Мастер татуировок (СИ) - Баковец Михаил - Страница 47

Я вскочил и бросился к большому настенному зеркалу с мелкими лампочками по всей раме. Там увидел незнакомого худого и невысокого шатена с серо-голубыми глазами, длинными волосами и усталым, каким-то грустным лицом замученного офисного манагера или ботаника, затурканого подготовкой к экзаменам. Машинально отметил, что без татуировок тело выглядит куда симпатичнее.

Заглянул я и в трусы. На моём месте любой мужик бы так поступил. Не даром же почти в каждой третьей фантастической книге про вселенцев в первой главе или прологе авторы вставляют подобный эпизод. Даже известные и популярные авторы иногда подобного не чурается.

- Ну, ничего так аппаратик. Надеюсь, в этом мире это не минимальный размер и у местных девок дырки не глубиной с Марианскую впадину, - хмыкнул я.

Впрочем, это было всё вторично. Выходит, что зря я только что ругал камни бесконечности? Они выполнили мою просьбу и отправили в спокойный (?) мир в новое тело. И вдруг это мир эхоров?

В этот момент я услышал шаги, приближающиеся к моей двери. Через несколько секунд раздался быстрый стук, и она отворилась.

- Билл, с добрым утром, пора... ой, ты уже встал, - произнесла высокая и крепко сложенная молодая женщина лет тридцати пяти в одежде полицейского или схожей с ней форме. Лицо у неё было сильно похоже на моё. Поэтому предположу, что это мать моего тела.

- С добрым утром, - тихо сказал я. Рисковать и добавлять «мам» не стал. Вдруг это старшая сестра? И тут же подумал, мысленно скривившись. – «Зараза – Билл. Значит, это опять Америка. Ну, только бы не очередное перерождение опять в старом месте. Я второго Таноса не выдержу. Сам себе мозги вынесу».

- Быстрее в ванну, умывайся. А потом за стол, - сказала она. – Позавтракаешь со мной.

- Хорошо, - кивнул я.

Завтрак был обычным. С небольшими исключениями так питался я сам и многие мои знакомые по прошлому миру. Основным блюдом оказался омлет. Женщина свернула его в рулет и наполнила тушёными овощами. К нему в комплекте шли несколько кусочков жареного бекона. Плюс, большой салатник с «цезарем» и огромная кружка чёрного кофе, исходящего паром. Но как оказалось, всё это женщина приготовила себе.

Стоило мне устроиться на стуле за столом, как она поставила передо мной большую глубокую тарелку, после чего насыпала в неё кукурузных хлопьев и залила молоком

- Милый, тебе булочку с арахисовой пастой или вафли с джемом? – поинтересовалась она.

- Вафли, - вздохнул я, заработав странный взгляд с её стороны.

В качестве напитка женщина налила мне большой стакан апельсинового сока. И только закончив за мной ухаживать, она сама принялась за еду.

В процессе завтрака я узнал, что сегодня и завтра моя не то сестра, не то мать – главное, чтобы не жена, а то как-то подозрительно эта дамочка суетится вокруг великовозрастного лба – закончит какие-то дела, связанные со сменой места работы. И уже послезавтра мы дружной семьёй отчаливаем в другой штат, где для неё нашлось хорошее место, а для меня отличная школа.

- Всё, Билл, я поехала, буду поздно. Не забудь помыть посуду, - женщина поцеловала меня в щёку, потрепала волосы на макушке и ушла.

В окно я увидел, как она села в чёрный F-150 и быстро уехала.

Выждав пять минут, я отправился изучать своё новое и временное жилище.

Дом оказался типичным двухэтажным коттеджем. Мебель неновая, пол давно требует ремонта. Местами виднелись не просто глубокие царапины, а серьёзное повреждение верхнего слоя ламината. Тоже самое было со стенами и потолком. С другой стороны, жильё явно съёмное и недорогое, заботиться о нём должен хозяин, а не арендодатель. За попытку покрасить стены и переклеить обои с моей семьи могут содрать нехилый штраф. Это я узнал ещё в своём прошлом американском теле, когда жил в Нью-Йорке.

