древнейших артефактов на Азорских островах.

Снова случилась длинная пауза, и профессор успел хлопнуть еще рюмку. Аслауг очень внимательно рассмотрела на телефоне карту Южной Америки, и спросила:

— Фил, а можно как-то по притокам Амазонки достичь озера Титикака?

— Это намек на тамошние тростниковые лодки? – спросил он.

— Да. Тур Хейердал, вроде, полагал, что лодки в Шумере, в Египте, и на озере Титикака строились по одинаковой технологии.

— Ответ такой: сейчас нет, но в период, о котором мы говорим, существовало огромное пресноводное море Балливиан, куда входила и Титикака и еще два озера. Возможно, из Балливана в то время брали начало некоторые судоходные притоки Амазонки.

— Рик и Нэн Шушнигг офигеют от радости! – уверенно предположила Аслауг.

— А кто это? – спросил он.

— Это парочка альтернативных археологов из Тироля, они заразили нас темой мушабэл.

— Теперь меня тоже, — произнес 103-летний профессор эксплитики, и его серьезный тон вызвал у собеседников чувство, что теперь тема обречена на грандиозный успех или, в крайнем случае, на грандиозный околонаучный скандал.

…

…

*39. Фантомы и факты, морские монстры и бизнес-гуру.

Примерно через час после рассвета Юлиан Зайз увидел темную черточку впереди чуть правее курса. Будто от стекающих предутренних сумерек оторвалась капелька и стала штрихом на линии горизонта: мыс Раас-Филук. Это холм высотой 75 метров, античный ориентир при выходе из Аденского залива. Через 10 миль после Раас-Филук на плоской пустынной равнине, переходящей в мелководные лагуны, расположен древний поселок Алулу – там самая северная точка Африканского рога, а дальше уже Аравийское море.

Здесь шторм уже прошел, оставив лишь свежий ветер, а небо было безоблачно-ясным, создавая идеальные условия для визуального наблюдения. Юлиан, приспособившись к подпрыгивающему ходу EGGO, поднялся на крышу кабины, и следующие полчаса, не отрываясь от бинокля, старался увидеть какие-нибудь признаки человеческой жизни. В больших бедных поселках на африканском берегу, акватория, как правило, достаточно плотно используется для прибрежного лова рыбы и моллюсков. Тут — ничего. Вообще никакого движения. Обычно в таких приморских африканских поселках вдоль берега в каждом удобном месте кое-как из чего попало, построены причалы. К ним швартуются мотобаржи, деревянные баркасы, и маломерные лодки. Тут все куда-то исчезло, кроме корабельных руин на свалках. Впору поверить в мистических морских монстров…

…Когда Юлиан, проведя наблюдения, спустился обратно на рулевой мостик, то застал заметно заспанную Жасмин Эйнштейн, успевшую, впрочем, включить кофейник.

— Что-нибудь разглядел? — полюбопытствовала она. В ответ он продекламировал: …Мы пустились в дорогу. Дышала трава, Точно шкура вспотевшего льва, И белели средь черных, священных камней Вороха черепов и костей. В целой Африке нету грозней сомали, Безотраднее нет их земли…

— Это что? – спросила Жасмина.

— Это стихи Гумилева, он путешествовал тут в начале XX века. Актуально до сих пор.

— Гумилев? Это тот, который придумал пассионарность?

— Нет, тот, который придумал пассионарность, это его сын.

— Ясно… — она глянула на монитор, — …Осталось 2 ходовых часа. Давай построим план-график видеосъемки. Я хотела бы покрутиться под водой около рифа Фиир-Ауан.

— ОК, давай, — Юлиан кивнул и открыл карту на резервном мониторе.

— Только, — продолжила она, — скажи: как дела с твоей ногой?

— Если ты про укус мурены, то забудь. Я же говорил: царапины, никаких последствий.

— Превосходно! А скажи: может ли робоцман вести лодку без экипажа на борту?

— Может, разумеется, если записать в него схему маршрута.

— Так, а может ли робоцман при этом управлять присоединенной видеокамерой?

— Да, если записать инструкцию, куда и когда фокусировать.

— Превосходно! – повторила Жасмин, и начала излагать свою фотоарт-идею.

… . Идея не выглядела сложной. EGGO должна автономно (под управлением робоцмана) в погруженном режиме медленно идти рядом с необычными подводными ландшафтами. Робоцман также управляет видеокамерой, по возможности удерживая Жасмин в кадре. Юлиан за бортом с другой видеокамерой ловит в кадр и Жасмин, и EGGO. Жасмин перемещается с лодки под воду и обратно, стараясь попадать в оба видеоряда. Это уже приближалось по сложности к короткометражному кино, так что едва хватило времени в пути, чтобы разрисовать приблизительно на цифровой карте, кто и как будет перемещаться. В частности – как будет перемещаться лодка, управляемая робоцманом. Завтрак на борту прошел как фоновое мероприятие, а настроение поднялось до уровня азарта, необходимого для любительского киноискусства.

…

Риф Фиир-Ауан лежит в дюжине миль к югу от Килмиа (Малой Сокотры). Часть рифа поднимается над уровнем моря, как кластер пирамидальных скал, но основной массив находится на малой глубине. Здешние подводные сады по своему биоразнообразию не уступают подводным садам на сейшельских атоллах, что на 1000 миль южнее. Рай для любителей сноркелинга или простого фридайвинга, и эльдорадо для их видеоблогов. У райской темы есть, однако, специфика: при кажущейся комфортной температуре воды (например, 27 Цельсия), несколько часов без гидрокостюма приводят к значительному переохлаждению. Жасмин знала это, но азарт оказался сильнее осмотрительности, и на пятом часе фиесты подводного кино, шок мягкой гипотермии накрыл ее. Юлиан понял происходящее, увидев ее бессистемные движения в воде, как будто она потерялась в 20 метрах от лодки и запаниковала. Точнее, Жасмин действительно потерялась, поскольку гипотермия вызвала затмение разума, и плохи были бы ее дела без напарника. А так не случилось ничего страшного: Юлиан утянул ее к лодке, и выпихнул на палубу. Дальше свирепое солнце субэкваториальной широты, сверкающее с безоблачного неба, быстро прогрело организм, а на поверхности даже слегка перегрело.