Имперец. Том 3 (СИ) - Романов Михаил Яковлевич - Страница 52

Бой был эффектным, но недолгим, и вот трибуны уже рукоплескали абсолютному победителю.

— Что скажешь? — спросил Разумовский, когда Мирный спокойно вышел из клетки, а его противников начали грузить на носилки.

Орлова откинулась на диванчике и приложилась к своему бокалу. Женщина еще какое-то время задумчиво наблюдала за возней в клетке, а затем повернулась к Разумовскому.

— Это действительно странно, да, — подтвердила она. — Я бы сказала, что он хорошо тренирован и дозированно пользуется магией, но в металл арены вмонтировано такое количество дублирующих друг друга блокираторов, что аж фонит. А подобная тонкая работа со стихиями — это выше уровня первокурсника. Да и не первокурсника тоже, если честно.

— Ага, — согласился Разумовский. — Есть какое-то внятное объяснение этому?

Орлова убрала локон за ухо и в задумчивости принялась жевать тарталетки с мясным муссом.

— Вообще, есть у меня одна гипотеза, — произнесла она негромко, чтобы только Разумовский ее слышал, — но я должна ее обдумать. И пока не понятно, как это проверить. Да и в принципе, можно ли вообще.

— Это хорошо, — отозвался тренер. — Буду ждать твоих умозаключений.

Ольга кивнула, погруженная в свои мысли и продолжая потягивать коктейль.

— Идем? — предложил Разумовский.

Орлова покосилась на клетку, где готовился начаться новый бой, и молча придвинула пустую тарелку мужчине.

— Закажи еще, пожалуйста, — произнесла она. — И что ты там пьешь? Я тоже такое хочу. А то от этих стаканчиков для благородных малолеток толку чуть, один запах.

Разумовский хмыкнул. В том, что местный бармен не скупится на алкоголь, он был уверен — слишком уж заведение стало пафосное. И, наверное, надо было бы Ольгу предупредить о коварстве местных напитков.

Но он давно не видел Орлову такой расслабленной и был совершенно не против проводить подвыпившую женщину до дома.

В конце концов, они столько лет знакомы, ну что может пойти не так?

Бойцовский клуб, Александр Мирный

«Ты — псих!», — гласило сообщение от Афины, когда я после боя шел к себе в кабинет, чтобы сменить рубашку на свежую.

«Я — профессионал», — набив текст в ответ, я кинул телефон на стол.

Обзавестись дополнительным гардеробом и в «Ауруме» мне посоветовала Василиса на случай «если срочно придется ехать на важную встречу».

Предложение было разумным, мой размер девушка знала, карточкой моей пользоваться тоже умела пользоваться. Так что теперь я выбирал между тремя абсолютно, на мой взгляд, одинаковыми рубашками, подспудно догадываясь, что там есть какая-то разница.

Вздохнул, выудив какую-то наугад, и как раз в тот момент, когда одну рубашку я уже снял, а вторую еще не надел, зазвонил телефон.

— Мирный, — ответил я, не особо глядя на экран.

— Александр, добрый вечер. Как там наш клуб?

— Наш клуб прекрасно, Виктор Сергеевич, — усмехнулся я, присаживаясь на край стола. — Скоро увидите приятные суммы на своих счетах.

— Это хорошо, это хорошо… — протянул Нарышкин. — Но звоню я тебе, конечно же, не по этому поводу.

— Если вы про ребят Лютого, так это их инициатива, — спокойно ответил я.

— А что с ребятами Лютого? — оживился Виктор Сергеевич.

— М-м-м… — неопределенно протянул я. — Через неделю все будет нормально!

— Ясно, — процедил боярин. — Но, к нашему счастью, ребята Лютого — это все же головная боль Чернышева, а не моя.

— Тогда что случилось? — удивился я.

— Знаешь такую фамилию «Строгановы»?

Я напрягся:

— Ну, допустим.

— Их наследничек решил потягаться с тобой в профессиональной сфере.

Я презрительно фыркнул.

Василиса, ужасно стесняясь и печально опуская взгляд, рассказала мне, что этот упырь набрался храбрости не просто подойти к ней, но и поугрожать конкуренцией.

— Я в курсе.

