Возвращение Ликвидатора (СИ) - Останин Виталий Сергеевич - Страница 50

Поэтому я сделал ставку на старое доброе айкидо. Которое, к слову, уже демонстрировал этой публике, так что какая-никакая легенда имелась. А там ведь что? Никаких ударов, только броски, подлые подсечки, рычаги и использование энергии тела противника против него самого. На протяжение десяти минут изумленный Ландыш превратился в настоящего Ваньку-встаньку. В том смысле, что постоянно падал без всяких повреждений, вставал, кидался в бой и снова летел на землю. Когда же стала сдавать даже дыхалка новуса, поймал его на болевом и держал с вывернутым локтевым суставом, пока он не признал поражения.

На том вторая дуэль закончилась моей чистой победой. Причем, уже на опыте, я в момент озвучивания условий проговорил, что все желающие могут посмотреть на схватку. Так что на этот раз лещей Ландыш получал на глазах всего класса. Что здорово подняло мои акции, а его уронила ниже плинтуса. С такими теперь матч-реванш даже требовать будет неудобно. Так что парочка от меня либо отстанет, либо сам Мельников выйдет из тени, чтобы показать удаль молодецкую. Но точно не Ландыш.

Одно дело, когда ты раз упал от подсечки. Или два. Да даже три можно списать на случайность, везение противника или неудачное положение в начале боя — «я стоял против солнца!» И совсем другое, когда ты сам теряешь счет падениям. Тут о случайностях говорить уже не приходится.

Причем, сделано все без какой-то особой физической силы, почти на одной лишь технике, так что никто ничего не заподозрил. Максимум — одноклассники удивились как это я всего лишь за лето освоил такой стиль боя. Но результат они видели своими глазами, а киношку «Не отступать и не сдаваться» вообще никто не отменял. Привет мистеру Мияге, ага.

В общем, хорошо вышло.

А вот продолжение этого дивного школьного дня было уже не таким благостным. Сразу после учебы меня подобрал на машине очень хороший человек из Тайной Канцелярии… то есть из Комитета охраны престола, господин капитан Ледящев. И с загадочным видом куда-то повез. Вряд ли, конечно, прикапывать где-то за городом, устав от подростковой дерзости одного юного дворянчика. Но я все же напрягся.

— С матерью твоей я созвонился, получил добро. — известил он меня. — Сказал, что с тобой хочет познакомится старый друг твоего покойного отца. Она согласилась.

— А на самом деле?

— А это правда. — удивил меня коп. — Мы едем на встречу со старым другом и партнером твоего отца.

Вот как? Отец Дениса, Всеволод Андреевич Пичуга, до изгнания из рода — Ланской, умер четыре года назад при загадочных обстоятельствах. По официальной версии — в результате одного из террористических актов банды Козырей, называющих себя Смоляными. По имени их лидера — Смола.

Но Анна Алексеевна, как и обе ее дочери, не особенно в это верили. Считали, что род аристократов, исторгнувший их мужа и отца, наконец, свел с ним счеты. Убрав мозолившего глаза отпрыска, позорившего их благородное семейство неудобной связью с простачкой.

С того момента, лишившись главного кормильца, семья стала медленно дрейфовать в сторону дна. Дворянского, конечно же, многие простецы и похуже жили. Но, что характерно, никаких старых друзей и уж тем более — партнеров, все это время на горизонте не маячило. А тут вдруг появляется и сразу же хочет познакомится. Странно же, да?

Ехали мы недолго, минут, может, пятнадцать. И остановились у здания здоровенного, двадцатичетырехэтажного здания, фасад которого занимал почти половину квартала. Надпись над входом сообщала, что прибыли мы в гостиницу «Александръ». Пафосное строение, если память не изменяет, по архитектурному стилю относящееся к так называемому сталинскому ампиру. Массивному такому, имперскому. Если я прав, то оно, в своем роде, архитектурное наследие, ведь ему уже больше ста пятидесяти лет.

— Мы на месте. — Ледящев выбрался из машины, дождался пока выйду я. — Пойдем, нас ждут.

— Сергей Сергеевич, а можно чуть больше подробностей? — взмолился я. — Что еще за друг семьи, про которого я ничего не знаю? Да еще партнер отца? Как мне себя с ним вести?