Продуктов в холодильнике и кухонных ящиках оказалось полно. Причём они не дешёвые, предназначенные для необеспеченных слоёв населения. По крайней мере, на упаковках не было специальным меток, какие присутствовали на продукции в предыдущем мире, а также, по слухам, были и в Америке моего родного мира. Одежды в шкафах тоже хватало. И она не была застиранная, заношенная и со следами штопки. Техника и посуда также отличались качеством. То есть, я попал не в нищую семью.

В своей комнате под кроватью нашёл две пустые упаковки из-под лекарств. Кажется, это было что-то успокоительное.

Закончив с осмотром жилья, я взялся за поиск личных данных. Вскоре держал в руках пачку документов, среди которых были как счета, так и различные медицинские документы.

- Значит, Билл Свон, - вслух произнёс я, рассматривая своё фото на водительском удостоверении. – Семнадцать лет.

Женщина, к счастью, являлась моей биологической матерью. А то не знаю, чтобы делал и как вёл себя окажись она старшей сестрой с нездоровой симпатией к младшему брату или женой, которая в два раза старше меня. Звали её Чэнси Свон.

Я у неё был единственным ребёнком, причём не без проблем. Если верить документам, то у меня лёгкая форма аутизма. Выражается она в том, что «я» замкнут и не люблю общество, из-за этого большую часть времени нахожусь дома. Здесь же получаю львиную долю образования. В школе посещаю только те предметы, что излишне специфичны, а репетиторы берут за них слишком много. Учился я на дому очень хорошо. А вот школьные предметы шли так-сяк. За них я в основном получал С и порой даже D. Иногда случались припадки, который купировались седативными препаратами. Кажется, это от них те две пачки под кроватью.

- Надеюсь, что с переносом сознания болезнь ушла и организм стал идеально здоровым, - сказал я и машинально посмотрел вверх, словно подсознательно решил обратиться к высшим сферам, тем, кто закинул меня в это место.

В данный момент мы жили в Аризоне. Мать работала в полицейском департаменте на административной работе. Пару месяцев назад её хорошая знакомая предложила ей перебраться в небольшой городок в штат Вашингтон на должность детектива. Зарплата и социальные бонусы на этом месте были существеннее, чем в Аризоне. Плюс, там местное правительство выплачивало субсидии для мальчиков даже с такими болезнями, как у меня.

Дополнительно узнал, что мы с матерью живём одни около пяти лет. До этого у нас была полная и благополучная семья по местным меркам. Муж и три жены. Моего отца звали Виктор Свон, был он домохозяином и жил на государственную субсидию и зарплаты своих жён. Кроме меня у него больше не было мальчиков. От двух других супружниц родились три девочки. Две моих младших и одна старшая сестра.

- Хм, значит, и тут гендер пошёл не в ту сторону, - хмыкнул я. – Прям, как и заказывал. Три к одному по среднестатистическому.

Развод случился по той причине, что с моим взрослением пошли нездоровые слухи про мою семью и особенно про отца. А тот ничего лучше не придумал, как свалить все проблемы на свою жену и мою мать, чьё здоровье и наследственность сказались на мне. После чего потребовал развода и быстренько позабыл про меня и Чэнси. К счастью, государство не бросило нас и понемногу помогало. В основном её помощь заключалась в расширенной бесплатной медицинской страховке для меня. Учитывая цены на лечение в Америке, то это было существенное подспорье для Чэнси.

Закончив с, так сказать, личной историей, я взялся за мировую. Про главный нюанс я уже догадался благодаря упоминанию «биологическая мать», многожёнство и поддержку государством мужчин.

В этом мире, как и в предыдущем, число женщин заметно превалировало над мужчинами. Но и не настолько, как в другой Америке. Вместо одного к десяти, здесь фигурировала цифра один к трём. Правда, это было по официальной статистке. В реальности с учётом больных, хромых, косых, однолюбов или извращенцев, которым здесь давалось больше свобод, отношение между парнями и девушками возрастом от пятнадцати до тридцати равнялось 1 к 4.

И мне эта цифра нравилась куда больше. Ведь благодаря ей мужчины могли работать во многих сферах, которые в марвеловском мире были для них зарыты на законодательном уровне. У них, у нас, то есть, было больше свободы. Не портили нервы заходы десятков женщин, решивших всеми правдами и неправдами заполучить в семью мужика. Мужчины в этом мире гуляли свободно, не прячась от озабоченных дамочек или беря охрану от них же.