— Так вот, Александр, — произнес боярин Нарышкин. — Я звоню донести до тебя одну простую мысль. Строгановы — это не Распутины. И нельзя будет просто взять и набить лицо главе рода, просто потому что его сынуля решил подойти к твоей невесте ближе, чем на пушечный выстрел. Я понятно объясняю?

— Виктор Сергеевич, — вздохнул я. — Ну за кого вы меня держите? Если эти милые люди не будут напрямую угрожать жизни и здоровью моих близких, они могут тягаться со мной сколько угодно в любой сфере.

— Ладно, — как-то не слишком уверенно произнес боярин, видимо, не слишком веря в мои слова.

— Сколько бы бабок Строгановы ни пытались влить в попытку копирования проекта Василисы, у них все равно выйдет неликвид, — спокойно произнес я. — И это не потому, что моя женщина занимается разработкой, а потому что я кое-что понимаю в этой сфере. Их ждет неприятный сюрприз, когда окажется, что нельзя тупо забить деньгами нишу, чтобы продать свою жалкую поделку.

— Ты так уверен в успехе? — удивился Нарышкин.

— Естественно, — подтвердил я. — Надеюсь, вы заметили, что я не только руки ломать умею, но и деньги считать.

Собеседник крякнул на том конце провода, но продолжать доказывать, что я не буду бить дебилов, не пришлось. Дверь распахнулась после короткого стука и с фразой «Алекс, ну ты где там, тебя уже твои друзья обыскались» в кабинет влетела Афина.

Окинула меня удивленным и любопытным взглядом, вспомнила, что пялиться на полуодетого начальника — так себе затея, пискнула «Ой» и вылетела пулей.

— Если это все, Виктор Сергеевич, то мне пора, — произнес я. — Деньги, к сожалению, сами себя не заработают.

Судя по возникшей паузе, Нарышкин явно хотел добавить напоследок что-то еще, но не стал.

— До связи, — ответил боярин и положил трубку.

Я вздохнул и принялся натягивать рубашку.

Надо бы поторопить Василису и выкатить первую версию сайта до наступления нового года. В том, что Строгановы где-нибудь подсмотрели и подслушали идею нашего проекта, я не сомневался — шило в мешке не утаить. Но одно дело — идея, и совсем другое — готовый продукт.

Надеюсь, господа промышленники обладают достаточным здравомыслием, и когда облажаются по всем статьям, не припрутся ко мне напрашиваться на открытое столкновение. А то перед Нарышкиным будет неудобно.

Бойцовский клуб, Анна Румянцева

Сегодня Анна пришла сюда не из-за работы или мести, а просто так — отдохнуть и развеяться. Ей не так чтобы сильно нравились бои, но общая атмосфера жажды крови заряжала.

А ей нужно была именно это. Потому что в Москву девушка вернулась не ноготочки красить, а получать военную специальность. Прыть, с которой она отстояла свою жизнь во время покушения на посольство в Британии, матерых мужиков не только восхитила, но и заставила рассмотреть в ней что-то большее, чем медовая ловушка, которую можно подкладывать под нужных людей.

Так что, получив еще одно предложение, от которого она не могла, да и, честно говоря, не хотела отказываться, девушка вернулась в столицу Российской Империи.

Единственное, о чем она попросила, это не слишком надолго разлучать ее с семьей. Боярина Нарышкина, наверное, такой вариант устраивал даже больше. У внутренней безопасности всегда есть чем заняться в настолько огромной стране, как Российская Империя.

Но не только ради хорошей выпивки и скандирующей толпы сегодня Анна явилась в клуб Мирного. Еще ей очень и очень хотелось лично поговорить с Александром. Сказать спасибо за все то, что он сделал для нее. Что не прошел мимо, не воспользовался в трудную минуту, дал шанс на месть, дал шанс на лучшую жизнь.

Анна завидовала избраннице Мирного, но в то же время понимала, что сама недостаточно хороша для Александра. Но, может быть, в этом были и свои плюсы.

Она знала о той части жизни Александра, в которую бы он вряд ли посвятил свою милую и чистую невесту. И это грело Румянцеву и делало как-то ближе к молодому мужчине.

Анна сидела на высоком барном стуле, потягивала коктейль, и хотела бы проникнуться боем Мирного, но ощущение чужого взгляда не давало расслабиться.