— Уважительно. — хмыкнул коп. — Понимаю, нелегко для такого несдержанного на язык молодого человека, но ты уж постарайся. Очень сильно постарайся. Он человек уже пожилой, к тому же владелец этой гостиницы. Да и аристократ из числа тех, кто стоял за спиной государя до его воцарения.

Вот твою же мать! Он что, блин, задумал, этот хитровыкрученный коп? Какой-то старый перец, который знал господина Стрельницкого еще до того, как он на голову напялил корону Российской Империи. Значит ли это, что он мог знать и меня прошлого? Черт, я все-таки прокололся, и Ледящев меня подозревает?

Но все оказалось одновременно проще и сложнее. Как это и бывает у комитетчиков всех времен и народов. Хозяином гостиницы «Александръ» оказался Александром Александровичем Духановым-старший. Графом, на секундочку. И он действительно был партнером и другом моего покойного отца.

Пожилой, но совсем не старый мужчина, встретил нас в кабинете, расположенном на последнем этаже здания. Точнее сказать, на построенной уже позже мансарде, которая полностью была отведена под административные нужды. В том числе и под его рабочую резиденцию. Надо заметить — шикарную. Стеклянные стены от потолка до пола создавали ощущение парения над городом, а строгая мебель — что-то из космического хайтека — совсем не отвлекала от красот за окнами.

Под стать был и хозяин. Седой, но с лицом почти без морщин. Высокий лоб, проницательные глаза. Поджатые губы и безукоризненно облегающий стройное тело деловой костюм, в котором было что-то от фрака, а что-то от военного френча. Такой, знаете, киношный англичанин. Истинный викторианский джентльмен.

— Господа. — он повел рукой, предлагая нам сесть. — Рад встрече. И, — тут он повернулся ко мне, за секунду изучив стоящего перед ним молодого человека, будто был каким-то сканером. — Познакомится с единственным сыном моего дорогого, безвременно погибшего друга.

Я кивнул, не зная, что тут можно еще сказать, и сел. Наверное, подумал я, у этих ребят есть какой-то план. И сейчас они его озвучат. Так что, чего мне впереди паровоза бежать?

— Время дорого, а уж у меня-то его осталось совсем немного. — без тени улыбки сообщил Духанов-старший, когда мы расселись, а на столике перед нами, как по волшебству оказались бокалы с водой. — Поэтому перейду сразу к делу. Мы с вашим отцом, Денис Всеволодович, были партнерами. Не в этом бизнесе, в другом. А так же дружили. Знаете, он мне однажды жизнь спас.

Я осторожно кивнул. Понятно, мол. Интересная информация. И?

— Мне же поставлен диагноз. Болезнь развивается стремительно, и, вероятнее всего, уже до конца этого года я умру.

И опять — ни тени эмоции. Робот, а не человек! Так спокойно сообщает о том, что жить ему осталось меньше чем полгода? Я бы не смог. А, кстати, что за болезнь-то такая? Он же новус — без вариантов. Если он один из тех, кто возвел Стрельницкого на престол, ему уже две сотни лет должно быть.

И еще. Я вдруг вспомнил, где уже слышал эту фамилию — Духанов. Когда Лида рассказывала о драках Козырей. Там фигурировал некий Форсайт — очень сильный стихийник, и его противник — Ардор. Который, как предполагала младшая сестра, на самом деле носил фамилию Духанов. С приставкой — старший.

— А недавно я узнал о бедственном положении семьи старого друга. — продолжал меж тем владелец отеля. — Меня совершенно не извиняет занятость, которая не позволила выяснить этого раньше. Но хоть сейчас, приводя дела в порядок, я это выяснил. Как говориться, лучше поздно, чем никогда.

На этот раз я кивнул из вежливости. Пауза в его словах была сделана специально для этого. Ледящев тоже улыбнулся, будто какую-то смешную вещь услышал.

— Моя семья обеспечена. — после паузы вновь заговорил Духанов. — У детей — свои дела, я же владею лишь этим отелем. Который, молодой человек, я хотел бы передать вам. Именно вам. В качестве хотя бы частичной уплаты долга чести и долга жизни.

Я слегка оглох. Как сквозь вату слышал его слова, мол, понятное дело, полное вступление во владения новым имуществом для меня произойдет после совершеннолетия, то есть через три года, а до этого временным распорядителем будет числиться Анна Алексеевна Пичуга — моя мать.